Введение в философию - Джентиле Джованни - Страница 13

4. СОКРАТИЧЕСКИЙ МОМЕНТ ФИЛОСОФИИ

Сократ в истории западной цивилизации - первый великий защитник человечности человека и духовности духа. Когда софистика породила скептицизм, который был следствием натурализма, и доказала, что с принятием этого способа видения больше не постижимо ничто объективно достоверное, у которого человек мог бы требовать норму своего мышления и своей деятельности, Сократ, этот первый великий мученик за наиболее глубокие интересы человека и за его благородство и величие - одним словом, за его божественную природу - посредством добродушной своей критики, которая вся ирония без насилия и потому есть воистину великодушная снисходительность и терпеливая, интеллигентная, мудрая любовь к людям и одновременно религиозная незыблемость реального и несокрушимого морального мира, в котором человеку надлежит прожить свою жизнь; Сократ, философ, - весь гуманность без какой бы то ни было тени схоластики и литературного педантизма или ученой спеси, посредством своего Nosce te ipsum* утверждает (в противовес предшествующему натурализму и спонтанному примитивному натурализму всех времен) понятие реальности, более реальной, чем природа, или, по крайней мере, более интересной для человека, и более близкой и доступной для его ума, и более совершенно устрояющей мир, в котором человек проживает свою жизнь. Сама человечность, которая есть добродетель или порок, знание или невежество, отличается toto caelo** от той первой реальности, природы, в которой Боги при нашем рождении заставляют нас оказываться. И в самом деле, она вся рассеяна вокруг нас: здесь и там, вверху и внизу, до и после; каждая вещь существует в одном месте, а не в другом, в определенное время, а не после и не до него. Мир особенного, который всегда ускользает от познания в то самое время, когда его пытаются постичь, - он существует и не существует. Возникает и исчезает. Вечная череда рождения и смерти...

Это ли истинное бытие? Напротив: человек, если размышляет над самим собой, поскольку обладает волей и умом, - что он находит? Понятие и закон, истину и добро, науку и добродетель. Существуют тот, кто сведущ, и тот, кто невежествен; и того, кто сведущ, почитают и ищут, поскольку у него есть понятия, которые имеют силу не только для него, но и для всех; не только единожды, но и всегда. В этом состоит его знание, благодаря которому он в состоянии выделить также то, что подобает делать в жизни, а что нет, т.е. решить, как вести себя в качестве сына, отца, мужа, гражданина. Определить способ поведения, который составляет закон для него и для каждого, сегодня и всегда.

Здесь есть нечто не подчинимое изменению места и времени. Прекращается чередование особенных вещей и устанавливается царство универсального. И вот над конечными и смертными вещами возникает мир бесконечных и бессмертных вещей, которые непостижимы в природе; и это - мир, в котором парит человеческий дух. Герой этой революции мысли осужден выпить цикуту; но оставляет в наследие европейской цивилизации это огромное достояние сознание первой реальности, о которой не подозревали философы; реальности, не сводимой к природе, - но универсальной, бесконечной и вечной и, как таковая, конституирующей мир, в котором живет человек, мыслит ли он или действует, - поскольку человек, чтобы жить, должен действовать, а чтобы действовать, он должен знать; и он будет знать больше или меньше, но всегда знать; и он не знает ничего особенного, если не видит его в свете универсального.

5. НОВЫЙ НАТУРАЛИЗМ, ПРОИЗВОДНЫЙ ОТ СОКРАТОВСКОЙ ПОСЫЛКИ

Другим великим гуманистическим освобождением является освобождение, которое, начатое в Италии в XIV веке, характеризует всю европейскую культуру следующего века и большую часть XVI века, связывая себя с духовным движением Возрождения и Реформации. Это, на первый взгляд, литературное движение. Но его философский характер проявляется в борьбе, которую оно с самого начала ведет против схоластики и вообще против средневековой философии.

Средневековая философия предстает по преимуществу аристотелевской; но там, где она связана с платонизмом, не отличается от аристотелизма в главном направлении, являющемся следствием и развитием ошибки Сократа (который, хотя и открыл духовную реальность, не осмелился рассматривать ее как единственную и абсолютную реальность - и, стало быть, продолжал пребывать запутавшимся в сетях дуализма всеобщего и особенного, мысли и природы, духа и материи). Помимо всеобщего, существует особенное, и последнее довершает и дополняет первое. Так, человек не может все время пребывать в мысли, потому что с помощью мысли он должен затем проживать свою жизнь в природе и сводить с нею счеты. Этот дуализм является проблемой Платона и Аристотеля - неразрешимой проблемой, которая сразу же породила фатальное искажение духовной или человеческой реальности. А ведь в открытии последней и состоит великая заслуга сократовского учения.

Если природа существует на том же самом уровне, на котором существуют мысль или человек, следствием является то, что человек остается там, рядом с природой, и вторая природа прибавляется к первой. И сама эта природа, как и первая, не человек. Мысль? Да, но не как мысль, которая мыслит и, мысля, отличает себя от природы; а как мысль, которая сама является помысленной помысленной наравне с природой, от которой она в силу этого уже не отличается. Когда Платон преобразует сократовское понятие в свою "идею" и создает первый метафизический идеализм, когда затем Аристотель измышляет свою логику как аналитику форм, в которых заключена вся сверхчувственность реального, включая сюда и природу, они вместе кладут начало новому натурализму, являющемуся, в конечном счете, метафизикой, с коей на протяжении веков будет сражаться эмпиризм вплоть до Иммануила Канта. Мир природы дематериализуется и возносится над пространством и временем, очерчивается как система вечных идей; из чувственного мира он превращается в мир невещественный, но всегда остается миром, который человек находит перед собой, зрелищем, в которое он не должен вводить самого себя (если хочет оставаться тем, чем он должен быть, дабы иметь возможность наслаждаться зрелищем, - просто зрителем).