Твоя (не) родная семья (СИ) - Устинова Мария - Страница 2

Из списка я могу предложить лишь посредственный английский и немного французского, а также презентабельный внешний вид.

Ну все, шансов ноль.

Зато догадываюсь, почему Виктория Петровна предложила меня: она знала, что я знаю французский. Помогала ей однажды с переводом статьи.

Раздается входящий сигнал, и я включаю связь без промедления. Он поймет, что я все это время сидела перед компьютером и ждала, но мне все равно. Хочется поскорее закончить ненужное собеседование.

На экране появляется его лицо.

Точь-в-точь, как на фото. Только чуть уставший. От вида ночной Москвы за его спиной начинает ныть сердце. Взгляд пронзает меня насквозь. У Олега Давыдова настолько мощная аура, что я непроизвольно съеживаюсь. Решительного, сильного человека. Чувствую, что боюсь его.

— Камилла… Андреева? — спрашивает он, сверяясь с записями в ежедневнике, и долго смотрит на меня. — Мне вас рекомендовали. Вы готовы к интервью?

Глава 2

— Д-да, — немного запинаюсь я, и становится неловко.

Он не обращает внимания, отодвигает ежедневник и смотрит в экран. Я вправду его заинтересовала? Думала, он будет тыкать ручкой в свой ежедневник и скучающе смотреть на огни Арбата в окно, пока буду перед ним распинаться.

— Расскажите о себе.

На лице нет улыбки, выражение тяжелое, словно он работал, а в конце дня вынужден лично искать секретаря.

Странно, почему сам, а не через отдел кадров. Поручил бы меня эйчару. Мне бы хватило и стажера. Рассказ о себе — моя нелюбимая часть собеседования. Похоже на деловой стриптиз перед незнакомым человеком.

— Мне двадцать пять лет, — мелодично говорю я, меня не возьмут, но все равно пытаюсь сделать голос красивым. В конце концов, будет отказ — ну и что? Зато попрактикуюсь в собеседованиях. Эта мысль заставляет чувствовать себя уверенной. — Сейчас я работаю в небольшой транспортной компании, но давно мечтаю о большем…

— Подождите, — перебивает он, глядя в телефон.

Я жду, пока он отвечает на СМС.

— Давайте изменим тактику, — Давыдов снова смотрит в глаза. — Я задаю вопросы, вы отвечаете, так будет быстрее. Ваше образование?

Я хотела как-то сгладить вопрос в процессе рассказа. Но этот монстр уставился и ждет ответа.

— Психология. Извините, я читала вакансию. Экономического или управленческого образования нет…

— Забудьте о том, что написано на сайте. На чем конкретно специализируетесь?

— Корпоративная психология.

— Опыт работы?

— Нет.

В нашей глуши таких вакансий просто не было. За годы мне ни разу не попалось что-то по профилю. Сейчас я работала в отделе кадров, и то меня устроили по знакомству и вот уже два месяца задерживали зарплату. Бесполезная профессия. Но когда я поступала, видела себя в другом месте.

— Языки?

— Английский, немного французский.

— На каком уровне?

— Мне не хватало практики, но говорю свободно. Если хотите можем продолжить собеседование на английском.

— Не стоит, — он задумчиво смотрит на меня.

У меня интересная внешность. Очень нежная, я выгляжу младше своих лет. До сих пор, как девчонка. Мама говорит, это только до тридцати. Русые волосы, пухлые губы, голубые глаза придавали мне несерьезный вид. Я думала, что понравилась ему — разве соискательница на должность секретаря не должна быть красоткой? Но Олег Давыдов смотрит с сомнением. Для наших пенат мое резюме — это круто, но не для столицы. Невнятное местное образование, минимум разговорной практики, один язык — совсем слабо. А красота сама по себе не очень много стоит. Красивых много.

— Последний вопрос, Камилла. Вы надежный человек?

На секунду вопрос выбивает меня из колеи. Надежный ли я человек? Перед глазами становится картина, как я, невзирая на темное утро и снег, тащу Сеньку в садик на санках. Или остаюсь после работы, чтобы закончить работу за весь отдел, потому что одна отпросилась из-за больного ребенка, а вторая сама на больничном.

О, да, я вполне надежный человек.

