Брак по завещанию, или Наследство с подвохом (СИ) - Стенфилд Селена - Страница 54

Я с замиранием сердца следила за приближением Кассиана, понимая, что он не остановился в полумраке, а продолжает идти ко мне. Выходит на тусклый свет фонаря.

— Зачем ты здесь? — спросила негромко.

— Пришел убедиться, что ты и Рейвен сыграли свадьбу. Я же говорил, что у вас неделя.

— И ты бы убил его?! — мои глаза расширились от ужаса.

— Я всегда выполняю свои обещания, Лисса.

От возмущения мой рот открылся, но я не проронила не слова. Не знала, что сказать. На какой-то миг мне показалось, что отношения между Кассианом и Артуром стали почти сносными! Но… Оказывается, это не давало никаких гарантий. А может он все же лукавит?

Когда Кассиан подошёл ближе, я растерянно уставилась на него. Я понятия не имела, у кого он украл этот облик, но он чертовски подходил под его жизненные устои.

Темно-русые волосы были зачесаны назад, открывая высокий загорелый лоб.

Выразительное лицо с крупными, немного резкими чертами, казалось было просто создано для того, чтобы вызывать в людях чувства уважения и страха. Во взгляде черных глаз словно застыли все тяготы от испытаний, выпавших на его долю. А небольшой шрам на щеке придавал его виду ещё больше суровости.

— Я со свадебным подарком, — произнес он и полез в карман своего пиджака.

Уже через несколько секунд я с опаской смотрела на небольшой золотой медальон, который появился на его широкой ладони.

— М-мне? — уточнила, рассматривая резные узоры на крышке и выгравированную на ней букву «М».

— Да. Это медальон твоей матери. Я забрал его, когда вернулся обратно в уничтоженный Мэффи.

Дрожащими пальцами я подхватила с его ладони украшение и покрутила его в руках. Нажала на маленькую тайную кнопочку и раздался характерный щелчок. Медальон открылся, показывая всему миру свою тайну…

— Эулу Мун я приказал нарисовать с картин Аризгара, а портрет Хораса я забрал у Джиноры.

Я посмотрела на две маленькие миниатюры и не могла сдержать слез. От нахлынувших эмоций я бросилась к Кассиану и крепко его обняла.

— Спасибо, — шептала, глотая слезы и не совсем понимая, как могу его отблагодарить.

— И ещё… — он обхватил меня за плечи и оторвал от себя. Поднял пальцем подбородок и заглянул в глаза. — Мне нужна твоя помощь.

— Какая?

— Если вдруг в Мэфорде появится моя сестра, я прошу — задержи ее. И дай мне знать. Артур знает, как меня найти.

— А что с ней?

— Пока я был здесь, Амина пропала. И я должен ее найти.

— А как я ее узнаю?

— Мы с ней похожи. Она может нагрянуть в ваше бюро или к сгоревшему дому мистера Муна. На письмах, что ты писала деду, есть адрес.

— А с чего ты взял, что она вообще приедет в Мэфорд? — нахмурилась я.

Но когда я увидела, что в суровом взгляде Кассиана промелькнула боль, была готова откусить себе язык.

— Я надеюсь, что она приедет сюда, — ответил он сдержанно. — Потому, что у меня слишком много врагов, чтобы Амина могла жить долго.

— Я сделаю все, что смогу, но… — и тут до меня наконец дошло. — Это что, твой настоящий облик?

Молчание Кассиана и его пронзительный взгляд были красноречивее любых слов.

— Ты же сказал, что цена высока… — теперь я принялась рассматривать его ещё тщательнее.

— Сейчас цена — жизнь моей сестры. И я надеюсь, что могу тебе доверять.

— Можешь, — отозвалась я с готовностью, хотя и не понимала своих порывов.

— Лисса! — взволнованный голос Артура раздался со стороны дома и Кассиан посмотрел туда.

— Беги, Аделисса. Рейвену я пока не готов раскрывать свои секреты.

Я кивнула и, быстро обняв его на прощание, помчалась обратно по садовой дорожке к дому.

— Я ж-же говорю, что тут где-то была! — как ни в чем не бывало заявляла Шила. — А я говорю: не иди в сад! Скоро фейерверк! А она все равно на свеж-жий воздух захотела.

Я усмехнулась. Вот обманщица!

