Нож сновидений - Джордан Роберт - Страница 172

Как только они въехали в лагерь, люди в темно-зеленых латных нагрудниках, с изображением все той же Красной Руки на рукавах курток и с красными шарфами стягивавшими предплечья, стали подниматься на ноги. Перед Туон мелькали обветренные лица, покрытые шрамами, и совсем юные румяные мордашки – все они были обращены к Игрушке, и их выражение Туон могла назвать, пожалуй, радостным. Среди деревьев, словно шелест ветра, пронесся гул голосов:

– Это – лорд Мэт!

– Лорд Мэт вернулся!

– Лорд Мэт разыскал нас!

– Лорд Мэт!

Туон обменялась взглядами с Селусией. Обожание, читающееся в глазах воинов, было искренним. Такое встречается крайне редко, и зачастую говорит о том, что командир не особо следит за дисциплиной. Ко всему прочему, она ожидала, что армия Игрушки должна состоять из оборванцев, проводящих время за выпивкой и азартными играми. Однако, эти люди казались не большими оборванцами, чем обычный полк, пересекший горы и преодолевший несколько сот миль. И никого не шатало от переизбытка спиртного.

– Днем мы обычно встаем лагерем и отсыпаемся, а переходы совершаем ночью, чтобы Шончан нас не заметили, – пояснил Талманес, обращаясь к Игрушке. – Если мы не видели ни одной летающей твари, то это еще не значит, что их нет поблизости. Большая часть Шончан, по всей видимости, расположилась либо дальше к северу, либо к югу. И, судя по всему, у них есть лагерь в тридцати милях к северу отсюда, и ходят слухи, что в нем как раз и находится одно из тех существ.

– Я смотрю, вы неплохо информированы, – одобрительно заметил Игрушка, оглядывая солдат, которых они проезжали. Внезапно он кивнул, словно принял какое-то решение. Он выглядел мрачным… или скорее смирившимся?

– Все верно, Мэт. Я привел с собой половину разведчиков и нанял по дороге тех алтарцев, что сражались с Шончан. Дело в том, что большинство из них просто занималось конокрадством, но нашлись и те, кто действительно хотел настоящей борьбы. Думаю, что мне известно расположение основных лагерей Шончан от Малвидских Теснин до здешних мест.

И тут один из солдат запел глубоким голосом, остальные подхватили, и вскоре пел уже весь лагерь:

Теперь каждый мужчина в лагере пел. Тысячи глоток орали песню:

Они допели куплет, закончив его криками и смешками, и принялись хлопать друг друга по плечу. И кто же, во имя Света, этот Джак-из-Теней?

Натянув поводья, Игрушка воздел руку, сжимавшую странное черное копье. По лагерю мгновенно прокатилась тишина. Значит, с дисциплиной здесь все в порядке. Есть еще качества, за которые солдаты любят своих командиров, правда их едва ли можно отнести к Игрушке.

– Давайте все-таки не позволим им обнаружить нас до того, как мы сами не захотим быть обнаруженными, – громко заговорил Игрушка. Он не стал сильно повышать голос, а просто убедился, чтобы слова звучали отчетливо. И те, кому было хорошо слышно, тут же доносили сказанное до тех товарищей, кто стоял поодаль. – Нас ждет долгий путь домой, и я хочу провести вас по нему. Поэтому нам придется двигаться и двигаться быстро. Отряд Красной Руки умеет перемещаться быстрее всех, и нам предстоит доказать это еще раз.

Аплодисментов или одобрительных возгласов не последовало, присутствующие воины просто склонили головы в согласии. Повернувшись к Талманесу, Игрушка спросил:

– У тебя есть карты?

– Лучшие из всех, что можно найти, – откликнулся тот. – Теперь у Отряда есть даже собственный картограф. Мастер Ройделле и так уже располагал отменными картами, охватывающими земли от Океана Арит до Хребта Мира, но пока мы пересекали горы Дамона, он со своими помощниками чертили карты местности, по которой мы проходили. Они уже начали составлять карту восточной Алтары и наносят на нее все, что нам удалось разведать о диспозициях Шончан. По большей части, это их промежуточные лагеря. Солдаты явно куда-то направляются.