Думала, он спросит про стрессоустойчивость или намекнет на интим, кто знает этих топ-менеджеров. А его беспокоит вполне обычная проблема надежности.

— Да, — говорю я. — Я вас не подведу.

— Семейное положение?

— Замужем. Есть ребенок, пять лет.

— К переезду вы готовы? Помощницу ищу срочно. Рассчитываю, что в течение недели-двух вы переберетесь. Это реально для вас с ребенком, семьей?

У меня что-то сжимается в груди. Меня что, берут? Или, наоборот, подводят к мысли, что такой переезд я не потяну нужно искать более реальные варианты? Узнать можно одним способом. Сказать «да», и посмотреть, как среагирует.

— Да, я смогу переехать.

Представляю, как разорется Игорь. О боже, что я твою! Он меня убьет… В животе появляются покалывания, словно бабочки летают, но это от адреналина и счастья, что справилась с интервью.

— Тогда жду вас на второй этап собеседования, Камилла. Уже здесь, в Москве. Через одну-две недели. Как только решите организационные вопросы, звоните. До встречи.

Он прохладно улыбается и экран темнеет. Я снова оказываюсь на обшарпанной кухне наедине с проблемами. Но он только что был здесь. Я говорила со своей ожившей мечтой. Неужели у меня есть шанс? Боюсь спугнуть удачу, но неверие пересиливает. Я набираю номер Виктории Петровны, и жду ответа с трясущимися от волнения руками.

— Камилла, девочка? Ну как все прошло?

— Кажется, хорошо, но я не уверена… Меня пригласили на второй этап, в Москву.

— Это отлично! Если ты ему понравишься в личном общении, считай, ты уже у него работаешь. Олег Владимирович очень человек серьезный, просто так не пригласит.

— Меня мучают сомнения, — я вздыхаю, но решаюсь. — Я не соответствую требованиям на сайте. Мне кажется, я не подойду, Виктория Петровна. А как вы узнали, что он ищет помощницу?

— Очень просто, — смеется она. — Когда-то преподавала на курсе, где учился Олег Владимирович. Он обратился ко мне недавно, и попросил порекомендовать надежную девочку.

— Психолога?

— Полагаю, что да, дорогая, раз он обратился ко мне. Ему нужен надежный человек, которому можно доверять. Не из Москвы. Всему, что нужно, он научит тебя сам.

Я удивленно молчу. Оказывается, я вполне соответствую. Пожалуй, единственная из всего нашего вуза подхожу именно я: привлекательная, со знанием двух языков, корпоративный психолог. Не местная.

— Почему не из Москвы? — интересуюсь я.

— Этого не могу сказать. Спросишь сама, когда поедешь.

— Спасибо большое, — сердечно благодарю я, и кладу трубку.

Делаю чай с ромашкой, хотя хочется кофе. Но на ночь вредно.

Не когда поеду, а если поеду.

Так правильней. Меня охватывает дрожь, я грею руки на чашке и жду, когда из садика вернется Игорь. Нам еще раз нужно поговорить. На этот раз — всерьез.

Игорь возвращается недовольный, с Сенькой, на котором задом-наперед надета кофта, а ботинки не на ту ноги. Ребенок давно умеет одеваться сам, поэтому спрашиваю:

— Это что?

— Ничего! — огрызается муж. — Пришлось самому одевать, чтобы быстрее было!

Он хлопает дверью в ванную, а я вздыхаю, присаживаюсь перед Сенькой на корточки и тихо спрашиваю:

— Папа опять не дал самому одеться? Трудно ему лишнюю минуту подождать?

— Ага, — мрачно буркает ребенок, снимая ботинки.

Я улыбаюсь. Сенька просто прелесть — светлоголовый, с голубыми глазами. Даже мрачный и обиженный, выглядит ангелочком.

— Игорь! — кричу я, когда слышу, что он вышел из ванной. — Нам нужно поговорить.

— Да отстань ты от меня, — раздражается он.

Ну, все понятно: сначала приставала с переездом, затем заставила сходить в сад, теперь снова что-то хочу.

— Это важно!

— Ладно, — он появляется в кухне, хмуро глядя из-под густых бровей. — Что опять?

Мне не нравится его подход, слова, даже выражение лица — видно без переводчика, что я его достала, и разговор не получится. Но делаю еще одну попытку, пока Сенька моет в ванной ручки.