Корона Тафелона (СИ) - Авербух Наталья Владимировна - Страница 97

И вдруг Эрна догадалась.

Какая же она была дура!

Они ехали в замок рыцаря лю Дидье!

Бросили своих оборотней, всё равно ютанцы их не отдадут, не драться же с ними. Святош слишком мало. Бросили всё и побежали проверять её, Эрны, слова. То есть Нинеты. Зачем-то им позарез был нужен этот старенький святоша в подземелье. Что же это? Они приедут и скажут, что на рыцаря лю Дидье донесла его дочь?! Они всем расскажут, что это Эрна выдала тайны рыцаря! Прозревшего! Виль же говорил, что она должна забыть! А она? Освободитель, да как только кто-то узнает, что она натворила!..

Да Виль с неё шкуру снимет и пальцы отрежет. Он же такой. Это она раньше думала, что он её любит и заботится. А он ведь проклятый. Он никого не любит и ни о ком не заботится. Притворяется просто. Вон, как она дурочку из себя строит. Ему же нетрудно притвориться. Каким угодно может. И умным, и глупым, и добрым, и злым.

Он просто её разменял. А рыцарю говорил, что не бросит, потому что знал — она будет за ними подглядывать! Он врал! Чтобы она ему верила! Чтобы она не дёргалась и её было просто выбросить! Предал её! Бросил!

И теперь святоши потребуют, чтобы она доносила на рыцаря лю Дидье!

И все узнают!

Какая же она была дура!

Почему она не сбежала сразу?!

Ага, сбежишь тут!

Когда они всё время рядом! Ещё немного — за ногу будут привязывать. Чтобы не потерялась. Она же свидетель, получается?

Эрна начала вспоминать, что тётушка Вейма говорила про церковное право. Свидетель. У любого обвинения должен быть свидетель. Живой человек. И лучше не один. Святоши не могут вот так просто хватать кого попало.

Да, не могут! Они только так и поступают!

Но матушка Онория сказала, что это были плохие святоши. Может, эти, вроде хорошие, без свидетеля не могут?

Надо, чтобы у них не было свидетеля.

Матушка Онория же намекала… намекала… да она ж прямо говорила, что Эрне достанется замок рыцаря лю Дидье!

Замок!

Подумать только!

Да её в этом замке и зарежут!

Кому нужен замок, если в отместку тебя убьют?!

Надо бежать.

Обязательно надо бежать.

Это сначала было опасно, потому что они не верили Эрне. А теперь они думают, что она бедная сиротка. Они её больше не сторожат, а охраняют. Надо бежать. Удрать от них, потом через границу хоть вплавь, а там через Лабаниан до Сетора, а в Сеторе её кто угодно проводит к дядюшке Виру или тётушке Вейме или кому-нибудь ещё, кто поможет добраться до дома. Девочка чуть не заплакала. Виль обманул её и маму! Море, как же! Запугал, запутал, обхитрил!

Она ведь ведьма. А ведьма всегда найдёт дорогу. И, потом, если остаться монашкой, то, может, на неё смотреть-то не будут. Только хлеб давать за молитвы. А молитвы Эрна знает. Вдолбили уж.

Девочка решилась. Едва она перестала ждать, когда её спасёт добрый дядюшка, и бояться, вдруг злые святоши её разоблачат, побег стал казаться очень простым делом.

Пока ещё копали ров и отхожее место, Эрна просто пошла через лагерь в лес. Её схватила за рукав сестра Дезире.

— Пусти, сестра! — проскулила девочка как можно тише. — Живот… растрясло…

— И куда ты одна собралась? — нахмурилась монахиня.

— Не могу больше! — очень натурально взвыла Эрна. Сестра Дезире кликнула псов. Не волкодавов, а мастифов, которые, кстати, всю дорогу не бежали пешком за отрядом, а ехали на специальных сёдлах, хитро прилаженных к самым высоким лошадям. За то время, которое Эрна провела среди святош, мастифы успели к ней привыкнуть и, хоть и не слушались, перестали рычать в её присутствии. Сестра Дезире сказала пару слов и псы пошли за девочкой. Эрна подавила смешок. С такими провожатыми никакой запор не страшен!

К счастью, никто не думал отобрать у Эрны её вещи. Даже зеркальце. Конечно, лучше всего бы распустить волосы, но, пока она будет это делать, её хватятся. Насколько хватит деликатности святош? А если они вздумают её лечить?

