Нож сновидений - Джордан Роберт - Страница 195

– Говорю же вам, мне это совсем не нравится, – бубнил Галлене. За серой пеленой его красная повязка на глазу была лишь еще одной тенью. Его мощный гнедой ткнулся ему мордой в спину, и мужчина рассеяно потрепал животное по шее. – Если Масима и в самом деле вознамерился убить леди Первенствующую, то предлагаю покончить с ним прямо сейчас. У нас численное превосходство. Мы мгновенно сметем его телохранителей.

– Болван, – прорычал Арганда, оглядываясь, словно из тумана вот-вот вынырнет Масима и его молодчики. В отличие от майенца он надел свой посеребренный шлем с плюмажем из трех пышных белых перьев. Шлем и латный нагрудник с золотой и серебряной отделкой влажно поблескивали. Даже в туманной дымке его доспехи ярко сияли. – Как ты себе представляешь? Мы перебьем две сотни людей абсолютно бесшумно? Да, крики наверняка будут слышны с той стороны хребта. И ко всему прочему, твоя правительница здесь, рядом с тобой, ты можешь окружить ее всеми своими девятью сотнями людей, оградив от всякой опасности. А вот Аллиандре все еще там, в этом проклятом городе в окружении Шайдо.

Галлене метал громы и молнии, его рука скользнула к мечу, словно перед тем, как расправиться с Масимой, он решил попрактиковаться на Арганде.

– Мы не станем сегодня убивать никого, кроме Шайдо, – охладил их пыл Перрин. Галлене фыркнул, но перечить не стал. От него прямо-таки несло недовольством. Если Крылатая Гвардия озаботится охраной Берелейн, на них едва ли можно рассчитывать в предстоящем бою.

В стороне слева сверкнула голубая вспышка, – ее свет скрадывал туман, – и гора свалилась с плеч Перрина. Из тумана возник Грейди. Заприметив Перрина, он ускорил шаг, однако шел он пошатываясь. Рядом материализовался еще один мужчина. Он вел за собой рослого коня темной масти. Впервые за долгое время Перрин улыбнулся.

– Рад видеть тебя, Тэм, – сказал он.

– И я рад видеть вас, милорд, – Тэм ал’Тор остался все тем же здоровяком, который был готов работать от рассвета до заката, не покладая рук, однако с последней их встречи его волосы совсем поседели, а на грубоватом лице появилась еще пара морщин. Он окинул Арганду и Галлене ровным взглядом. Броские доспехи никогда его особо не впечатляли.

– Ну что, Грейди, ты держишься? – осведомился Перрин.

– Держусь, милорд, – в голосе Аша’мана была смертельная усталость. В тумане его лицо казалось старше, чем у Тэма.

– Что ж, раз тут ты уже закончил, отправляйся к Мишиме. Мне нужно, чтобы кто-нибудь за ним присматривал. Чтобы кто-то стоял у него над душой и заставлял нервничать, не позволяя отклоняться от нашего плана. – Перрину очень хотелось попросить Грейди закрепить врата, чтобы иметь возможность сразу переправить Фэйли в Двуречье. Но если что-то пойдет не так, то для Шайдо это будет не менее удобный путь.

– Не думаю, что сейчас мне удастся заставить нервничать даже кошку, милорд, но я сделаю, что смогу.

Тэм проводил Грейди, растворившегося во мгле, хмурым взглядом.

– Я бы предпочел добраться сюда каким-нибудь другим способом, – проговорил он. – Типы, вроде этого, навещали Двуречье некоторое время тому назад. Один из них называл себя Мазрим Таим. Это имя мы слыхали и не раз. Лжедракон. Только теперь он носит черный камзол с хитроумной вышивкой и кличет себя М’Хаель. Они на каждом углу рассуждали об обучении мужчин направлять Силу, и об этой Черной Башне. – Произнося название, он поморщился. – Совет Деревни воспротивился этому, и Круг Женщин тоже, но они все равно увели почти сорок мужчин и мальчиков. Хвала Свету, некотором хватило благоразумия остаться, а то за этими молодчиками ушло бы раз в десять больше. – Тэм перевел проницательный взгляд на Перрина. – Таим сказал, будто Ранд его послал. Он сказал, что Ранд – Возрожденный Дракон. – В его словах слышался вопрос, или скорее надежда, что его опасения не оправдаются, и еще вопрос, почему Перрин молчит.

