An ordinary sex life - "Астердис" - Страница 1119

«Было много общего, чтобы заботиться о нас. Вы помните, как миссис Эванс всегда говорила, что я на самом деле ее? Мы просто думали, что это шутка», добавила Эмма.

«Вау…» Дайна все еще была в шоке, и она снова обняла девочек. «У меня есть еще две сестры». Она снова начала плакать, из-за чего Брэнди вновь заплакала, и вскоре все четыре девочки обнимались и плакали вместе.

Но не я. Не знаю, почему это произошло, но в этот замечательный момент открытия у меня возникла одна сильная, чрезвычайно эгоцентричная мысль:

Родителям не нужны Аврора и я, чтобы объединить семьи. Их всегда объединяли Эдем и Эмма.

И внезапно я почувствовал, как будто с моих плеч сняли тяжелый груз. Справедливо это было или нет, но я всегда чувствовал некоторое давление, чтобы жениться на Авроре и объединить наши две семьи. В конце концов, все этого ожидали. Не то чтобы я был против этой идеи, совсем нет. Мне действительно понравилась идея связать наши две семьи через брак. Я любил Аврору, точка. Быть с ней вместе на всю вечность было… особенным… И мне нравилось чувствовать себя особенным.

Но эта судьба также могла быть бременем. Мама хотела, чтобы это произошло. Дина Эванс хотела, чтобы это произошло. Они толкали нас и толкали, всю нашу жизнь, в этом направлении. И в каком-то смысле я чувствовал себя обязанным удовлетворить их желания. В конце концов, ни одна из моих сестер не могла иметь детей от девочки Эванс, по крайней мере, биологически.

Но это уже не имело значения. Близнецы уже были связующим звеном между нашими двумя семьями, необратимой связью, которую нельзя было разорвать ни разводом, ни течением времени. Конечно, женитьба на девушке Эванс была бы вишенкой на торте, но в этом больше не было необходимости.

Судьба больше не имела значения.

Я был свободен.

* * *

Обед был очень интересным. Брэнди сообщила нашим родителям, что Эдем и Эмма рассказали нам секрет во время нашего похода, и после первых моментов трепета они, казалось, расслабились, когда никто из нас прямо не пожаловался на то, что они так долго скрывали это. Кроме того, тема разговора не казалась подходящей для обеденных столов с таким количеством других людей поблизости, поэтому мы согласились отложить большинство наших вопросов, пока мы не переместимся в уединенное место.

Мама и папа были тогда удивлены, когда мы отклонили их предложение остаться в домиках и позволили им провести весь день, объясняясь.

Брэнди сформулировала это лучше всех. «Мы понимаем. Жизнь ребенка достаточно пугающая, без осложнений, связанных с вопросом об отцовстве. Папа, ты никогда не относился к Эдем или Эмме иначе, чем к остальным из нас, и сами девочки подтвердили, что они знают, кто их отец, даже если они не твои биологически. На самом деле, это не имеет значения. Все пятеро из нас — ВАШИ дети. Дополнительная доза ДНК от мистера Эванса делает близнецов намного более… уникальными. Теперь мы действительно все семья».

«Но нам интересно, должны ли мы были сказать вам раньше», вздохнула мама.

Я покачал головой. «Это было не о Брэнди или обо мне. Это было только для близнецов, и вы ждали, пока они не станут достаточно зрелыми, чтобы справиться с этим. Это имеет смысл».

«Мы не стали любить вас по-другому», вмешалась Эмма.

«У нас было несколько недель, чтобы это переварить», добавила Эдем. «И мы решили, что это действительно хорошо. У нас все еще есть семья: всегда была, всегда будет. Но теперь у нас тоже есть дополнительная семья. И как это может быть плохо?»

От этого и мама, и Дина Эванс расплакались, из-за чего и Брэнди и Дайна вытирали свежие слезы с глаз. Но после объятий, девушки все вместе решили, что они все еще хотят отправиться к озеру на послеобеденное время. «На самом деле ничего не изменилось», заявила Эмма. «У нас остался только один день лагеря до завтрашнего возвращения домой, так что мы собираемся наслаждаться им, пока еще можем».

«А теперь шоу». Дайна жестом велела родителям оставить нас в покое или хотя бы вернуться в хижину Эвансов. «Последний день на озере; пора похвастаться. И я не думаю, что папы хотят знать, как точно выглядят наши бикини».

