An ordinary sex life - "Астердис" - Страница 1214

С другой стороны, по мере того, как песня прогрессировала, я начала чувствовать… что-то… давящее мне на живот. Мои брови приподнялись, когда я поняла, что у него эрекция, и хихикнула, прежде чем взглянуть на нее, а затем снова поднять взгляд в глаза Нику.

В этот момент Кэрри Андервуд пропела: «Я… хочу быть в твоих небесах!», и со всем сексуальным подтекстом этой фразы Ник стал позитивно розовым. Но я просто хихикнула, а затем приблизилась к нему и прижалась животом к его тазу, давая ему понять, что я осведомлена о его ситуации и мне это удобно, скрывая это даже от постороннего взгляда.

С моей ободряющей улыбкой Ник расслабился. Он не воспринял это как приглашение подтолкнуть меня дальше или сдвинуть руку к моей заднице или что-то в этом роде. Казалось, он просто принял свой стояк как непроизвольную реакцию на симпатичную девушку и не стал на этом зацикливаться.

Но на этот раз «невмешательство» Ника меня немного обеспокоило. Если он был достаточно возбужден танцами со мной, чтобы у него встал, разве ему не нужно было больше? Разве я по-прежнему не была сексуальной молодой женщиной? Я имею в виду, конечно, я одевалась в мешковатую одежду, носила очки и намеренно не укладывала волосы, чтобы специально ИЗБЕГАТЬ нежелательного мужского внимания. Но как насчет ЖЕЛАТЕЛЬНОГО мужского внимания? Может быть, дело в алкоголе, но сейчас, когда я танцевала с красивым мужчиной, неужели для девушки это было так неправильно — желать мужского внимания?

Песня закончилась, и мы с Ником разошлись. Началась быстрая песня, и Диди присоединилась к нам вместе с несколькими другими в большом кругу, чтобы зажечь «Pon De Replay» Рианны. И я обнаружила, что действительно начинаю получать удовольствие.

Санни заговорила со мной, и я поняла, что разговариваю в ответ.

Эшли что-то забавно прокомментировала, и я тоже пошутила по этому поводу.

Эдвин намекнул, что наконец-то увидел настоящую Мари под мешковатой одеждой, а я подмигнула ему и ответила: «В твоих снах».

Я танцевала быстро. Я танцевала медленно. Я выпила еще несколько бокалов вина. И я хихикала с другими девушками. Я действительно обняла несколько человек. И в какой-то момент я сняла свой свитер и обнаружила, что моя блузка довольно хорошо сидит на моем стройном теле, подчеркивая, насколько потрясающая грудь у меня действительно была под моей мешковатой одеждой. На самом деле, я думаю, что Тодд извинился, чтобы обнять меня, чтобы он мог вернуться и сказать ребятам, какой размер он почувствовал.

Я прекрасно провела время и начала думать, что должна напиваться чаще. Но, несмотря на несколько просьб, единственное, в чем я провела черту — это медленные танцы с любым парнем, кроме Ника. Диди получила половину его медленных танцев, а я — другую. Я просто не чувствовала бы себя комфортно… или безопасно… в чьих-либо руках, кроме его. И, честно говоря, я довольно сильно завидовала половине Диди.

Позже, ближе к концу ночи, я в последний раз оказалась в объятиях Ника. Начался «Breakaway» Келли Кларксон, и когда я почувствовала, как он сжал меня в своих объятиях, я обнаружила, что бормочу слова вместе с Келли. (https://www.youtube.com/watch?v=c-3vPxKdj6o&ab_channel=kellyclarksonVEVO)

// Я расправлю крылья и научусь летать… Я сделаю все, что нужно, чтобы коснуться неба

// Я рискну, но у меня будет шанс, и я смогу измениться. Я вырвусь отсюда…

// Из темноты к солнцу, но я не забуду тех, кого люблю,

// Я рискну, но у меня будет шанс, и я смогу измениться. Я вырвусь отсюда…

Мой творческий отпуск был далеко не закончен. Был еще ноябрь, и до моего возвращения в Беркли оставалось девять месяцев. Это было ДОЛГОЕ время, которое у меня еще оставалось, чтобы по-настоящему найти себя, и я пообещала, что НЕ забуду людей, о которых я действительно заботилась, людей, что ждали меня дома.

Но, может быть, пришло время рискнуть. Может быть, пришло время мне рискнуть. Я чувствовала себя БЕЗОПАСНО с Ником. Я чувствовала, что могу ему доверять. Нет, я это ЗНАЛА. В глубине души, в глубине души я знала, что он поймет.

