Янтарный Меч 5. Эпоха Смертных (ЛП) - Фей Ян - Страница 8

Чарльз, с другой стороны, был потомком Магов Черной Башни. Даже если он был всего лишь ветвью Магов Буга, он все равно считался выходцем из престижной семьи. Возможность стать учеником такого наставника была словно пирог, упавший с неба, для этих мелких дворян в глухой сельской местности, не говоря уже о бедных авантюристах, живших в нищете. Поэтому неудивительно, что у них были такие мысли.

Амандина тоже видела этот момент. Она посоветовала Брендель воспользоваться этим как возможностью завоевать сердца людей, а немногочисленные места выделить тем, кто действительно ему предан, например, дочери Медного Дракона Ретто – Сью. При такой связи все надежные люди были бы накрепко привязаны к его боевой колеснице интересов.

Но сам Брендель так не считал. В его глазах это была не просто ярмарка тщеславия, эти молодые ученики волшебников должны были стать будущим Тонигеля. Армия без волшебного полка всегда будет считаться в Вунде армией третьего сорта, не говоря уже о желанных плавучих флотах Круза и Эльфов Ветра, каждым из которых управляет волшебник. Можно даже сказать, что волшебники были высокотехнологичными солдатами Вонде. Выращивание каждого из них стоило больших денег, но оно того стоило.

И это были только 1940-е годы, время, когда еще не началась Сланцевая война.

Конечно, некоторые заявления Амандины также были разумными, и Сиэль не раз упоминал, что Сью довольно талантлива, так что Брендель тоже принял часть этого. На самом деле, он и сам был весьма оптимистичен в отношении девушки, от которой, казалось, осталась только здоровая кожа пшеничного цвета и голова, полная тонких косичек. Спокойствие, которое она показала в битве при Ампер-Силе, было просто поразительным. Это было самое основное качество волшебника, но не многие люди могли делать это хорошо. Выступление Сью в этом аспекте было более выдающимся, чем у большинства волшебников до того, как она стала волшебницей. Было видно, что пока она может чувствовать Линии Закона, однажды у нее будет светлое будущее.

И в качестве бонуса за это решение, как сказала Амандина, Медный Дракон Ретто действительно был ему очень благодарен. Ветеран, переживший Ноябрьскую войну, мог сохранять спокойствие перед лицом смерти, но его единственной слабостью была дочь. Изначально он хотел оставить собственность Сью, но не ожидал столкнуться с вторжением Мадары. Теперь, когда у Сью появилась возможность стать волшебницей, хоть она и не будет иметь видного положения в будущем, по крайней мере, ей не придется беспокоиться о еде и одежде. Суть в том, что ей не придется жить под чужой крышей, что особенно устраивало Ретто.

Однако были и некоторые негативные последствия. Несколько раз этот парень тайно приходил узнать о его намерениях окольными путями, спрашивая, не интересует ли его дочь. Этот парень на самом деле думал, что не может видеть сквозь свои зонды. Брендель чувствовал, что его интеллект сильно недооценивают, и несколько раз он сердито преследовал этого парня обратно на территорию Максена.

На самом деле это был не тот случай. Одно время это было очень хлопотно для него. По какой-то причине вероятность наличия у женщин магических способностей в Вонде казалась намного выше, чем у мужчин. Хотя волшебникам-мужчинам часто было легче стать настоящими гениями, такими как Сиэль и Флитвуд, число волшебниц-женщин было больше, чем волшебников-мужчин. Это был неоспоримый факт. Это напрямую привело к тому, что в Шире было больше подчиненных женщин, чем подчиненных мужчин. Это было похоже на то, что у хозяина будут такие же подчиненные. Одно время люди подозревали, что на самом деле это был просто способ Сиэля создать гарем.

Особенно в таком бедном и отдаленном месте, где магия не процветала, слухи были еще более возмутительными. Но что заставляло его не знать, смеяться или плакать, так это то, что мелким лордам и дворянам это не надоело, и они продолжали запихивать на его территорию так называемых «довольно красивых» дворянских дам. Что касается того, действительно ли они были красивы, Брендель действительно никак не прокомментировал это. В любом случае, он уже попросил Сиэль отправить назад всех тех, у кого нет магического таланта. Однако немного угнетало его то, что этот вопрос стал посмешищем в его узком кругу. Метиша и Амандина не раз использовали это, чтобы подшутить над ним.

