An ordinary sex life - "Астердис" - Страница 1717

«Нет, нет. Дело не в этом», — вздохнула DJ. «Я хочу спать в своей постели сегодня вечером, а ты не ночевал у меня две недели. Я не хочу показаться навязчивой или нуждающейся. На самом деле, это не так. Но, как ты сказал, Адриенна не вернется до понедельника, и ты действительно предпочел бы спать один, чем пойти со мной через улицу?»

Я вздрогнул и попытался придумать причину получше настоящей. Настоящая причина, о которой я не хотел признаваться вслух, и чем дольше я колебался, не отвечая, тем очевиднее она становилась.

DJ вздохнула. «Её может даже не быть дома. Сегодня субботний вечер, и она легко может оказаться в квартире Гвен и Робин».

«Я не избегаю Авроры».

DJ посмотрел на меня «не пизди» взглядом. Брук ухмыльнулась и закатила глаза.

«Я не!» — возмутился я.

«Тогда проведи со мной ночь», — бросила вызов DJ, скрестив руки на груди.

Я вздохнул прикрыл лицо рукой, медленно качая головой. «Ладно… может быть».

«Прошло уже две недели», — сказала Брук. «Ты не можешь избегать ее вечно».

«Я могу попробовать», — парировал я, убирая руку со лба, в то время как мои плечи опустились.

«Зачем ты это делаешь?» — спросила DJ, поднимая обе руки ладонями вверх. «Почему ты так сильно хочешь ее наказать?»

«Я не хочу ее наказывать».

«О, да? Каждый день, когда ты избегаешь ее, это наказание. Ты не можешь НЕ осознать, насколько ей больно знать, что между вами все еще не все в порядке, и задаваться вопросом, БУДЕТ ЛИ когда-нибудь в порядке. Чем больше ты держишься подальше, тем более намеренно причиняешь боль. И мне это не нравится».

Снова потер лоб, я вздохнул и спросил: «Разве мы не можем не придавать этому большого значения? Сегодняшний вечер был большим успехом, не так ли? На одно препятствие меньше для меня и Брук? Возможности для этой пятерки… И мы всегда можем говорить о шестёрке, если Адриенна когда-нибудь захочет вернуться сюда? Давайте не будем нагонять тучи в солнечный день».

DJ нахмурилась, и она взглянула на своею лучшую подругу. Это было большим шагом для Брук, и из уважения к ее счастью DJ, похоже, была готова отложить обсуждение.

Но именно Брук вышла вперед и покачала головой. «Не-а. Больше нет. DJ права, ты должен прекратить избегать ее. Послушай, у всех нас дела идут отлично. Мы все счастливы в наших нынешних отношениях друг с другом, все хорошо трахаемся, а я не помню, когда в последний раз я чувствовала себя так расслабленно. Но это противостояние с тобой и Авророй начинает серьезно влиять на нашу коллективную гармонию, до такой степени, что тебе даже не комфортно переходить улицу, чтобы вдруг не наткнуться на нее. Это нехорошо, и мы должны пресечь это в зародыше, пока не стало хуже».

«Мы с Брук были готовы предоставить вам двоим ваше собственное пространство», — добавил DJ. «Позволить вам разобраться во всем самостоятельно, но, может быть, пора снова начать подталкивать вас».

Я покачал головой. «Это между мной и Авророй».

«И это влияет на меня и Брук», — парировала моя девушка. «Мы Семья. Продолжай в том же духе, и мы приведем Дайну и Брэнди. Или, черт возьми, ты же не хочешь, чтобы я позвонила нашим мамам, не так ли?»

Я вздрогнул, словно телепатически услышав в голове бранный тон матери, и поднял руку. «Хорошо, хорошо. Я проведу ночь у тебя. Тебе не нужно приставлять пистолет к моей голове по этому поводу».

DJ поморщилась при упоминании пистолета. «Ты действительно приравниваешь возможность увидеть Аврору ко всему, что тебе пришлось пережить у Картера?»

«Нет, но я, видимо, приравниваю лекцию от мамы к этому», — вздохнул я, перебирая в голове возможные сценарии, в которых я снова увижу Аврору впервые за две недели. Ни один из них не заканчивался ничем хорошим. Но я уже согласился пойти, и, если мне повезет, ее не будет дома. «Ладно… пойдемте».

К сожалению, сегодня мне не повезло. Брук открыла входную дверь и провела нас внутрь. На обеденном столе в одиночестве расположился один-единственный набор приборов. И, конечно же, на диване в гостиной сидела Аврора.