Пока он знал только «Мари». Возможно, теперь, наконец, ему пора понять, кем я была раньше. Я могла бы это изменить. Я могла бы рискнуть.

Все это время я держала его на расстоянии вытянутой руки. Я влекла его — он знал это, и я знала это. Но он меня также привлекал; и этого он не знал. Я даже изо всех сил старалась солгать ему, что я лесбиянка — ну, по крайней мере, наполовину соврать. Это не обязательно означало, что я буду спать с ним. Я все еще принадлежала Бену, и я НЕ МОГУ забыть тех, кого люблю. Воздержание было частью моего покаяния, но… возможно, я смогу хотя бы немного приоткрыться этому миру.

Я была так возбуждена. Очень возбуждена. На самом деле, я была возбуждена с тех пор, как приехала сюда. Сколько я не веселилась… шесть месяцев? За исключением парня из Вашингтона, а это было настолько жалко, что он не в счет. Я была сексуальным существом, а Бен меня погубил. Он был слишком хорош. Он настолько приучил меня к таким чудесным оргазмам, что теперь я стала наркоманкой, переживающей большую ломку без него. Но это было обещание, которое я дала себе. Неверность разрушила наши отношения, поэтому, чтобы восстановить их, необходимо было проявить верность сейчас. Воздержание было наказанием, которое соответствовало моему преступлению.

Но что, если бы у меня не было секса? Что, если я просто… посмотрю? Мои фантазии были такими хорошими. Биг-Бен и Карманная Ракета просто больше не справлялись с этим. Диди уже однажды предложила мне присоединиться к ним двоим. Если ей было достаточно комфортно, чтобы я присоединилась к ней, то, конечно, она могла бы справиться с тем, что я бы хотела просто посмотреть. Это было лучшее из обоих миров, компромисс, который удовлетворял обе мои цели. Было бы гораааааааздо лучше для меня, чем фантазии, и все же я не стала бы насамом деле прикасаться к кому угодной, не так ли?

Это было бы хорошо, правда?

Надо сделать это сейчас. Спроси ее сейчас, пока ты не потеряла самоконтроль. Эй, может быть, еще один бокал вина поможет?

Как только песня закончилась, я устремилась к столу с напитками. Я выпила целый стакан ЗАЛПОМ. Затем я направилась к Диди.

И я спросила ее, могу ли я посмотреть.

* * *

Ладно, это не было частью сделки. Но охххх, как приятно…

Молния пронзила мой мозг, когда губы Диди нашли мои. Я ахнула от удивления, а затем застонала от восторженного удовольствия, когда ее язык вытянулся, чтобы соединиться с моим, и я впилась в ее губы, делая ей так же хорошо, как и она мне. Это было неправильно. Это было так, так неправильно. Целовать другого человека, ЛЮБОГО другого человека, было предательством моего целомудрия для Бена. Но было слишком поздно. ОНА поцеловала МЕНЯ. И как только она начала, я просто не могла с собой ничего поделать.

К счастью, вскоре после этого она меня отпустила. Я смотрела, как Диди затащила Ника на кровать, оставив меня одну в кресле, чтобы отдышаться и успокоить мое колотящееся сердце. Ладно, может быть, это было не так уж плохо. В конце концов, Диди прямо сообщила Нику, что он не получит секс втроем или что-то в этом роде, поэтому мне не придется беспокоиться о дальнейшем нарушении моей клятвы. И это была не МОЯ вина, что меня поцеловали; Диди сделала это прежде, чем я смогла ее остановить.

Как ты думаешь, может быть, она сделает это снова?

Замолчи.

Вот дерьмо. Она просто глубоко втянула его член.

В течение следующих нескольких минут мои глаза были прикованы к происходящему передо мной половому акту. Диди устраивала шоу, была громкой, неряшливой и залила слюной весь член Ника.

«Ник Дик**». Ха. Мне нравится, как это звучит.

Боже, я пьяна.

И мне тоже стало жарко. Воздух все еще был прохладным; обогреватель еще не заработал на полную. Сначала я расстегнула молнию на кофте, пытаясь дать коже дышать. Потом я поняла, что мне жарко, и не в смысле температуры. И, прежде чем я осознала это, моя рука оказалась в моих трусиках, и я, наконец, перестала пялиться на член Ника, закрыла глаза и застонала от доставленного себе удовольствия.