Попутчики (СИ) - Авербух Наталья Владимировна - Страница 136

— Подожди нас здесь, — сказал монах.

Они вошли в комнату Магды, в которой та даже не ночевала.

— Дочь моя, — вежливо произнёс отец Сергиус, — должен спросить тебя… поверь, не в целях осудить и не из праздного любопытства… Правда ли то, что кричал о тебе этот юродивый?..

Магда вспыхнула.

— Я барона не привораживала, отец.

— Нет, я хочу узнать, не называют ли тебя во владениях барона цур Фирмина ведьмой.

У Магды мучительно сжалось сердце. Сказать правду? Солгать? Будет ли этот странный человек проверять? Она уже почти решилась солгать, но что-то в цепком взгляде монаха удержало её.

— Меня называют ведьмой Магдой, отец, — призналась она.

— Кто-нибудь может подтвердить твои слова?

Магда поперхнулась. Ведьма признаётся в том, кто она есть, и святоша требует доказательств?! Или мир сошёл с ума, или небо упало на землю, или наступил конец света, а она и не заметила?!

— Куно, — буркнула ведьма. — И Флегонт… отец Менлиус. В Латгавальде — кто угодно.

— Тогда, полагаю, это написано о тебе.

Он протянул ведьме письмо… буквы все знакомые, её учили писать и читать, но она не могла разобрать ни слова!

— Позволь, я зачитаю, — мягко предложил отец Сергиус. — Это написано на церковном языке, неудивительно, что ты ничего не поняла. Полагаю, тебе неинтересно будет слушать про предательство братьев-заступников…

— Предательство?!

— …поэтому… Ага, вот это…

Признаюсь тебе, что, отправившись в священный поход, надеялся обезопасить свои владения и свою семью от происков ордена. Но их предательство, поставившее под удар всю армию, заставляет меня опасаться за своих близких. Передаю твоему попечению мою дочь Нору цур Фирмин, которую я назначил регентом в своих владениях и передал ей своё место в совете. Также вверяю твоим заботам Бертильду цур Лотарин, дочь рыцаря Криппа цур Лотарина, проживающую недалеко от моего наследственного замка Ордулы, известную в моих владениях под именем ведьмы Магды. И с ней её дочь Эрну, рождённую вне брака, и сына Леона, которого Бертильда родила мне и которого воспитывают как своего ребёнка мои вассалы шателен Ордулы Вир и его жена Вейма. Если воля Заступника мне не вернуться домой, то этим письмом я признаю своего сына Леона своим законным сыном и доверяю моей дочери Норе выделить своему единокровному брату долю в наследстве такую, какая полагается для чести младшему сыну барона. Этим же письмом я утверждаю, что сыну моему Леону не полагается ни замка, ни доли в земельном владении, ни места в совете баронов. Матери же его, Бертильде, завещаю свою любовь и дом, в котором она проживает, а также часть леса вокруг него, в полную собственность для неё, её дочери и прочего потомства, за исключением нашего общего сына. Этим письмом я объявляю свою волю: в Фирмине ни Бертильда, называемая ведьмой Магдой, ни её дочь Эрна, ни другое, сколь угодно дальнее потомство не могут преследоваться за занятие колдовством, покуда оно служит для процветания моих владений.

У Магды вырвался протяжный всхлип и она закрыла лицо руками.

— Он никогда не говорил мне, — призналась она, с трудом подавляя слёзы. — Он… он…

— Он жив, дочь моя, — успокоительно произнёс монах. — После этого письма я получил ещё несколько. Он жив и в добром здравии. Что с твоими детьми?

Магда сглотнула.

Лгать столь высокопоставленному священнику, посвящённому бароном во все свои тайны было опасно.

— Мой сын… его отвезли в Вилтин… У графа воспитываются внуки… сыновья Норы… её милости Норы… Вейма отвезла Леона туда.

Отец Сергиус кивнул.

— А твоя дочь?

— Моя дочь… моя дочь… она… с ней… её… волшебница Виринея увезла её в Белую башню.

Монах кивнул. Слава Освободителю, он не стал расспрашивать дальше.

На мгновение мелькнула мысль рассказать странному монаху о том, что дочь похитили, что её нужно спасти, что…

— Возвращайся в Фирмин, дочь моя, — успокоительно произнёс отец Сергиус. — В своё время барон к тебе вернётся.

