Падение Империи. Пылающие города (СИ) - Кольцов Сергей - Страница 20

— Это приятно, но губы устают и дыхание сбивает. — Отстранилась она с заливающим её щёки румянцем и коснулась кончиками пальцев губ.

— Нужно дышать носом, это несложно, главное привыкнуть. — Проговорил я, послав ментальный импульс, добавил. — Соня идёт.

— Как не вовремя… — заметила Ноа и замерла, опустив взгляд вниз.

Проследив за её взглядом, я обнаружил, что Ноа прижимается своими лепестками губ прямо к стволу члена.

— Ой, прости…

— Всё хорошо, — улыбнулся я.

— Тогда нужно отсесть, — немного приподнявшись, девушка замерла, увидев, что на члене остаётся прозрачная ниточка любовного сока и буквально заалела от смущения.

— Ноа, всё хорошо…

Однако девушка сильно замялась, поднявшись с моих колен, отсела в сторону и отвела взгляд, но мысленно была пусть и смущена, но не настолько сильно, всё-таки уроки с Эйруэн не прошли даром…

— Вы меня не дождались. — Недовольно заключила Соня, распахнув двери. — Почему у вас прохладно? Вы чем занимались?

— Ничем. — Ответила ей Ноа.

— Твоё "ничем" тебе сильно понравилось, — заметила Соня, повесив полотенце уверенно селя между нами на полок, коснулась бедра баронессы, — даже больше чем понравилось.

— Перестань. — Холодно отозвалась Ноа.

— Ну, прости. — Фыркнула Соня. — Не хочешь говорить нормально — я тоже не буду. Эшарион, поддай жару.

— Давайте обойдёмся без глупых ссор. — Предложил я девушкам и поддал жару.

Девушки показали своим возмущением, что они думают о таком количестве раскалённого пара, а я лишь довольно улыбался. Через какое-то время они успокоились и просто расслабились…

Молчание затягивалось, впрочем, первой не выдержала Соня:

— Знаете, если честно, я грубая. Даже в сравнении с другими северянками. Как же мне нравилось доводить учителя этики, но и получала я за это, — потёрла она попу.

— Мне тоже не нравилась этика, меня так и не заставили научиться кланяться.

— Так поэтому твоё официальное прозвище "Непреклонный"? — спросила Ноа.

— Я никогда не кланялся даже своему отцу, максимум ограничиваюсь кивком. Эйруэн же когда ей заявляли о том, что я нарушаю все писанные и неписаные правила просто говорила: "Северяне не кланяются".

— Наверное, это постоянно приносила ей проблемы. — Предположила Соня. — Имперцы вообще очень не любят, когда кто-то выбивается из тех рамок, что они устанавливают. — После чего посмотрела на баронессу и проговорила. — Я не о тебе.

— Ничего, просто когда я была во дворце мне было откровенно страшно и порой я тоже забывала поклонится тому или иному аристократу занимающим более высокий титул… Один раз забыла поклонится герцогу, по его лицу было видно что он зол, но ничего не мог сказать, так как я уже была невестой "Непреклонного принца". — Тепло улыбнулась баронесса.

— А откуда у принца Дарнира прозвище Грязный? Оно не официальное, но чаще всего произносят его.

— Это был его пятнадцатый день рождения, он напился до того состояния что упал прямо на приёме. — Вспомнил я с улыбкой. — Я тоже там был и, наблюдая за тем, как его личный слуга пытается скрыть конфуз, произнёс: будущий император, не способный подтереть свою задницу без помощи слуг — бесполезен.

— Фу, — высказалась баронесса.

— А ты, оказывается, был тем ещё проказником.

С весёлым смехом Соня хотела похлопать меня по плечу, но промахнулась и попала прямо по головке. С диким воем я скатился с полка, зажимая ушибленное хозяйство, принялся кататься по полу. Я хотел наложить целительские чары, но не мог сконцентрироваться от боли, а когда боль стала терпимой, вышел в предбанник, найдя нужный амулет, направил его действие на себя…

— Прости, но, у тебя такое милое заплаканное лицо… — осторожно выйдя следом, не удержалась Соня от смеха.

— Вот полей, станет легче, — протянула мне Ноа ковш полный холодной воды.