Селусия заерзала в седле, и Туон сложила пальцами «ТЕРПЕНИЕ» в строго повелительной форме. Внешне она сохраняла спокойствие, но внутри все кипело от негодования. Если тебе известно, где находятся солдаты, то обычно несложно вычислить, куда они направляются. Определенно, нужно сжечь эту карту. Это не менее важно, чем заполучить один из этих арбалетных механизмов.

– Тогда я хочу переговорить с мастером Ройделле, – объявил Игрушка.

Появились воины, которые подошли забрать у них лошадей, и на какое-то время все смешалось. Щербатый парень взял Акейн под уздцы, и Туон дала ему четкие инструкции, как ухаживать за кобылой. Он одарил ее кислым взглядом, но все же соизволил поклониться. Да уж, тут простолюдины считают себя всем ровней. Селусия также проинструктировала тощего парня, взявшегося за повод Бутона Розы. Туон сочла, что такая кличка вполне подходит для лошади горничной. Парень же впился взглядом в бюст Селусии, пока та не отрезвила его пощечиной. Притом весьма увесистой. Юноша же ухмыльнулся и увел мышастую кобылу прочь, потирая щеку рукой. Туон вздохнула. Для Селусии это в порядке вещей, но если бы сама Туон ударила простолюдина, это принизило бы ее глаза на долгие месяцы.

Довольно скоро Туон принесли складной стул, и Селусия привычно заняла место у нее за спиной. Лопин подал им жестяные кружки с темным чаем, поклонившись подобающим образом и ей, и Селусии. Недостаточно низко, правда, но лысый слуга действительно старался. В ее чае чувствовался мед, причем столько, сколько нужно. Что ж, Лопин уже достаточно долго ей прислуживает и знает ее вкусы. Вокруг разворачивалась разнообразная деятельность. Талманес коротко поздоровался с Неримом, тепло обняв седого слугу, который, судя по всему, был рад воссоединиться с хозяином. По крайней мере, лицо вечно печального мужчины озарила минутная улыбка. Однако такое не подобает делать на людях. Лильвин и Домон позволили мастеру Чарину увести Олвера на экскурсию по лагерю вместе с Джуилином и с Терой, к которым присоединились и Том с Алудрой, заявив, что тоже не прочь размяться. После этого парочка демонстративно уселась на табуретки, расставленные рядом. Лильвин даже позволила себе окинуть Туон долгим взглядом. Селусия тихо фыкрнула, но Туон не обратила внимания на их вызывающее поведение и жестом пригласила Госпожу Анан пододвинуть табурет поближе. В конце концов, все предатели и воры будут наказаны, собственность будет возвращена законным владельцам, марат’дамани получат заслуженные ошейники, но все это пока придется отложить до лучших времен.

Подошли еще три офицера, молодые дворяне на чьих камзолах из темного шелка красовалась все так же Красная Рука, и радостно поприветствовали Игрушку, сопровождая слова смехом и похлопыванием по плечу. Видимо, это у них такой способ проявления душевного расположения. Скоро Туон уже научилась их различать. Эдорион – темноволосый худой мужчина, чье лицо хранило серьезность, за исключением тех моментов, когда он улыбался. Реймон оказался широкоплечим детиной, который постоянно улыбался. А Карломин – тот что высокий и стройный. Щеки Эдориона были чисто выбриты, а Реймон и Карломин могли похвастаться темными бородками клинышком, которые блестели, словно были намазаны маслом. Все трое низко поклонились Айз Седай. Поклонов удостоились даже Бетамин с Ситой! Туон покачала головой.

– Я предупреждала вас, что это совершенно другой мир, непохожий на тот, к которому вы привыкли, – прошептала госпожа Анан. – Но вы еще не до конца верите в это, верно?

– Если что-то происходит определенным образом, – ответила Туон, – это вовсе не значит, что так и должно быть, даже если это происходит уже довольно долгое время.