Нож сновидений - Джордан Роберт - Страница 215

– Вот это да! Именно так я и хотела поступить! – сладко пропела Илэйн. – И как только ты догадалась?

Бергитте усмехнулась и пробормотала:

– Проклятая девчонка!

Однако она сделала это достаточно тихо, чтобы никто не услышал. Узы наполнились нежностью.

Конечно, на деле все было не так-то просто. Воинам приказали помочь раненым. Некоторые могли передвигаться самостоятельно, однако большинство – нет. У многих жгуты стягивали обрубки рук или ног. Чарлз и дворяне собрались вокруг Илэйн и Бергитте, чтобы вникнуть в план атаки, который, ввиду своей внезапности, был прост. Чанелле заупрямилась и отказывалась сплести новые переходные врата, пока Илэйн не дала слово, что на этот раз им придется всего лишь перебросить людей из одного места в другое. Обе скрепили договор, поцеловав кончики пальцев и прижав их к губам друг друга. Только после этой процедуры врата схлопнулись в вертикальную серебристую линию, а потом снова развернулись на сто шагов в ширину, открыв вид на Кэймлин с юга.

Вдоль дороги, которая тянулась от портала на север, к Фармэддингским Воротам, тоже располагались каменные лотки, однако среди них не сновали люди. Под стенами на расстоянии полета стрелы толпилась огромная масса солдат, конных и пеших. Толпа топталась всего в нескольких сотнях шагов от переходных врат. Казалось, что она, словно клякса, расползлась по прилегающим переулкам. Над конницей развевалось множество знамен, однако все – и кавалерия, и пехота – были обращены в сторону ворот Кэймлина. Закрытых ворот. Илэйн хотелось кричать от радости.

Она первой миновала переходные врата, однако Бергитте не была настроена рисковать. Телохранительницы окружили Илэйн и мягко оттеснили в сторону. Бергитте держалась по правую руку от нее. Однако, своего Генерала они почему-то оттеснять не стали. К счастью, никто не пытался остановить Илэйн, когда она стала понукать свою серую кобылу продвинуться вперед, пока между ней и дорогой не осталась одна единственная шеренга женщин. Но эта шеренга может оказаться такой же надежной, как крепостная стена. И кроме всего прочего серая кобыла оказалась достаточно высокой, так что, чтобы разглядеть хоть что-то, не было необходимости приподниматься в стременах. Кстати, нужно было немного удлинить их, потому что ноги у Илэйн были определенно длиннее, чем у предыдущей обладательницы. Скорее всего, эта лошадь раньше принадлежала Чесмал, – лишь она могла сравниться по росту с Илэйн. Мировоззрения предыдущей хозяйки вряд ли повлияли на животное. Из-за того, что Чесмал была из Черной Айя, кобыла едва ли стала воплощением тьмы, однако Илэйн чувствовала себя довольно неуютно на ней и не только из-за коротких стремян. Серую нужно будет продать и всех остальных лошадей Приспешниц Темного тоже, а вырученные деньги раздать бедным.

Следом за Чарлзом в проеме врат показалась кавалерия и пешие, – люди заполнили портал от края до края. В сопровождении Белого Льва и Золотой Лилии Капитан рысью повел к дороге пять сотен Гвардейцев, которые принялись рассредоточиваться, чтобы занять всю ширину дороги. Еще отряды, такие же по размеру, отделялись от массы солдат и исчезали в улочках Нижнего Кэймлина. Когда последние бойцы прошли сквозь врата, портал захлопнулся и испарился. Теперь если что-то пойдет не по плану, отступать будет некуда. Они просто обязаны одержать победу, иначе Аримилла получит трон, так и не взяв Кэймлин.

– Сегодня нам потребуется вся проклятая удача Мэта Коутона, – пробормотала Бергитте.

– Ты уже не раз говорила что-то в таком духе, – сказала Илэйн. – Что ты имеешь в виду?

Бергитте как-то странно посмотрела на нее. По узам прокатилось… веселье!

– Ты когда-нибудь видела, как он играет в кости?

– Не могу сказать, что я часто бываю в заведениях, где играют в эту игру, Бергитте.

– Ну, тогда скажу проще: он удачливее всех, кого мне доводилось встречать на своем веку.