Благодарно кивнув, я принялся поливать свой повреждённый орган…

В этот момент в предбанник открыли двери Эвелин и Эйруэн, которые посмотрели на картину, где Соня откровенно смеётся, Ноа с тревогой смотрит на меня, а я поливаю холодной водой свой член…

— В этом деле не надо кусать, — заметила Эвелин, закрыв дверь, увела свою подругу.

Девушки в возмущении ответили, что таким не занимаются, а я лишь невесело усмехнулся, кряхтя, вернулся в баню, уже самостоятельно создав чары и не видя посинения, немного расслабился.

— Эшарион, всё в порядке? — встревоженно посмотрела на меня Ноа, — сильно болит?

— Терпимо. — Улыбнулся я сквозь боль, а после одарил колючим взглядом Соню.

— Ну, прости, просто так получилось. — Без какого-либо чувства раскаянья ответила мне Арниирм. — Ты ведь не сильно обижаешься?

— Не сильно, пару дней поболит и всё. Если будут проблемы, обращусь к целителю.

— Тогда давайте мыться, — заключила Ноа, вздохнув от облегчения. — Эшарион, тебе пошоркать спину?

Благодарно улыбнувшись ей, я кивнул и получил от Сони странный взгляд. Однако попытавшись прочесть её мысли, я столкнулся с тем, что их слишком много и они сменяются слишком быстро, но всё же сумел выявить главное: ей было не всё равно, но она не могла этого сказать.

После бани, я удалился в свои покои, где принялся разбираться с финансами графства Савроса благодаря предоставленным отчётам из городской управы.

Да, состояние дел в графстве всегда было под хорошим управлением, пусть граф и был предателем, но он никогда не забывал о своих обязанностях… Даже несколько жаль что такой человек был разочарован в Империи. Впрочем, он сам выбрал свою судьбу, даже сопротивления не оказал, когда его схватили, лишь попросил, чтобы его семью оставили в живых.

Отложив отчёты, я бросил взгляд на магические часы и только тяжело вздохнул, было уже два часа ночи.

А у Аэлис были забавные мысли когда она лечила меня… Даже возбуждающие, если перенести на нормы альтов.

Улыбнувшись, немного подумав, я написал в своей записной книге несколько важных мыслей по завтрашнему дню и уже собирался подняться, когда раздался тихий стук в дверь.

— Не заперто.

— Ты не спишь? — вошла ко мне Соня.

— Как раз собирался.

— Не хочешь немного выпить? — предложила она, продемонстрировав небольшую бутыль, — это сладкий мёд, мы его из дома привезли.

— Я не любитель алкоголя, — заметил я, заметив её смятение, взял кубки, — но сегодня сделаю исключение. Проходи.

Девушка еле слышно облегчённо вздохнула и присела за столик, путаясь в плащ, под которым была лишь лёгкая ночнушка. Присев напротив неё, я открыл бутыль и разлил напиток со сладким ароматом по кубкам.

— Мёд из Харанара, небольшого селения южнее Западных гор, если я правильно помню аромат.

— А говоришь, что не любишь алкоголь, — заметила она с насмешливой улыбкой, — да, этот мёд может разбудить внутренний огонь. Предлагаю тост: за…

Девушка осеклась с поднятым кубком и несколько растерялась, а я, подняв свой кубок, чокнулся с ней, добавив:

— За всё хорошее и чтобы его было как можно больше.

— Да, за всё хорошее, — эхом отозвалась она и сделала три больших глотка из кубка.

Пригубив мёд, я в задумчивости погонял его по рту, улавливая приятный и лёгкий вкус трав, отметив, что нет горечи, а после проглотил. Облизнул губы, наслаждаясь послевкусием, что было пусть и сладким, но не приторным, я несколько расслабился и наблюдал за девушкой, держа кубок на весу.

— Скажи, Эшарион, ты когда-нибудь видел, что твоих усилий в достижении чего-либо недостаточно?

— Это случается постоянно. — Сделал я небольшой глоток мёду, проглотив, добавил. — От этого начинаешь сомневаться и задавать себе вопрос: "той ли жизнью ты живёшь?". Только ответа на него не находишь и продолжаешь жить. Иной жизни нам попросту не дано.

— Ты так спокойно об этом рассуждаешь, — устало посмотрела на меня Соня, — неужели тебе не страшно?

— Страшно, но не за себя.

Девушка, допив кубок, поставила его на стол и откинулась в кресле, после чего начала медленно рассматривать моё лицо, стараясь занести в свою память каждую черту…