Сайны Флорауны и Искатели Горо - Снао Хэль - Страница 3

«Что делать? Мы так не договаривались!!!» ― подумала Люми, она достала из кармана пейджер в надежде, что босс выслал ей хоть какое-то указание. Мизинец, тот, что в кольце на всю фалангу, трясло на полную амплитуду. Пол скинул косуху и указал Лю на комнату, мол, проходи. Она в шоке присела на корточки, как могла развела трясущиеся руки и улыбнулась девочке в надежде, что та подойдёт к ней, незнакомке, миновав порог той чертовой хаты.

«Бри, значит, тебя зовут Бри!…» ― дрожащим звонким голосом воскликнула она.

Девочка встала на порог, опершись на дверной косяк.

«А тебя как зовут?» ― недоверчиво спросила она.

Вместо ответа Люми схватила её, подсадила на руку, пригнув голову малышки к своему плечу.

– Только не открывай глаза, а то демон-сладкоежка унесёт тебя! – шепнула она девочке и поцеловала в кудрявый висок. Бри захохотала.

Свободной рукой Лю захлопнула дверь, оставив Пола внутри. Мизинцем, что в кольце, она совершила образ креста, разрезав воздух перед дверью. Пространство начало втягиваться, унося в неизведанный мир занулевого пространства всю квартиру, оставив на месте входа голый неокрашенный бетон. Люми неслась вниз по разбитой лестнице с девочкой на руках. Слёзы падали на стены и ступени. Она рухнула на скамью, что у подъезда, посадила Бри рядом, стянула неудобный парик.

– А где папа? А мы гулять? А ты теперь будешь моей няней? Какие замечательные у тебя волосы! Беленькие!… Ой, а я мишку потеряла… – вдруг как прорвало малышку.

Люми молча вскочила и быстро вернула выпавшего на лестнице медведя его законной хозяйке. Что будет дальше с ней, с девочкой, кто же на самом деле её отец, действительно злодей или просто неугодный хозяину тип, она не успела придумать, лишь достала вибрирующий пейджер: «Поздравляю, мой ангел смерти! Задание выполнено. Только, кажется, ты ненароком прихватила довесок?»

У подъезда остановился черный внедорожник, четыре человека в одинаковых темных костюмах и очках силой затолкали обеих внутрь.

День Святого Лазаря подошел к своему завершению.

…

Выше звёзд только боги.

Люми проснулась в своей комнате. Гельб сидел на её кровати и смотрел в окно на размазанные по небу чуть серые облака, переминая в руках старого плюшевого мишку.

– Девочка, где… Бри? ― Люми привстала и посмотрела на свои руки ― снова детские, нисколько не старые, какими она ожидала их увидеть после вчерашнего провала с закрытием очередного сомнительного пространства. ― Как же они меня вымораживают… Значит, я не накосячила? Так, где она? Ты знаешь?

– О, ты очнулась! Как хорошо. Говорят, её привезут после обеда. Пока ждём. Будет жить тут, с нами.

– С нами? ― Лю недопоняла намёка Гельба.

– Посмотри на себя, на неё. Думаешь, соседи не обратятся в службу опеки, постоянно видя двух детей без присмотра? Так что пока займу соседнюю комнату, а вам придётся разделить эту.

– А как же моя работа? ― Люми взяла с прикроватной тумбы зеркало и осмотрела лицо. На вид лет 12, достаточно густые волосы до лопаток, такая же бледная. Один глаз серый, бесцветный, другой с красной радужной оболочкой, заключен в облегченный титановый корпус наподобие прицела. Сменные линзы к нему валялись тут же на тумбе. На затылке немного побаливал свежий косметический шов.

– А, совсем забыл. Прими мои поздравления, тебя повысили. У девочки, как ты говоришь, Бри? Нашли какие-то способности. Вот из-за всего этого, собственно, и сыр-бор. ― Гельб сверкнул желтыми радужками.

– Повысили… ― повторила Люми Лю и схватила себя за кудряшку.

– Да, отдохни немного, приди в себя. Завтра поедем покупать вам новую одежду, игрушки, …

– Придётся ходить в школу?

– Ну что ты, боже упаси. Босс отмажет. Может, инвалидность даст или вроде того.

– Уж лучше сразу диплом. Бывают же одаренные дети… Домашнее образование тоже подошло бы, почему нет?

С улицы послышался звук приближающейся машины и скрежет тормозов.

– Кажется, подъехали… ― констатировал Гельб. Подняв жалюзи, он оперся лбом о стекло.

