Кровная связь (ЛП) - Бри Джей - Страница 28

Когда я умываюсь, я внимательно смотрю на себя в зеркало, проверяя свой цвет и общий вид кожи и волос. Серебро стало еще светлее. Клянусь, цвет становится все хуже. Я очень осторожно проверяю свои узы, просто чтобы посмотреть, как мы там продвигаемся, и хотя они сильно переживают из-за отсутствия Гейба и Нокса, черт возьми, кажется, они не получают никаких новых странных трюков или скачков силы.

Маленькие милости пока.

Я роюсь в ящиках, пока не нахожу один, полный очень специфического девчачьего дерьма. Я очень горжусь собой, когда сохраняю спокойствие, быстро посылая ему: «Чьи это вещи?».

Его ответ мгновенен и забавен: «Твои. Если тебе нужно что-то, чего там нет, просто скажи мне».

Я не буду падать в обморок от такой элементарной доброты, черт возьми. «Этого достаточно. Спасибо».

Я расчесываю волосы, чтобы больше не выглядеть так, будто Норт и его теневые щупальца выебали из меня душу, а затем собираю их в высокий хвост. От такого малого количества движений у меня уже перехватывает дыхание, и когда я возвращаюсь в комнату Норта, то сразу же направляюсь к кровати. Грифон помогает мне устроиться, натягивает на меня одеяла и отгоняет от меня теневого щенка, пока я не устроюсь. Я немного удивлена, что он позволил ему это сделать, но как только он отходит, Брут снова накрывает меня.

Грифон протягивает мне стакан воды и говорит: — Я отправлю его домой прямо сейчас, если он слишком тяжелый. Дэвенпорт поднимется позже, чтобы осмотреть твою ногу и закончить заживление; давай не будем травмировать ее снова, потому что ты портишь существо.

Я пожимаю плечами и смотрю на Гейба из другого конца комнаты. На нем свитер, который я хочу украсть, и когда он поднимает на меня взгляд и замечает, что я смотрю на него, он ухмыляется в ответ.

Грифон машет рукой перед моим лицом, когда стук в дверь прерывает нас всех, и я огрызаюсь: — Он сделан из теней и дыма, которые ничего не весят. Брут просто возится со мной, как и ты. Оставь его в покое.

Он хмурится на меня, пока Норт открывает дверь, а затем его внимание переключается на эту ситуацию.

Еда пахнет невероятно, но мне неловко за работников кухни, которые ее приносят. Все до единого мои Связные, которые здесь находятся, поворачиваются, чтобы следить за каждым ее движением. Когда она накрывает на стол для Норта, она поворачивается к двери, но ее останавливает Грифон.

Я открываю рот, готовая защищать бедную женщину, когда он говорит: — Кто-нибудь, кроме тебя и шеф-повара, прикасался к еде?

Она сразу же отвечает: — Нет, сэр.

— Вы что-нибудь делали с этой едой, добавляли или подсыпали в нее?

— Нет, сэр. Никто ничего не трогал и не подмешивал.

Господи, черт возьми. Это то, к чему мы пришли? Ставим под сомнение все, даже в этом чертовом поместье?

Когда за женщиной закрывается дверь, Грифон отвечает на мои очень личные мысли: — Да, именно в этом мы сейчас и находимся. Никто не войдет и не выйдет, не поговорив сначала со мной. Никому, кроме твоих Связных и избранных друзей, не разрешается находиться в комнате наедине с тобой. Никто, кроме шеф-повара, не прикоснется к твоей еде.

У меня нет слов, нет ничего, кроме: — Убирайся из моей головы.

— Перестань так громко думать.

Я огрызаюсь: — Ну, если бы я знала, как я это делаю, я бы перестала. Купи беруши или еще что-нибудь!

Я не пытаюсь встать или выбрать то, что мне нужно. Норт приходит первым и выбирает все для меня. Он все еще смотрит на все, как будто не уверен, что вопросов Грифона было достаточно. Это безумие, но мое сердце все равно делает очень странный стук из-за этого.

Я поднимаюсь, чтобы сесть, опираясь на подушки, и когда он передает мне тарелку, он идет разливать кофе. Там две чашки, так что одна должна быть для меня, верно? Он не стал бы скрывать это от меня после того огромного стакана воды, который я только что проглотила.

