Агрессор. 2 часть (СИ) - Жирохова Надежда - Страница 8

Мне хочется расплакаться, но я не могу себе такого позволить. Он не дождётся проявления слабости с моей стороны.

Я шумно вдыхаю и выдыхаю прежде, чем произнести слова, которые вырывается из меня помимо моей воли.

— Себя. Я предлагаю себя если вы нам поможете.

Господи, что я несу?

Смотрю как он застывает, так и не дойдя до бара и медленно поворачивается в мою сторону.

Создаётся такое впечатление как будто я получила удар под дых и не могу сделать вдох.

Он смотрит нагло. Проходится глазами по моему телу спускаясь к ногам.

Поднимает голову и смотрит мне в глаза.

Я боюсь того, что он посмеётся надо мной и выгонит меня с позором от которого мне придётся очень долго отмываться. А ещё я боюсь, что он согласится.

Если он скажет да, то я превращусь в товарную шлюху, торгующую своим телом.

Господи, что я творю. Разворачиваюсь и иду в сторону двери.

— Ты готова вот так трусливо убежать от меня? — Доносится его голос мне в спину, и я замедляю шаг. — Я согласен, но хочу посмотреть, что я покупаю.

Я резко оборачиваюсь и наблюдаю как он наливает себе виски и сделав глоток поворачивается в мою сторону.

— Ну же Злата. Ты сама предложила или ты боишься? — Произносит Кирилл и улыбается.

— Я тебя не боюсь. Что ты хочешь, чтобы я показала? — Мое тело неестественно напряжено, и я нервно закусываю губу стараясь дышать ровно.

Мне кажется, что время тянется мучительно медленно, пока я жду, когда он наконец то перестанет меня мучать и ответит на мой вопрос.

Он движется в мою сторону и подходит слишком близко. Я чувствую его запах, который кажется мне до боли знакомым.

— Всю. Покажи всю себя, — наклоняется и шепчет он мне на ухо.

От его голоса мои губы начинают трястись и нервно прикусываю губу отчего чувствую привкус крови.

Соберись идиотка, шепчу себя молча. Такие как он любят испытывать чувство превосходства и питаются страхами других. Моими не получится. Я не позволю.

— Уверен, что не растеряешь своё хладнокровие? — Улыбаюсь я и поворачиваюсь к нему спиной.

Слышу его рваные вдох и мысленно ставлю себе плюсик.

На моем платье молния, которая простирается до самого низа. Стоит один раз провести по всей длине и платье упадёт к моим ногам.

— Поможешь расстегнуть? Мне самой не справится.

Когда он берётся рукой за молнию на моем платье и дергает вниз, меня бьет электрическим током.

Обострившееся жжение по всему телу выводит меня из состояния равновесия, и я бы упала если он вовремя не вцепился руками в мою талию.

Платье падает к ногам, и я стою спиной к нему в одних кружевных бикини. Его руки покоятся на моей талии все так же придерживая меня.

Он разворачивает меня лицом к себе и отпустив меня отходит на шаг в сторону.

— Их тоже снимай, — кивает головой в сторону моих бёдер, и я против воли покрываюсь ярким румянцем.

Я распрямляю плечи и стараюсь не подавать вида что я его боюсь.

Улыбаюсь и наклонившись стягивая с себя трусики.

Сейчас, когда его глаза блуждают по моему телу, я стараюсь отключиться и не думать о том, что происходит в этой комнате.

— Мне называть тебя своим господином? Как в турецких сериалах? — Спрашиваю и ухмыляюсь я.

Лёд его глаз может заморозить, но я почему-то плавлюсь.

— Ты я смотрю дерзка на язык. Мне даже это нравится. Подойди к окну и распахни шторы.

Его голос твёрд и холоден, но и я не готова сдаваться. Если и корчить из себя железную леди, то идти до конца.

Кровать в его номере застелена смят лишь небольшой участок серого покрывала. На столике возле кровати стоит откупоренная бутылка “Aberlour” — все это я замечаю пока медленно двигаюсь к окну. Распахиваю шторы и смотрю на шикарный вид из окна.

Какие-то люди толпятся у входа в отель, о чем то, весело переговариваясь и я замираю у окна и жду его следующих указаний.

Вот так вот просто я сама ступила на эту тропу.

Он движется почти бесшумно, и я тщетно пытаюсь проглотить комок, застрявший в моем горле.