Люми вскочила к окну, но с непривычки подвернула ногу.

– Дурацкое короткое тело! ― выругалась она. ― Но кроме этого мне, конечно, всё нравится… ― добавила куда-то в воздух. ― Хоть без этих скользких взглядов.

– Не факт, не факт,… ― Гельб листал рандомно вытянутую со стеллажа книжку, подсвечивая текст своим теплым взглядом.

Дверь открыли своим ключом. На пороге показался всё тот же тип в очках, что заталкивал Лю в машину вчерашней ночью, на руках у него спала Бри. Двое других внесли и тут же установили кроватку.

– Детскую обустроим сами, дело одного дня, ― пояснил Гельб, пока люди в черном обхаживали квартиру, вероятно, в поиске опасных для ребенка предметов. Через двадцать минут они уехали.

Бри тихо сопела ещё три с половиной часа.

…

– Каша наляпана! Каша размазана! ― орала Бри, бегая по всем комнатам сразу, дожевывая сэндвич с абрикосовым джемом и припечатываясь носом к каждому из оконных стёкол поочерёдно.

– Что это может значить? ― поинтересовалась Люми у Гельба, который с восьми утра хлопотал на кухне, но тот лишь пожал плечами, не отвлекаясь от мытья горки вчерашней посуды.

– Облака! Облака, конечно! Какая ты глупая, сестрёнка… ― будто из ниоткуда образовалась малышка, покрутила пальцем у виска, и тут же убежала.

– Сестрёнка… Хм… ― недовольно повторила Люми, допивая чай. ― Может, перисто-кучевые и слоистые? ― пробубнила она себе под нос, рассматривая небо. ― Эй, а про облака это тебя папа так учил? ― крикнула Люми Бри, которая резвилась в коридоре, прыгая через плиточку.

– Только не наступать на полоски, не наступать на полоски… ― девочка с витилиго прискакала на кухню, и начала бегать вокруг Гельба, хватаясь то за одну то за другую завязочку его фартука. ― Папа! Папа! ― обращалась она к нему, но так и не придумала, что сказать.

Гельб и Люми переглянулись.

– Значит, ничего не помнит… Подселенные воспоминания? Всё с вами ясно… Ну что ж, может, это и к лучшему. Да и с тобой у неё, на первый взгляд, больше общего, чем с Полом, ― констатировала Лю, намекая на цвет кожи.

– Называешь его по имени. Что, успела привязаться? ― Гельб покосился на Люми, но она скривила лицо так, что, учитывая полное отсутствие пигмента, стала похожа на лабораторную крысу.

– … Только почему и каким образом, по версии ИНО, я сестрёнка?… Не понятно… ― Лю передала свою грязную чашку Гельбу на помывку. ― Ладно, сегодня большой день, надо собираться.

…

– Мобильные эйджеры постепенно отменяют, теперь только встроенные. Мою трансплантацию перенесли на следующую неделю, ― сообщил Гельб последние новости.

– Это я уже поняла… ― Люми поглаживала тоненький полуторадюймовый шовчик на затылке Бри. Все трое по-семейному наряженные ждали лифт. Подошел грузовой. ― Как выгодно заменить личные воспоминания, хранящиеся в гипоталамусах помощников общей базой успешно завершенных дел, особенно боссу.

– Общая кибернейронная сеть, выходит… Что-то можно отредактировать, что-то и вовсе стереть. Да, отличная практика, все в курсе всего, поднимает корпоративный дух. Уже получала какие-то послания от босса? ― спросил Гельб, а Люми кивнула в ответ.

– Иероним… Его зовут Иероним… Пока только общие указания… Вот дождёмся твоей трансплантации и совсем перестанем разговаривать, будем читать мысли друг друга. Иногда это, и правда, удобней. Только глаз немного чешется… ― Люми потёрла металлические штифты, идущие из орбиты и обрамляющие красную радужку.

На десятом этаже к компании присоединилась парочка. Молодой человек вез девушку в инвалидной коляске. На плече его болталась большая сумка и пара пакетов на каждой ручке. Кольцо на мизинце Люми еле заметно завибрировало, а глаз сверкнул красным. Небольшая паническая атака стихла, не успев начаться. На выходе Гельб придержал парочке все возможные двери, они начали загружаться в подогнанный заранее белый хэтчбэк.

– Давно их приметила, теперь понимаю. Она едет в больницу, умирать… ― Люми чуть поникла.