Дети Предтеч (СИ) - Козырев Виктор Алексеевич - Страница 51

Так вот, на пути к посадочным кольцам я столкнулся с человеком, которого не видел уже лет шесть.

Евгения Стерлядкина, которую я знал под фамилией Кавьяр, выходила из здания космопорта, ведя под руку малыша лет пяти.

— Женя! — окликнул её я.

Стерлядкина-старшая, как-то странно дёрнулась и посмотрела меня немного испуганно. Я улыбнулся ей и помахал рукой.

— Давно не виделись, — сказал я ей. — Не помню точно, до тангорихкской операции или после. Да и неважно. Так ты теперь на Кастор переселилась?

— Временно, — сдержанно улыбнулась она. — Надо организовать работу госпиталя, да и Марина попросила…

Она покосилась на ребёнка, который с любопытством осматривал космопорт и теребил свою «маму», удивляясь, почему она стоит.

— Марина мне рассказала, — махнул рукой я. — Но я буду молчать, не переживай.

На миг в глазах Жени мелькнул испуг, который я не понял. Она обняла ребёнка покрепче, и тот посмотрел на меня зелёными глазами и поздоровался.

— И тебе привет, — ответил я. — Как тебя зовут?

— Андрюша, — ответила за него Женя.

— Хорошее имя. Забавно, но я даже не заподозрил, что ты сестра Маринки. Вы такие разные. Она смуглая, кареглазая, а ты, как будто наоборот — и глаза синие и волосы светлые.

— Да, я в отца пошла, а Марина в маму, — как-то скованно улыбнулась Евгения. — Генетика, дело такое.

— Да, ей бы больше подошла фамилия Кавьяр, — задумчиво произнёс я. — Генетика, да… Ну ладно, Жень, не буду тебя задерживать, мне и самому пора уже.

Мы попрощались со Стерлядкиной-старшей и она, всё ещё недоверчиво озираясь в мою сторону, пошла со своим сыном к стоянке автотакси… Наверное, всё-таки он её сын.

— Генетика, — пробормотал я. — Продажная девка империализма.

Иначе, как объяснить, почему у кареглазой Марины и погибшего голубоглазого офицера, которого стерлядь дурная, назвала отцом своего ребёнка, родился сын, с глазами зелёными, как у меня?

Но в этот момент, от тяжких раздумий меня отвлекла Аринка, которая потребовала её встретить по всей форме, для перевозки секретного оборудования. Я, мысленно поставив галочку, побеседовать с Маринкой, но спокойно, без угроз, как только мы вернёмся из галактики Стрельца, и занялся делом.

— Ещё раз предупреждаю, — наставлял я бойцов. — Больше самоуправства я не потерплю. Если кто-то себе позволит сбежать, в поисках сокровищ или потому что посчитал себя умнее, то лучше застрелитесь. Это не прогулка, а серьёзная экспедиция, в почти неизученные районы космоса.

Хотя напрасно я так распинался, но после такого и на воду дуть начинаешь. В целом они ребята толковые. Но Катьку-то я тоже таковой считал.

— Что сделаешь, если поймаем? — спросила меня Марина, когда мы погружались в звездолёт, а Ритка настороженно приподняла свои ушки.

— Мало ей не покажется, — буркнул я, не желая, распространятся при Столяровой.

Стерлядкина фыркнула.

— Яковенко ты наказал, да. Двух дней взаперти не продержал.

И вот тогда меня взяло такое зло, что я сорвался на Маринку.

— Эме, а я вообще, такой. Мягкий очень с женщинами человек. Вот, например, не выгоняю тебя из отряда, хотя следовало. Ведь я тебя оставил под обещание рассказать мне всё, о той болезни, которой ты болела в 2003 году.

Марина побледнела.

— Я…

— Не всё, — едко улыбнулся я. — Ты соврала мне, про того, кто… эээ… заразил тебя.

Вот тогда, вспыхнула, не удержавшись уже сама Марина.

— Заразил? — прошипела она. — Значит, так, по-твоему…

Вместо ответа, я показал пальцем на Столярову, которая попыталась прикинуться ветошью. Стерлядкина успокоилась.

— Потом поговорим, — проворчала она.

— Обязательно. Ничего уже изменить нельзя, но поговорить надо.

Марина посмотрела на приборы, проверила показания внешних датчиков.

— Я отложу вылет на сорок минут, — сказала она, наконец. — Всё равно сейчас с Хвойной сеанс связи.