* * *

Я скучал по старому ритуалу зависания за пределами хижины, наблюдая, как девушки одна за другой появляются в своих последних крохотных нарядах, созданных для возбуждения мужского либидо. Эдем и Эмма доказали, что консервативные двойки — не единственное оружие в их арсенале, и сегодня они носили идентичные черные бикини без бретелек, которые подчеркивали их растущую грудь и гибкие тела. Со зрелым покроем, черной тканью и манерой позирования я мог подумать, что близнецам было по 18 лет.

Точно так же Брэнди перешла на голубые недоуздки и стринги с полностью обнаженными ягодицами. Для скромности она носила саронг темно-синего цвета вокруг бедер, но материал был достаточно тонким, чтобы быть полностью прозрачным и позволять миру видеть, что у нее в любом случае попка мирового класса.

С другой стороны, Дайна носила то же самое крохотное желтое бикини в горошек с зубчатыми чашечками бюстгальтера. Ее грудь была гордо выставлена, и я тут же решил, что сегодня утром я не провел достаточно времени, зарывшись в неё лицом.

И вот наконец появилась Эмбер. Последняя пара бикини, которую она носила, была для того, чтобы возбуждать больше, показывая меньше. Желтый у бассейна лип к ней, как краска для тела, а ярко-розовый, надетый сегодня утром, был полузакрытым, как спортивный бюстгальтер. Но сейчас она не собиралась в пеший походы. И моя девушка вышла из каюты в розовом бикини-бандо, которое фактически представляло собой идеально ровную трехдюймовую ткань, обвивающую ее верхнюю часть тела, как лента. 3 дюйма ширины, по всему периметру, ни меньше, ни больше, оставляли обнаженными как верхние, так и нижние склоны ее груди, с твердостью, которая заставила бы меня подумать, что ее сиськи были фальшивыми, если бы я неоднократно не убеждался в обратном. Материал туго натянулся на ее груди, оставив вертикальный канал между ее грудями, который просто звал на мой член даже сильнее, чем треугольный вырез ее верха от бикини этим утром. А ее низ представлял собой еще одну ровную полоску розовой ткани, на этот раз немного шире, чтобы ее промежность оставалась прикрытой. Но он был достаточно коротким, чтобы я подумал, что смогу увидеть ее киску, если смогу просто наклонить голову достаточно низко, в то время как сзади была видна ее задница.

Весь ансамбль подходил ей так идеально, что я подумал, что он должен быть выполнен на заказ. Она выглядела такой чертовски аппетитной, что я хмыкнул, как пещерный человек, и рванул вперед, чтобы схватить свою девушку и отнести ее в хижину, чтобы я мог бездумно трахнуть ее через пол. Но как только я подошел к ней, она протянула руку и ткнула ладонью мне в грудь, останавливая меня. «Успокойся, любовник».

Я хмыкнул и захныкал от желания, сексуальное животное взяло верх.

Но она просто поцеловала меня и погрозила пальцем мне в лицо. «Сохрани это. Пусть нарастает предвкушение».

Нахуй предвкушение. Я хотел трахаться СЕЙЧАС. Но Эмбер проскользнула мимо меня, позволив мне полюбоваться ее задницей, когда она двигалась. Я мечтательно вздохнул и пошел за ней. Черт, я бы пошел за ней куда угодно.

Как бы то ни было, мне просто нужно было последовать за ней, Дайной, Брэнди и близнецами к озеру. Мы нашли группу шезлонгов и разошлись по сторонам. Ребята сразу же принялись кишеть вокруг, что было типично. И вскоре после обеда мои сестры коллективно флиртовали и смеялись.

Эдем и Эмма поглощали внимание, как губки. Я почувствовал укол защиты в затылке и старался не спускать глаз с моих младших сестер. Но они, казалось, делали более чем способную работу по защите своей чести, держа на поводке достаточно мальчиков, чтобы развлекаться.

Брэнди недавно рассталась, и по тому, как она флиртовала, я подумал, что она не прочь устроить вечеринку на одну ночь для развлечения. Но у Дайны действительно был парень, который ждал ее дома, и, хотя ей нравилось дразнить, всякий раз, когда дела становились немного напряженными, она отступала и болталась со мной.