Подходит совсем близко и тесно прижимается ко мне. Я чувствую его эрекцию и мое тело покрывается испариной. Его руки ложатся на мои ягодицы и дергают на себя прижимая и вдавливая меня еще сильнее и жёстче. Я шумно дышу, стараясь справиться с нахлынувшими чувствами. Как давно я не чувствовала такой силы возбуждения? Я стискиваю ноги и пытаюсь выровнять дыхание пока он трется грубой тканью своих брюк об мои ягодицы.

Он убирает свои руки, и я слышу звук отстегивающейся пряжки ремня. Значит окно. Вот так я буду расплачиваться за его помощь. А на что я надеялась? На то что он позволит хотя бы на кровати воспользоваться моим телом.

Все мысли, крутившиеся в моей голове, разом улетучиваются, как только его руки раздвигают складки моего лона и его пальцы погружаются в меня.

Я не выдерживаю и из моей груди вырывается хриплый стон. Вместе с моим стоном я слышу влажный звук свидетельство того, что я слишком возбуждена. Кирилл легонько давит на мою спину и я, повинуясь выгибаюсь и впечатываюсь грудью в холодное стекло.

Я слышу его шумное дыхание над своим ухом, когда он руками расставляет мои ноги в стороны и одним резким толчком погружается в меня. Нет сомнения в том, что он сейчас так глубоко во мне насколько это возможно. Я пытаюсь сдержать стоны и с силой кусаю губы лишь бы не закричать.

Он грубо толкается в меня, и я бьюсь грудью о стекло. Мне глубоко безразлично на то, что кто-то может поднять голову вверх и увидеть меня, так как я полностью захлебываюсь в водовороте желания. Моё тело не выдерживает и бьется в конвульсиях разлетаясь на миллион осколков. Я не понимаю, где нахожусь и когда меня отпускает чувствую лишь теплую жидкость, стекающую между моих ягодиц.

В моей голове лишь одна мысль от чего сердце обливается кровью «Я предала Булата. Думала, что никому не позволю управлять своими чувствами, кроме него. Оказалось, ошиблась»

Глава 7

Все чего я боялась все последнее время обрушилось на мою голову.

Борис скидывал свои вещи в большую сумку сметая все что встречалось на своём пути.

Взгляд потухший, а на щеках небритая щетина, отчего весь его вид казался довольно помятым.

— Злата живо собирайся мы переезжаем к родителям, — говорит он пытаясь застегнуть замок на сумке, из которой буквально вываливаются его вещи.

— Я не поеду к родителям. Во-первых, они живут в Питере, а я не могу бросить работу, во-вторых, я просто не хочу стеснять их.

Мачеха с отцом после нашего переезда продали свой дом решив, что для них двоих слишком много места. Они приобрели уютную двушку в центре города и нам с Борисом будет довольно тесно в их квартире.

— У нас нет другого выхода, — произносит он. — Денег у нас нет, а эту квартиру я проиграл в карты.

Он поднимает свою голову и виновато смотрит на меня. Я не понимаю почему чувствую полное безразличие ко всему происходящему. Я даже не знаю куда мне податься. В кошельке у меня лежала последняя пятитысячная купюра и на неё особо не разгуляешься.

Можно, конечно, попробовать продать кое какие украшения и снять квартиру. На первое время должно хватить.

— Ты все ещё не можешь понять, что бизнеса у нас тоже нет? Они все забрали Злата, все что я строил много лет. Ты думаешь работники будут тебя по голове гладить и жалеть, как только они узнают, что зарплату им никто не заплатит? Да они загрызут тебя. Этого ты желаешь?

Я смотрю на него и не понимаю, как я могла когда-то выйти за него замуж, считая его идеальным семьянином, который сможет защитить меня и уберечь.

Он слишком жалок. Просто слабак готовый — вот так вот просто исчезнуть лишь бы спасти свой зад.

— Я никуда не поеду. Ты можешь делать все что хочешь.

В его глазах загорается холодный блеск, от которого у меня по телу проходит нервный озноб.

— Ты поедешь со мной Злата. Ты моя жена и будешь делать все что я тебе скажу. И если я говорю, что ты поедешь значит так тому и быть. А будешь сопротивляться я запихну тебя обратно в псих больницу. Ты же знаешь, что мне не составит труда запрятать тебя там.