Покачав головой, Илэйн выбросила из головы этого Мэта Коутона. Продвигавшиеся вперед люди Чарлза перекрыли ей обзор. Они еще не атаковали и старались не создавать лишнего шума. Если чуть повезет, ее солдаты успеют окружить армию Аримиллы прежде, чем те поймут, что произошло. А после этого они нанесут удар по Аримилле со всех сторон. Значит, Мэт самый удачливый из всех, кого встречала Бергитте? В таком случае, он действительно чрезвычайно удачлив.

Внезапно Гвардейцы Чарлза рванули вперед, сверкающие на солнце наконечники копий нырнули вниз. Видимо, кто-то из врагов все же оглянулся назад. Послышались крики, тревожные вопли, но все перекрыл стройный громовой, клич, который тут же был подхвачен со всех сторон:

– За Илэйн и Андор!

Иногда спереди доносились и другие:

– За Луны!

– За Лису!

– За Три Ключа!

– За Молот!

– За Черный Стяг!

И еще много-много разных боевых кличей Домов помельче. Однако со стороны атакующих раздавался только один, разносимый множеством голосов:

– За Илэйн и Андор!

Внезапно плечи Илэйн затряслись то ли от смеха, то ли от рыданий. Да ниспошлет Свет, чтобы смерть этих людей не была напрасной!

Боевые кличи потонули в звоне стали о сталь, в криках и стонах убиваемых и убивающих. И тут Илэйн заметила, что ворота открываются. А ей ничего не видно! Она высвободила ноги из стремян, подтянулась вверх и встала на седло. Кобыла беспокойно переступила с ноги на ногу, – она явно не привыкла к таким действиям, – но девушка не потеряла равновесие. Бергитте выдала особо крепкое ругательство, но тут же последовала примеру Илэйн и встала на седло. Из Фармэддингских Ворот хлынули сотни лучников и арбалетчиков. Только непонятно, это защитники города или наемники-перебежчики?

Словно в ответ на этот вопрос, стрелки принялись поливать конницу Аримиллы дождем из стрел, прерываясь только на пару секунд, чтобы наложить стрелу и спустить тетиву. Линия арбалетчиков подняла оружие и дала залп. Они тут же принялись работать натяжными механизмами, натягивая тетивы, однако следующая шеренга уже выступила вперед, чтобы послать во врага новый залп болтов, который, словно выкосил людей и коней из строя Аримиллы. Из ворот вынырнул еще один отряд лучников, – стрелки тут же принялись спускать тетиву с максимальной скоростью. Третья шеренга арбалетчиков шагнула вперед и разрядила оружие, за ней четвертая, пятая. Из-за спин арбалетчиков, все еще выбегающих из Ворот, показались солдаты с алебардами в руках. Алебарда – жуткое оружием, совмещающее в себе наконечник копья, лезвие топора и крюк, который помогал выдергивать всадника из седла. Коннице не хватало места, чтобы пустить в ход копья, а мечи уступали по длине древку алебарды, поэтому кавалерия начала сдавать позиции. Теперь из Ворот галопом вылетели всадники в красных мундирах и латах. Гвардейцы рассыпались по сторонам, чтобы напасть на войска Аримиллы с боков. Поток конников никак не прекращался. Откуда, во имя Света, Дайлин взяла такую прорву Гвардейцев? Если только… Да сгореть ей на месте, эта женщина наверняка привлекла всех новобранцев, которые не прошли еще надлежащих тренировок! Что ж, тренировки тренировками, а сегодня они первый раз искупаются в крови.

Внезапно в воротах показались три фигуры в позолоченных доспехах, в руках они сжимали мечи. Две из них были сильно меньше третьей. Когда они появились, снова раздались крики, правда, не такие громкие, едва различимые сквозь шум битвы:

– Черные Орлы!

– Наковальня!

– Красные Леопарды!

В Воротах также возникли две всадницы. Издалека казалось, будто они боролись, и той, что повыше, в результате удалось оттеснить вторую обратно за стены.

– Кровь и проклятый пепел! – прорычала Илэйн. – Ладно, Конайл, он уже достаточно взрослый, но Бранлет и Периваль еще совсем мальчишки! Кто-то должен был держать их подальше от всего этого!

– Дайлин и так удавалось сдерживать их достаточно долго, – невозмутимо отозвалась Бергитте. В узах царило нерушимое спокойствие. – Она удерживала Конайла дольше, чем я думала. И Каталин до сих пор с ней. В любом случае, мальчишек отделяет от неприятеля несколько сотен людей, и я не вижу, чтобы кто-нибудь пытался прорубить им дорогу.