Ведьмина дорога (СИ) - Авербух Наталья Владимировна - Страница 82

— Что уж тут непонятного? — пробормотала девушка.

Когда они очутились под стенами, Магда поняла, почему Виль велел ей не спорить. Он не стал искать способов пробраться в замок окольным путём. Он потащил спутницу к самым воротам и постучал.

— Открывайте! — потребовал он, услышав изнутри оклик.

— Паук, ты, что ли? — послышалось из-за дверей. — Нагулялся? А девку куда дел?

— Да вот она. Пусти, говорю, нагулялись.

— Ишь ты! — загоготали изнутри, но ворота открыли. Магда поплотнее закуталась в тряпку, взятую вместо платка, и попыталась спрятаться за спину своего спутника, но он втолкнул её внутрь. — Гляди-ка, стесняется! Понравилось, видать. Эй, милашка, как тебя зовут? Как ночка-то, хороша? А со мной завтра не прогуляешься?

— Свою милашку ищи, — в тон ему посоветовал батрак и сунул собеседнику тяжёлую золотую монету. — А эта со мной.

Он толкнул Магду в спину, понуждая её идти дальше, и пошёл следом за ней, не слушая уже шуточек охраны.

— Ты… — прошипела Магда, когда они отошли подальше.

— Не благодари, — засмеялся Виль. — Я им сказал, что девку напоил и прогуляться вывел. Мол, шумно в замке, да и святоши шастают.

— И они поверили?!

— За два золотых и не в то поверят. Думал, прикончить его, как назад пойду, чтобы не растрепал. Гляди-ка, Маглейн, ещё ничего не сделала, а уже чью-то жизнь спасла.

Магда не ответила. Её трясло. Батрак, по-хозяйски обняв за плечи, вёл её через двор замка, ни от кого не таясь и не скрываясь.

— Остановят — смотри в землю, — посоветовал он. — Глаза не поднимай, молчи, отвечай только если тебя спросят. И покороче.

Но их никто не остановил. Виль совершил почти невозможное — провёл недавно сбежавшую ведьму по полному людей двору осаждённого замка — и никто на них даже не обратил внимания. Батрак завёл ведьму за угол баронского дома, прижал её к стене, вынуждая спрятаться в тени. Сделал несколько шагов, что-то нашарил и поманил девушку к себе.

— Я лезу первым, — сообщил он. — Когда заберусь, обвяжешься верёвкой, помогу забраться. И тихо. Поняла?

Магда молча кивнула. До сих пор ей не приходилось столько лазить, как в последние несколько дней, и она уже успела усвоить, что Виль, если ему не мешать, сделает всё аккуратно и правильно. Но, когда батрак втащил её наверх, она всё-таки возмутилась.

— Нужник?! — выдохнула она, с отвращением морща нос.

— А ты много мест знаешь, под которыми никто гулять не будет? — хмыкнул Виль. — Пошли давай. Не заляпайся. И тихо. Тут недалеко.

Дом барона был выстроен из дерева, не из камня. Если на первом этаже был только большой зал, господская кухня и таблиний барона (с противоположной от кухни стороны), то второй и третий были разделены на множество мелких комнат. Второй — для барона, его семьи и гостей, третий — для многочисленной челяди. Обычно дом пустовал, но сейчас был наполнен голосами, криками, шагами… Здесь не поможет ни колдовство, ни хитрость: если им с Вилем кто-то повстречается, это верная смерть. Они забрались на второй этаж, прокрались до чёрной лестницы (Магде казалось, что её сердце колотится так, что его слышно даже снаружи замка), и по ней залезли на самый чердак, вернее, самый верхний этаж под крышей, где хранилась разная рухлядь.

— Его держали здесь, потому что на крышу отсюда не выбраться, а по коридорам — поди-ка пройди, — пояснил Виль. — Куда ни плюнь, в обход зала выхода нет.

— Ты же вылез, — напомнила ведьма.

— Так то я, — засмеялся батрак. — Ты вон как нос сморщила. Вон твой малец лежит.

Он зажёг висящий на стене тусклый светильник и Магда бросилась к лежащему на полу юноше. Он болезненно скорчился в луже крови и, казалось, уже не дышал.

— Он умер! — ахнула она, в гневе поворачиваясь к убийце.

— Не должен, поди, — засомневался батрак. — Небось сознание потерял, нежный слишком.

Магда осторожно ощупала раненого. Сердце билось.

— Ты… — прошипела девушка. — Ты за это ответишь.