Он осенил её священным знаком и вышел из комнаты. Магда услышала, как он спрашивает Куно, правда ли Бертильда и ведьма Магда — одно лицо и может ли он утверждать, что колдовство её служит на пользу Фирмину и подтвердят ли это другие жители владений. Мальчик отвечал неохотно, но всё подтвердил, и легат вышел в общий зал.

— Куда теперь? — тихо спросил Куно.

— Домой, — пожала плечами Магда. — Только не через Корбинан.

— А…

— Молчи! — взмолилась ведьма.

Они вернулись в зал вслед за легатом и услышали, как тот рассказывает кнехту Отто, что на западе страны начинается война и что по дороге они встретили барона цур Абеларина, который собирался напасть на Фирмин, едва соберёт войска, и так его вразумили, что он остался с основной частью отряда штурмовать монастырь братьев-заступников.

— А вы сюда подались, отец?.. — почтительно спросил кнехт, не решаясь прямо спросить, зачем отец Сергиус тут оказался.

— Мы получили сведения, что братья-заступники перехватили убийцу северного заложника, — пояснил папский посланник. — Боюсь, мне не хватило терпения ждать их под стенами монастыря…

— И теперь вы будете искать того душегуба? — нахмурился Отто.

Магда заподозрила, что кнехт боится, как бы искать Виля не приказали ему. Она быстро взглянула на Куно. Тот сидел, опустив взгляд, и старательно делал вид, что ответ его не интересует. Слишком старательно. Отец Сергиус покачал головой.

— Исчезновение этого человека, когда он находился под надзором братьев-заступников, да ещё при помощи колдовства, которое они уже использовали в своих делах после того, как я получил доказательства, что их орден нанимает разбойников из числа проклятых для своих преступлений… Это само по себе подтверждает их вину. Я не буду отвлекаться от своего дела ради его поимки. Придёт время и они мне сами всё расскажут. К тому же он только орудие.

Магда с трудом подавила вздох облегчения.

— Вы можете вернуться домой, — предложил отец Сергиус, — но я бы попросил вас проводить госпожу Бертильду до… как называется твоя деревня, дочь моя?..

— Латгавальд, отец, — ровным голосом ответила ведьма. Только ей десятка кнехтов не хватает в провожатых!

— До Латгавальда, — заключил монах.

Отто охотно согласился и Магда сглотнула. Десяток кнехтов не приведёшь к себе в лесной домик и не попросишь натаскать воды… может быть, ей заехать в замок?.. В Ордуле её знали, барон даже предоставил ей комнату, в которой она почти никогда не бывала… В Ордуле даже знали её настоящее имя и, конечно, в каких отношениях она была с бароном…

— Я не знаю как вас благодарить… — начала она, но и Отто, и монах отмахнулись от неё неискренних благодарностей.

Делать было нечего. Оставалось только надеяться, что ей удастся отделаться от непрошеных доброхотов, а там уже Виль найдёт её сам.

История пятая

Война

Глава первая

Серая пустошь

Для маленькой Эрны время тянулось бесконечно долго. Расправившись с незнакомым рыцарем, который оказался оборотнем и безнадёжно пытался защитить девочку, волшебница повезла её дальше и дальше, через лес, на восток, до самой Серой пустоши.

Серая пустошь оказалась странным и страшным местом. Волшебница скакала вперёд и вперёд, под её ногами расстилалась сияющая белым светом дорога, а над головой с завыванием летали жуткие голые тётки. Виринея не обращала на них внимания, она погоняла и погоняла своего белого коня, пока впереди не загорелась ярким светом волшебная башня. На её фоне Чёрная и Бурая башни терялись. Виринея спешилась и сняла с седла ослабевшую от слёз и страха девочку. Как ни была напугана Эрна, а всё же заметила, что волшебница не позаботилась о своей лошади, не поискала кого-то, кто ею займётся, а ведь животное было всё в пене.

Оглядываться было некогда. Вокруг не было ни забора, ни ограждения, рядом не стояло ни единого сарая. Виринея схватила Эрну за руку и поспешила в Белую башню. Двери распахнулись от одного её прикосновения и, несмотря на позднюю ночь, волшебницу встретил высокий человек в таких же, как у Виринеи, белых одеждах.