— Следи за приборами, — бросил я Столяровой. — И ничего не трогай.

Девушка фыркнула мне в спину и демонстративно скрестила руки на груди. Мы с Мариной прошли в мою каюту.

— Женька раскололась? — мрачно спросила девушка.

Я усмехнулся.

— Догадался. Глаза, как у меня, но этого мало, так? Второе, что меня насторожило — поведение твоей сестры. Она, как будто боялась меня. Согласись, это странно. Мы ведь с ней нормально общались, когда она меня лечила. И ещё она боялась за ребёнка. Кому как, а мне достаточно фактов, чтобы сделать предварительные выводы.

— А окончательные? — уточнила Марина.

— Ты подтвердила.

Стерлядкина только расстроенно махнула рукой.

— Разведчица из меня никакая. Развёл меня, как ребёнка.

— В своей компетенции, пилота ГРУ у тебя всё в порядке, не бойся… — утешил её я.

И в этот момент Маринка расплакалась и повисла у меня на шее. А я утешал девушку и думал, что если бы не этот случай, то может быть, мы и не расстались. Я бы не закрутил роман с Леной. Где бы была в это время Марина? Рассталась бы с мечтой о пилотировании звездолётов и стала моей женой? Работал бы в разведке, а она ждала меня дома… Или что вероятнее, мы бы скинули мальчишку нашим родителям, сами занимаясь исследованиями космоса. Или бы аборт, а у нас развивались отношения, как у Вика с Яськой и я несколько лет назад сводил её в ЗАГС? Не знаю, да и, пожалуй, знать не хочу. Слишком больно обо всём этом думать.

— Дураки мы? — прошептала Стерлядкина.

— Ну не знаю, — вздохнул я. — Я так точно дурак, что отпустил такую девушку.

Марина ударила меня кулачком в плечо.

— Займусь твоей личной жизнью, — сказала она безапелляционно. — Сама не могу, ты теперь и не захочешь снова со мной, а вот помочь тебе с одной девочкой, которая на тебя запала, но делает вид, что равнодушна, я помогу.

Я лишь усмехнулся. Поможет она как же. Филатова мне даром не нужна, с её-то прошлым и возможным будущим. Новикова, тоже не особо, да и жива ли она? Кто ещё? Вронковская, безусловно, интересная и мы с ней неплохо общаемся, но вряд ли я ей интересен больше чем просто собеседник. Про Столярову, мелкую вредину, которая вечно со мной препирается я и говорить не буду. Мутит что-то стерлядь дурная, загладить вину пытается.

Выбив из неё разрешение видеться с сыном, но не говоря ему, кто я, мы вернулись с кабину пилотов. Маргарита Столярова очень внимательно смотрела на нас.

— Если кто-то не перестанет пялиться на командиров, то этот кто-то пойдёт в орудийный отсек, — не обращаясь конкретно ни к кому, проговорил я.

Рита снова фыркнула и демонстративно занялась приборами, а мы тем временем взлетели.

Этот полёт обошёлся без приключений. Артемида и Диана Яковенко, стремясь загладить вину, работали в поте лица круглосуточно, как проклятые. Но они сделали, что казалось им самим невозможным. Теперь пересекая порталы между галактиками, мы всегда выходили в заданной точке, а именно в межгалактических вратах. Это значительно облегчало нам задачу не только в Стрельце, где из-за лотереи мы могли выскочить в планетарной атмосфере, ну и в других галактиках. Не надо будет гадать, а не выкинет ли нас у планеты высокоразвитой цивилизации, которой засечь подобные возмущения раз плюнуть или всё пройдёт нормально? Воистину, нет худа без добра. Пытаясь хоть как-то извиниться за то, что помогла Кате Новиковой исчезнуть в соседней галактике, девушка сделала полезную вещь, над которой раньше и не задумывалась.

Правда, это чуть не задержало наш вылет и вообще чуть не перекрыло сообщение через Кастор, так как нам пришлось останавливать работу портала на сутки, из-за чего товарищ Копылов выразил нам неудовольствие, но, согласитесь, оно того стоило. Обратно, правда, нам придётся возвращаться по тому же лотерейному принципу. Но тот же Валерий Александрович Копылов уже обещал дать инженеров, которые проведут аналогичные работы в соседней галактике.

Тир на Ног и Аваллон встретили нас плохой погодой. Спускаться на поверхность, на звездолёте мы не стали, взяли флаеры.