— Гляди, как заговорила! — обиделся батрак. — То «Виль, помоги», а то ругаться!

— Ты убил его!

— Вперёд не будет под руку лезть, — ничуть не смутился Виль. — Тшш! Слышишь?

Магда ничего не слышала, но послушно замерла. Что-то зашуршало, и в бросаемых на стены бликах появился… появились…

— Кто это?! — ахнула девушка, уставившись в недоумении на незнакомого наёмника, которого тащил с собой оборотень. Руки его были связаны, ноги стреножены, как у лошади, рот закрыт кляпом, глаза выпучены от страха. — Зачем ты его привёл?!

— Он умирает, — кивнул оборотень на скрючившееся тело графского наследника. — Он не может разговаривать, а должен сделать выбор. Без его выбора ничего нельзя сделать.

— И что?!

— Когда я… умирал… — медленно проговорил оборотень, держа своего пленника за шиворот, — ведьма забрала мою боль. Ты сможешь это сделать?

— Да, смогу! — почти обиделась на это сомнение ведьма. — Но зачем тебе этот человек?

— Отдашь боль ему, — равнодушно пояснил оборотень.

— Что?!

— Тихо ты! — напомнил батрак. — Хорошо придумал, Серый. Давай, Маглейн. Или опять плясать надо?

Девушка попятилась.

— Я думала забрать боль сама, — тихо сказала она.

— Насмешила! — нетерпеливо отозвался батрак.

— Тогда ты не сможешь провести обряд, — пояснил оборотень. — Ты должна передать боль другому человеку.

— Но ему же будет больно! — не сдержалась ведьма, сама слыша, как по-детски это звучит.

— В том-то и смысл, — осклабился батрак.

Пленник бесполезно рванулся к выходу, но его удержала рука оборотня. Протестующе замычал, замотал головой.

— Он — враг, — жёстко произнёс оборотень. — Один из тех, кто резал моих людей. Даже тех, кто уже не мог держать оружие. Раненых, обессилевших! Он убил бы меня, не будь я так живуч! Поверь, той ночью я бы не колебался, отдавать ли ему свою боль.

Он разжал руку и пленник упал на колени. Магда перехватила его отчаянный взгляд и зажмурилась.

— Я не смогу! Это невозможно! Я не… Он живой человек! Я не могу! Это же злое колдовство!

— А ты кто? — картинно удивился батрак. — Ты у нас ведьма, вот и делай, что тебе положено.

Магда попятилась и затрясла головой.

— Ладно, — вдруг мирно сказал батрак. — Как скажешь, Маглейн. Пошли отсюда.

— Пошли?! А… А как же…

— А твой парнишка помрёт, — безмятежно заключил батрак.

— Нет, он не умрёт, я…

Девушка с мольбой посмотрела на оборотня.

— Поверь, я смогу! Тебе не надо…

— Не сможешь, — покачал головой оборотень.

— Маглейн, ты совсем рехнулась, — снова вмешался батрак. — У парня живот вспорот, с такой раной только лежать и скулить или вовсе в беспамятстве валяться.

— Ты! — в озлоблении повернулась к нему девушка.

Это ты его так ранил, а теперь!..

— Ну, ранил, — пожал плечами батрак. — Какая теперь разница?

Оборотень шагнул к девушке, взял её за плечи и встряхнул.

— Выбирай, — предложил он. — Один из них сегодня умрёт. Кто? Твой рыцарь — или убийца без чести и совести?

— Умрёт?! — рванулась из его хватки ведьма.

— А ты думала, мы его оставим рассказывать, чем тут развлекались? — засмеялся батрак и оттащил отчаянно извивающегося пленника подальше от лестницы. — Решай, Маглейн. Он всё равно умрёт.

Пленник замотал головой, с надеждой глядя на девушку.

— Я не смогу, — запротестовала девушка.

— Сможешь, — жёстко ответил оборотень и толкнул её к безжизненному телу графского сына. — Смотри. Даже в забытьи он страдает. И ты знаешь, что делать. Ты ведьма. Ну же!

Магда вздохнула. Это-то она знала прекрасно. Верена учила её и этому. Только никогда не предупреждала, что это будет так… так… страшно? Так подло?..

Но, быть может, она всё-таки сможет… сможет…

Иногда выбор делается за тебя. Тебе придётся с этим жить дальше.

Она склонилась над бескровным лицом юноши. Ещё дышит. Ещё. Положила руки на виски, мягко надавила. Выровняла своё дыхание в такт с едва заметным дыханием умирающего.