Магия слова: дракон в академии (СИ) - Вешневецкая Рина - Страница 3

- А до этого чем занимались? – живо поинтересовалась я. – Вас тоже сюда приказом запихнули?

- Нет, я доброволец, - покачал головой ректор. – В прошлом году мне довелось попасть на Мировые магические студенческие игры. Представьте мое удивление, когда выяснилось, что наши студенты последние десять лет занимают на них последнее место. Король очень недоволен этим фактом.

- Он хочет, а жертвую я, - мрачно буркнула и застучала по столу пальцами.

- Да-да, я слышал о вашем печальном преподавательском опыте. Это ведь, кажется, было в магаспирантуре? – он откинулся на спинку кресла и с живым интересом уставился на меня.

Слышал? Уверена, что он прочел о нем в моем личном деле! Но то, что хочет услышать мою версию – похвально.

- Да, в мой первый год, - я уставилась в окно и принялась вспоминать. – Всем магспирантам положено отвезти необходимую норму занятий. Как правило, они читают лекции, а преподаватели затем проводят семинары, практики и экзамены. Мне досталась группа первокурсников, которые еще не выбрали свою специальность, и третьекурсники с боевки. Никто из них не смог запомнить даже название предмета, который я читала.

- И что тогда? – улыбка на мужском лице стала совсем уж широкой.

- Что? – я закатила глаза. – Я решила на практике показать необходимость моего предмета. Откуда мне было знать, что преподаватель не провела ни единого практического занятия? И что три простенькие брошюрки стихийных чар настолько разгуляются в своей безнаказанности, что подпалят этим неучам одежду и волосы, чуточку их придушат, а заодно почти утопят и хорошенечко присыпят землей?

- А брошюры действительно были простенькие? – допытывался Омри.

- Да точно, - тут я отмахнулась. – Их обычно выдают во втором семестре третьего курса на боевке, некромантии и теории общей магии, когда начинаются занятия по стихиям. То есть, к этому времени они уже должны были уметь их укрощать, чтобы пользоваться.

- Хм, кажется, я слышал другую версию, - нахмурился мужчина. – Книги были признаны опасными, и их изъяли из библиотеки.

- Ну конечно признаны, - я возмущенно фыркнула.

Я могла бы понять, если бы талмуды были действительно опасны. Ну там, головы откусывали при попытке их открыть, или высасывали всю кровь… Но этим нужно было только приказать открыться на староагоэльском.«Аморет»- первое же слово, что я озвучила на занятиях.

- Дело бы, конечно, замяли, и я дочитала бы курс до конца, - я снова задохнулась от возмущения. – Но их все сожгли! Публично! Тут, на полигоне!

- Да, это я слышал, - кивнул ректор и сцепил руки в замок. – Только никак не могу понять, почему вас уволили. Тут что-то не сходиться.

- Вот тут как раз ничего странного нет, - я вздохнула. – Вы тоже меня поймите, я после этой истории накатала жалобу в Магический контроль, чтобы они устроили проверку в университете.

- И после этого главный университет в стране стал считаться самым слабым по древнемагическому направлению, - подвел итог мужчина.

- Да, - я развела руками. – Но самое обидно, что та преподаватель осталась работать, а я перевелась в Кнайгорскую академию. Так что заканчивала магаспирантуру и защищалась уже там.

- Что ж, тогда вас должно утешить, что она уже уволена, - казалось, мужчина был полностью удовлетворен услышанной историей. – Я вообще считаю, что в нашем университете прискорбно мало внимания уделяют древней магии. Конечно, современные заклятия хороши, но только в индивидуальной работе. А для победы в командном соревновании студенты должны применять сильные коллективные заклинания.

- А они быстрее всего читаются на мертвых языках, - покивала я. – Что ж, порыв благороден. Но все равно не понимаю, почему страдать должна я.

- Хм, ну почему сразу страдать? – он даже немного поморщился, но улыбаться не перестал. – Мне кажется, что условия, которые я предлагаю, вполне могут скрасить преподавательские будни.