Слава гребаным звездам, Норт подает мне кофе, а затем возвращается туда, где Нокс все еще хмурится над бумагами. Они начинают тот же спор, что и раньше, о дырах в системе безопасности и о том, как обеспечить выживание оккупации. Для меня это не имеет особого смысла, потому что звучит так, как будто они спорят о бомбоубежище, а это не похоже на то, что для всех нас сейчас является приоритетом.

Грифон подтаскивает стул, чтобы сесть рядом со мной со своей тарелкой, и я возвращаюсь к более важным вопросам. — Почему мы остаемся здесь, если мы так уверены, что будет еще одна атака? Можем ли мы… эвакуироваться? Господи, как это вообще будет выглядеть?

Норт кивает и обменивается взглядом с Ноксом. — Это то, что мы рассматриваем. Мы не можем просто бросить низшие семьи на произвол судьбы, и нам придется многое сделать, чтобы переселить столько Одаренных сразу, но это уже делалось раньше. Мы можем сделать это снова, если ситуация продолжит ухудшаться.

Это было сделано раньше? Я этого не знала, но я многого не знаю об этом сообществе, поэтому я просто киваю и еще немного откусываю от своего тоста, избегая сердитых взглядов Грифона, потому что он сегодня явно не в духе. Что совершенно не связано со мной, потому что я спала уже… подождите.

— Сколько я проспала на этот раз?

Норт отвечает, не отрываясь от бумаг: — Четырнадцать часов. Мы не ожидали, что ты проснешься. Кажется, ты стала лучше справляться с расходом энергии.

Хм.

Я буду счастлива, если в ближайшее время мне не придется снова использовать свой дар, но, думаю, хорошо знать, что трехдневный сон может сойти на нет. В тот момент, когда его тарелка чиста, Грифон берет мою тарелку, чтобы наполнить ее фруктами, а затем наклоняется и крепко целует меня в губы.

«Я буду в спортзале, тренируясь с парнями из Так. Позови меня, если я тебе понадоблюсь».

Я не знаю, почему он говорит только со мной, но я киваю и позволяю ему поцеловать меня в последний раз, прежде чем он без лишних слов выходит за дверь. Что бы с ним ни происходило, я надеюсь, что он выбьет это из одного из парней внизу.

Я перебираю фрукты, затем ставлю пустую тарелку на прикроватную тумбочку и откидываюсь на подушки, чтобы насладиться последним кофе в окружении моих Связных. Гейб доедает свою тарелку, затем забирает мою, кладет их обратно на поднос с едой и выставляет все за дверь, чтобы кто-нибудь забрал.

Норт проверяет свой телефон, а затем подходит ко мне и крепко целует меня в губы прямо здесь, на глазах у всех. То есть, Грифон тоже поцеловал, но все равно кажется бесконечно странным, что это делает Норт.

— Мы будем внизу. Оставайся здесь или в своей комнате. Если тебе что-то понадобится, позови меня. Не блуждай.

Я вскидываю бровь, но он смотрит на меня таким взглядом, что я закатываю глаза. — Хорошо. Но ты не можешь держать меня здесь в ловушке вечно. Как только я восстановлю здоровье, мне станет скучно, и я превращусь в кошмар.

Нокс насмехается, направляясь к двери. — Ты уже там, Яд.

Глаза Норта сужаются, и я хватаю его за подбородок, чтобы наклонить его голову обратно ко мне. — Не лезь в это. Я могу вести свои собственные войны с ним.

Он бросает на меня взгляд, который говорит, что он точно не будет этого делать, затем выпрямляется и спускается вслед за Ноксом вниз. Я уверена, что они собираются совершить чудесное путешествие вниз на лифте, но я не обращаю на это внимания.

Гейб в моем распоряжении.

Он ухмыляется мне и говорит: — Слава Богу, на секунду я подумал, что мы застрянем в полномасштабной войне Дрейвенов. Я бы лучше пошел в спортзал, чтобы Гриф убил меня там.

Я хихикаю над ним. — Иди сюда и ложись со мной. Если я собираюсь оказаться здесь в ловушке, я должна хотя бы обниматься.

Гейб секунду пристально смотрит на меня, а затем осторожно забирается на кровать, двигаясь так, как будто он ожидает, что я развалюсь под ним на части или что-то в этом роде, и когда я хмурюсь и тяну его на себя, он ворчит мне в ответ. Когда мои ноги лежат по обе стороны его тела, а его голова лежит на моем животе, он почти не лежит на мне. Небольшой вес, который есть, скорее успокаивает, чем… душит.