В голове Перрина снова закружились цветные пятна, но он разметал их в клочья и ответил расплывчато. Что есть, то есть.

– С этим уже ничего не поделаешь, Тэм.

Грейди с Неалдом говорят, что если уж Черная Башня приняла человека, то она больше его не отпустит.

В запахе Тэма появились нотки печали, хотя лицо его осталось непроницаемым. Он знал о судьбе мужчин, способных направлять. Правда, Грейди с Неалдом утверждают, что мужская половина Источника теперь чиста, но Перрин никак не мог понять, как такое возможно. Что есть, то есть. Ты выполняешь работу, которая дана тебе, следуешь дорогой, которая тебе предназначена, и так будет всегда. И не смей жаловаться на мозоли и острые камни под ногами.

Перрин продолжил:

– Это Бертайн Галлене, Капитан Крылатой Гвардии, и Герард Арганда, Первый Капитан Легиона Стены. – Арганда неуютно поежился. В Гэалдане этот титул обладает значительным политическим весом, но Аллиандре, судя по всему, не чувствовала себя настолько уверенно, чтобы воссоздать Легион. Однако у Балвера отличный нюх на такие дела. Это лишь означало, что Арганда не станет безумствовать, стремясь освободить свою королеву. – Галлене, Арганда, это Тэм ал’Тор. Мой Первый Капитан. Ты изучил карту, Тэм, и мой план?

– Изучил, милорд, – сухо откликнулся Тэм. Конечно же, он изучил. – Ну, на мой взгляд, очень хороший план. Как и любой другой, пока над головой не начинают свистеть стрелы.

Арганда вставил ногу в сапоге в стремя своего чалого:

– Раз он ваш Первый Капитан, милорд, мне нечего возразить. – До этого он только и делал, что возражал. Ни он, ни Галлене не были в восторге от того, что Перрин назначил кого-то ими командовать.

С вершины холма донесся предупреждающий пронзительный крик чернокрылого пересмешника. Один раз. Если бы кричала настоящая птица, то трелей было бы две.

Перрин со всех ног бросился вверх по склону. Арганда и Галлене верхом обогнали его и разъехались в разные стороны по направлению к своим людям, скрывшись в мутной пелене. Перрин достиг вершины гряды. Почти у самой границы тумана стоял Даннил и наблюдал за лагерем Шайдо. Он молча указал вниз, но причина тревоги была заметна с первого взгляда. Со стороны палаток двигалась вполне внушительная группа алгай’д’сисвай, копий четыреста—пятьсот, а то и больше. Шайдо часто отправляли в набег отряды, но этот направлялся прямо в сторону Перрина. Пока они просто шли, но в скором времени они доберутся до гряды холмов.

– Настало время позволить им увидеть нас, Даннил, – резюмировал Перрин и принялся отстегивать плащ, после чего повесил его на куст. Он вернется за ним позже. Если получится, конечно. Сейчас лишний кусок ткани будет только мешать. Даннил торопливо поклонился и бросился обратно к деревьям, из-за которых уже вышел Айрам, сжимая в руке обнаженный меч. Судя по запаху, он рвался в бой. Перрин аккуратно убрал брошь, которой скалывал плащ, в поясной кошель. Это подарок Фэйли. Очень не хотелось бы его потерять. Пальцы Перрина нащупали кожаный шнурок, на котором узелками он отмечал каждый день ее пребывания в плену. Он вытащил его и, не глядя, уронил на землю. Сегодня утром был завязан последний узел.

Оттянув большими пальцами кожаный ремень, на котором висели его молот и нож, Перрин неспешно вышел из тумана. Айрам рванулся следом, сразу же встав в боевую стойку. Перрин же просто шел. Утреннее солнце, которое и в самом деле уже было на полпути в зениту, светило ему в глаза. Он сначала планировал занять восточный склон, а здесь расположить людей Масимы, но оттуда было бы гораздо дальше до городских ворот. Дурацкая причина, но эти ворота притягивали его к себе, словно магнит – кусок железа. Он ослабил тяжелый молот в ременной петле на поясе и проверил нож. Лезвие у него длиной с ладонь.

Появление двух мужчин, беззаботно шагающих им навстречу, заставило Шайдо остановиться. Ну, не так уж и беззаботно, если вспомнить о мече Айрама. Нужно быть слепцом, чтобы не заметить солнечный блик на клинке. Вероятно, они недоумевают, что делают здесь эти два безумца? Не доходя до подножья холма, Перрин остановился.