Она посмотрела на нас, только ожидая увидеть девочек. Но когда ее глаза встретились с моими, с ее лица сошел весь румянец.

Глубоко вздохнув, я собрался с духом и пробормотал: «Привет».

Аврора сразу же расплакалась.

Книга 5. Глава 30. Менуэт. Часть 6

НЕНАВИЖУ вид плачущей Авроры. Независимо от того, сколько обиды на нее я накопил за последний год, на всю сумму всей моей боли и гнева по поводу ее предательства, усугубленного месяцами ее отсутствия, когда я видел, как моя бывшая вторая половинка плачет от боли… Это нашло отклик глубоко внутри меня, и я обнаружил, что сижу на диване, обнимая ее у себя на коленях.

То, что я держал ее так глубоко, удивило даже меня самого. Возможно, она применила неправильный подход, предоставив мне пространство, оставаясь рядом и ожидая, пока я буду готов к ней подойти. Может, ей лучше было бы вызвать у меня рефлексы Белого Рыцаря и превратиться в девушку в беде, чтобы вернуть меня.

Но это было бы нечестно. Такой поступок не был бы подлинным отражением того, что она чувствовала, не тогда. Только теперь, когда мы, наконец, начали разговаривать, и она призналась в своей нескончаемой любви ко мне только для того, чтобы ее отвергли, а затем избегали в течение последних двух недель, у нее появилась причина для такого срыва. И в глубине души я знал, что это моя вина.

«Мне очень жаль», — сказал я, поглаживая ее волосы, прижимая ее голову к моей щеке.

Когда ее рыдания начали утихать, и она стала лучше осознавать, где находится и как именно мы обнимаемся, она прижалась немного ближе и уткнулась носом в изгиб моей шеи. Возможно, она думала, что я никогда больше не буду держать ее таким образом, и что она должна наслаждаться этим, пока может. И поэтому она оставалась тихой и просто позволила мне продолжить гладить ее по волосам.

«Извини», — повторил я, глубоко вздохнув, прежде чем добавить, — «Мне не следовало заставлять тебя ждать так долго, прежде чем вернуться. После всех моих жалоб на то, что ты убежала от меня и не дала нам шанс чтобы работать вместе, я сделал именно это».

Она долго не отвечала, медленно и ровно дыша, уткнувшись лицом мне в плечо. Но, взяв себя в руки, она села и ответила: «Все в порядке. Я понимаю».

Я сразу увидел покраснение вокруг ее небесно-голубых радужек и слезы, катящиеся по ее щекам. Повинуясь порыву, я протянул руку, чтобы смахнуть ее последнюю слезу, и с жалостью сказал: «Должно быть, тебе было очень неприятно эти последние пару недель».

Она попыталась смело улыбнуться мне, но уже знала, что это не работает. «Да, ну… я вроде как это заслужила».

Я покачал головой. «Никто не заслуживает того, чтобы его бросили по любой причине. Мне очень жаль».

Она пожала плечами и серьезно посмотрела на меня. «Ты прощен. Я серьезно».

Я хотел ответить: «Ты тоже прощена». Но я не мог. По прошествии всего этого времени я все еще не простил ей того, что она сделала.

Возможно, это было несправедливо. Возможно, ее преступления не были ТАКИМИ ужасными. В конце концов, я сделал свою долю измен в свое время. Не то, чтобы я был абсолютно безупречным в нашем разрыве. И все же я не мог заставить себя по-настоящему двигаться дальше и отпустить, несмотря на то, что неоднократно настаивал на обратном.

Возможно, сейчас я действительно уже не страдаю, но я страдал. Я прошел через ад в прошлом году или около того, и все началось с предательства Авроры. Человеческая природа положила это к ее ногам, чтобы указать на этот момент как на катализатор всего плохого, что случилось в моей жизни с тех пор, включая ранение в голову. И мстительная часть меня хотела, чтобы она страдала так же сильно, как и я, прежде чем я буду готов обдумать настоящее прощение.

Но даже если я еще не был уверен, что смогу по-настоящему простить её, я знал, что больше не хочу ее ненавидеть. «Ненависть» забирала столько эмоциональной энергии. «Ненависть» означала активное стремление к неприязни. И «Ненависть» означала бережно хранить всю боль и воспоминания о плохих событиях, которые привели нас к этому моменту.