— Артур, я здесь.

Мой новоиспеченный супруг был мрачнее тучи.

— Ты куда исчезла?

Вместо слов я просто вложила в руку Артура медальон, подаренный мне Кассианом.

Он вопросительно выгнул бровь и усмехнулся:

— К нам на праздник заходили опасные гости?

— Да, — я прижалась к нему и положила голову на плечо, чувствуя себя спокойно и надёжно.

Страх и тревога ушли, словно их и не было. Я крепко зажмурилась, вдыхая аромат мужского парфюма. Под своей ладошкой, что покоилась у Артура на груди, я ощущала биение его сердца. И ясно понимала, что безумно люблю этого мужчину, который достался мне в наследство… Или все-таки я досталась ему?

Эпилог

Два месяца спустя

— Добро пож-ж-жаловать в бюро «Тьма и пламя»! Вылечим любой недуг, спасём от развода, очистим ауру дома!.. — звонкий голосок Шилы оповестил нас о появлении очередного клиента.

— Артур, там кто-то пришел, — Аделисса уперла ладошки в мою грудь, легонько оттолкнула и ловко спрыгнула со стола.

Пустые бутылочки, в которых еще час назад должно было появиться зелье, звонко задребезжали, напоминая о том, что пора бы приняться за работу.

— Один поцелуй — и я тебя отпускаю, Лисса.

Я вглядывался в любимое, раскрасневшееся от наших «упражнений в зельеварении» лицо, и улыбался.

Я не просто был влюблен в собственную жену. Я стал жадиной. Мне ее было мало.

Возможно, именно по этой причине я предложил ей продолжить совместную работу в бюро.

Многие знакомые искренне не понимали моего решения. Я получил уйму ненужных советов, начиная от нелепых «она тебе быстро надоест…» до тошнотворных «день должен принадлежать любовнице, а ночь — жене».

Последний совет я особенно часто слышал от мужчин, которые обращались в бюро за помощью в сокрытии своих походов «налево».

Я, естественно, им помогал. Этого требовали мои обязанности, но я не стал спорить, когда Лисса увеличила цену за подобные услуги в пять раз.

С каждым днём мне было все интереснее в компании Аделиссы. Я узнавал ее секреты, слабости, скрытые таланты и прирастал к ней душой все сильнее.

Понял, что моей женой ее поистине сделало не кольцо на пальце, не запись в брачной книге и не клятвы верности, что мы дали друг другу. Моей женой ее делало то, что я действительно был с ней счастлив.

— Последний поцелуй, Рейвен, — предупредила она игриво и ее зацелованные припухшие губы быстро и звонко коснулись моих. — Шила нас скоро возненавидит. Она и так возмущается, что работает одна за всех.

— Она только и делает, что возмущается, — парировал я, лаская подушечками пальцев нежную кожу в вырезе женской рубашки. — У нас всего четыре заявки и можно отправляться домой.

— А, ну, откройте! — громкие удары в закрытую дверь кабинета заставили нас с Лиссой одновременно усмехнуться. — Тут клиенты пришли!

Я тяжело вздохнул и неспешно двинулся к двери, чтобы открыть замок, который недавно врезал сюда собственноручно, устав от нашей любопытной помощницы, которая всюду совала свой маленький черный носик. В первые недели после нашей свадьбы мечтательным беличьим «Ах!» сопровождался каждый наш с Аделиссой поцелуй. Шила явно следила за нами и ждала постоянных «романтиш-шых проявлений любви».

— Понаставили тут замков! — обиженно заявила жужжалка, стоило мне распахнуть дверь.

Я даже не посмотрел на Шилу, юркнувшую в кабинет.

Мой взгляд был прикован к знакомой темноволосой девушке с ребенком, что застыла в нерешительности возле наших рабочих столов.

— Мама, эта белка разговаривает! — ахнула маленькая белокурая девчушка, с интересом разглядывая все вокруг.

На вид ей было не больше пяти… Ее розовое платье было заляпано конфетой, которую она держала в своей ручке и которая, к сожалению, уже успела растаять.

— Это необычная белка, милая, — нервничая, ответила «мама» и посмотрела на меня нерешительно.

— Карнесс? — это все, что смог вымолвить я, глядя на похудевшую голубоглазую женщину, крепко держащую за руку маленькую девочку.