На самом деле это был тот случай, когда слуга безудержно бегал, когда хозяин не командовал.

Думая об этом, он не мог не покачать головой. Выходя из арочной двери холла, он вдруг нахмурился, почувствовав аромат жареного мяса. Он остановился, обернулся и спросил: «Что это за запах?»

Лица нескольких учеников Сиэля изменились, и все они начали заикаться.

— В Шире тебя не учили заклинанию молчания, не так ли? Брендель на самом деле немного догадался и не мог не спросить в плохом настроении.

И действительно, как только его голос упал, одна из девушек с маленьким круглым лицом и милыми веснушками на кончике носа, которая, как говорили, была младшей дочерью президента городской гильдии серебряных дел мастеров, так испугалась, что ее лицо побледнело. Она запнулась и ответила: «Мой… милорд граф, мистер Шита не позволил нам это сказать».

Конечно же, Брендель покачал головой. Даже Алоза забрали, а этот парень все еще был на свободе. Тем не менее, это было хорошо для него. В конце концов, Шита подписал с ним контракт. Каким бы нелепым ни был контракт, если Шита действительно был взят обратно в клан Дракона, то он многое бы потерял.

Он махнул рукой, показывая, что девушкам не о чем беспокоиться, а затем обернулся, чтобы последовать за запахом древесного угля с ароматом мяса. Он не знал, что жарил этот парень, но мог только надеяться, что не поджег замок. В прошлый раз этот парень тайком жарил мясо на лесопилке, и в результате половина лесопилки сгорела, в результате чего маленький римлянин заплатил крупную сумму денег. В конце концов с купчихой все было в порядке, а экономка Амандина была так убита горем, что несколько дней не могла нормально спать.

Он свернул за угол замка, увитый виноградной лозой, и увидел Шиту, присевшую на корточки за виноградной решеткой и тайно разжигающую костер. Над костром стояла железная полка, а на полке лежало несколько почти приготовленных креветок. Этот гурман держал в руках бутылки и банки и размазывал по ним приправы. Излишне говорить, что этот набор вещей, должно быть, был украден с кухни. У этого парня не было большой боевой мощи, но его умение воровать кур и собак было первоклассным. Возможно, даже Главному Соловью Полуросликов придется признать поражение перед ним.

Если подумать, это существо, способное украсть дюжину экипажей под носом у Вероники и Мефистофеля, не было простым персонажем.

Брендель подошел и похлопал Шиту по плечу, напугав его. Он обернулся, его круглое лицо было покрыто угольным пеплом. Трудно было представить, что это дракон, ведь внешне он ничем не отличался от непослушного ребенка. Когда Шитах увидел Брендель, его лицо побледнело от испуга, и он поспешно закричал: «Я не рубил виноградную шпалеру на дрова, я не крал эти вещи с кухни, они мне их одолжили!»

— Очень хорошо, — усмехнулся Брендель. Клумба, оставленная Граудином, теперь стала сокровищем Амандины. Хотя он никогда не видел благородную даму в ярости, он знал, что чем спокойнее человек, тем страшнее он бывает, когда злится. Он не мог не похлопать Шитаха по плечу в восхищении: «Ты очень храбрый, Шитах. Ты знаешь, что человеком, отвечающим за повседневную жизнь в замке Абиес, является мисс Амандина?»

“Какое это имеет отношение к чему-нибудь?” Шита был ошеломлен. Он не ожидал, что Брендель не рассердится, и вдруг почувствовал себя намного увереннее.

- Ничего, - усмехнулся Брендель, - например, кухня не приготовила обед или основное блюдо. На самом деле это само собой разумеющееся. Ведь людей слишком много, и там можно быть случайной небрежностью. Не говоря уже о случайных, даже если это произошло в течение трех или четырех дней, это не имеет большого значения. “