Лес был густой, хороший. Эрна зашла поглубже и присела на корточки. Уколола палец иглой. Псы, почуяв кровь, обеспокоенно зарычали. Девочка той же иголкой провела линию в земле, царапая и разрывая траву. Подумав, чуть ближе к себе начертила круг.

— Лес, будь мне вместо отца и матери, укрой меня от врагов, защити от человека и от зверя! — взмолилась девочка. — Пусть сторожа потеряют мой след! Пусть не заметят, как я ушла!

Она встала и сделала шаг назад. Пошатнулась. Раз она ослабела, значит, колдовство удалось. Ещё шаг. Мастифы остались сидеть на месте. Скоро колдовство выветрится, ведь Эрна отдала всего лишь маленькую капельку крови. Но пока для собак она продолжает сидеть на том месте, где только что колдовала. Вот так-то, святоши!

Эрна повернулась к собакам спиной и стала пробираться через лес, стараясь поменьше прибегать к колдовству. Вдруг что-то ткнулось ей в поясницу. Это было настолько внезапно, что девочка закричала. Тут же, спохватившись, она закрыла рот ладонью, но сделанного было не воротить. Крик услышат в лагере! Бросятся спасать!

В поясницу ей ткнулся любопытный нос желтоватого волкодава. Флаво! Только его тут не хватало. Волкодавы не сторожат людей — и на него не подействовало отгоняющее сторожей колдовство. Что же с ним делать?!

— Уходи, Флаво! — строго сказала девочка. — Уходи! Ты мне не нужен!

Пёс восторженно гавкнул и полез лизать девочке руки.

Освободитель! Что ей теперь делать?!

Вернуться, подумала она.

Всё пошло не так.

Её скоро хватятся, хватятся Флаво — что она им скажет?! Почему сбежала?! Как ей удалось?!

Надо вернуться.

Эрна упрямо закусила губу.

Нет, она не вернётся к святошам. Надо просто прирезать пса и…

Флаво просунул голову под её руку, напрашиваясь на ласку. Эрна сглотнула.

— Ладно, как знаешь, — сказала девочка. Пока она ещё доберётся до границы, она успеет что-нибудь придумать. Или набраться духу, чтобы зарезать проклятое животное. А пока и Флаво сгодится. Волков отгонять, например. Или оборотней.

Девочка неожиданно повеселела. Надо было поскорее уходить как можно дальше и…

Она подумала и сменила направление, чтобы святошам не так просто было её найти по крику. Собаки тоже нескоро возьмут её след, а там он, глядишь, и простынет. Знать бы ещё, сколько колдовство продержится… Вот мама, когда колдовала, о чём думала?..

Незаметно пробраться через лес с волкодавом в компании было не очень-то просто. Чтоб его Враг побрал! Проклятый пёс совершенно не слушался и, похоже, был уверен, что девочка затеяла какую-то замечательную игру. В прятки. Поэтому пёс то отбегал и куда-то терялся, а то выпрыгивал спереди, справа, слева или сзади и валил Эрну с ног. Было ясно, что игра ему нескоро надоест. Одно хорошо: мало того, что монашеское облачение пропылилось в дороге, теперь оно и вовсе стало серым и не так бросалось в глаза среди деревьев.

Эрна брела через лес, замечая, что уже темнеет. Направление она потеряла и теперь искала только уютное место, где можно будет заночевать. Ей уже приходилось ночевать в лесу. Можно было поколдовать немного — и никакие звери будут не страшны. Мама так делала. Только есть хочется. Но это придётся потерпеть. Когда рассветёт, можно будет найти деревню… тут не как в Тафелоне, где леса, леса и леса кругом. И горы. Тут два шага ступил — уже деревня. Это она, наверное, с непривычки кругами ходит. Надо будет поколдовать. Утром. И найти деревню, а там сказать, что монашка и идёт пешком… как их там?...   святой какой-то был… отец Бенлиус недавно рассказывал. В общем, к мощам. В Тафелоне. Или лучше не там. Лучше про Балриль спросить, а потом пойти в другую сторону. И всё будет хорошо. Монашек же не трогают. Они Заступнику молятся. За всех.

Флаво где-то отстал. Небось тоже проголодался и понял, что девочка его не накормит. Тем лучше. Не придётся его убивать. Эрна вспомнила, как он лизал её лицо и постаралась это забыть. А если бы этот дурень охранял волчицу, дядюш… Виль бы и его убил. И тем лучше было бы! Проклятая собака!