Ректор немного покачался на стуле, а затем встал, повернувшись к окну. Похоже, ему было удобнее вести разговор именно так. Но озвученное предложение и в самом деле выглядело достаточно заманчиво.

Во-первых, мне полагалась преподавательское жилье. Небольшой личный коттедж на территории студенческого городка. Во-вторых, бесплатные завтраки и ужины в столовой, где уже был приготовлен отдельный стол для преподавателей. Хм, кажется, во времена моей учебы такой традиции не было. Или это я не помню?

Конечно, мне тут же были озвучены и мои обязанности. Я читаю сразу несколько предметов: староагоэльский язык, культуру работы с фолиантами и древние магические руны.

- А саргоцитанский язык теперь в университете не изучают? – не выдержала я.

Омри обернулся и окинул меня еще одни задумчивым взглядом.

- Изучают, - он кивнул. – Но только те студенты, что выбирают его сами, в значит действительно заинтересованы в этом предмете. Как вы понимаете, работать с такими горящими умами – одно удовольствие. Если хотите, эту единственную группы мы сформируем в следующем семестре и также отдадим вам. Разумеется, факультативно.

И увидев, как я поджала губы, собираясь отказать, быстро добавил:

- За нее, разумеется, будет доплата, - и ректор назвал сумму доплаты и всю зарплату целиком.

И вот эта потрясающая цифра вызвала у меня кое-какие мечтательные мысли. Ведь это же я и на жилье тратиться не буду, и на еду куда меньше. Получается, что я смогу отложить деньги на покупку и оборудования помещения под собственную лабораторию!

Но все равно, из чистой природной вредности и ослиного упрямства, я поинтересовалась:

- А медицинская страховка от университета есть?

- Ну, разумеется. А если во время работы произойдет какой-либо несчастный случай, то на время отпуска вам предоставят поездку в Гаридез.

В Гарид езе были расположены лучшие курорты нашей страны, но мало кто знает, что там же есть еще и остовы крепостей первой цивилизации. А там, можно напроситься в экспедицию к археомагам, чтобы поискать свитки с утраченными знаниями…

Я так замечталась, что на некоторое время в кабинете установилась тишина. Должно быть, ректор Омри решил, что я раздумываю, выискивая способ, если не уйти с работы, то добиться скорейшего увольнения. А потому быстро добавил:

- И, конечно, вам также будет предоставлена личная лаборатория…

- И-ии! - не сдержала я радостного возгласа. – А можно будет туда выносить книги из библиотеки?! – И раз уж я начала требовать… - И можно взять на обследование талмуды из вашей личной коллекции? Мне бы осмотреть их на потертости… А если вдруг поблекли чернила…

- Договорились, - ректор тут же прищелкнул пальцами, и у него в руках оказался длинный свиток. – Прочитайте и подпишите.

Договор о приеме на работу был написан по всем правилам, а потому сиял ярко-желтыми ядовитыми чернилами, не позволяющими изменить или неверно трактовать пункты договора.

Я быстро прочитала. Там были все оговоренные нами пункты, включая мою нагрузку и кураторство. Действовало наше соглашение ровно один год, по результатам которого я либо продлевала контракт еще на три года, либо полностью теряла лицензию преподавателя.

Ох, хня какая, надеюсь, что через год меня лишат этой лицензии, и я вернусь к своим монографиям.

Поэтому я быстро все подписала, и вместе с ректором отправилась обратно в приемную. Давешняя секретарша с обиженным лицом сидела на своем рабочем месте и разглядывала в карманное зеркальце губы. Помада на них слегка стерлась, зато на двери красовался шикарный малиновый отпечаток. Я даже невольно позавидовала. У меня губы куда меньше.

- Ах, господин ректор, - секретарша кинулась к Омри. – Эта… эта…

- Эта, - я ядовито улыбнулась. – Магистр Элиш, преподаватель древних языков, кафедра истории магии. А вы?

- Лицесия Мерн, - кисло улыбнулась девушка. – Секретарь ректората.

- Очень приятно, - и, поддавшись моменту, я шагнула вперед и прошептала ей на ухо. – Если ищете серьезных отношений или брака, то магистр Бласторен как раз недавно развелся.