Камень, жнец и мандрагора (СИ) - Серина Гэлбрэйт - Страница 38

Получилось как-то на редкость раздражённо, с прорывающимися в голосе истерическими нотками. Нет-нет-нет, надо срочно взять себя в руки и ни в коем разе не скатываться в панику. Со мной всякое бывало…

Но мне ещё не доводилось оказываться в Скарро со жнецом, лишившемся то ли памяти, то ли рассудка. И я не имела абсолютно никакого представления, что мне теперь делать.

Киана молча вышла из спальни. Алессандро проводил её настороженным взглядом.

Демоны побери, кажется, он и впрямь не понимает, о чём мы говорим. Или, скорее, на каком языке мы говорим. А языка из его прошлого не знаю ни я, ни Кахалон… да и, наверное, никто в Скарро.

— У него ещё кто-то есть? — осведомился горгул.

— Кто, например? — отозвалась я тоном уже более спокойным.

— Напарник, соучастник, связной. Он сам затеял эту авантюру или он всего лишь наёмник?

–В напарниках и соучастниках у него только я, связной если и есть, то мне о нём ничего не известно. Авантюру затеял не сам, однако он не наёмник.

— Он хотел украсть камень Жизни?

— Хотел. Но камень оказался с сюрпризом.

— Судя по тому, что в городе тихо, камень остался на месте.

— Остался.

Чего нельзя сказать о потерянной части ожерелья богини. На месте ли она или уже покинула Скарро вместе с Оливером… И дело ведь не столько в камне, сколько в знания и возможностях возрождённого. Вдруг он смог бы что дельное подсказать, что-то объяснить, зря он, что ли, столько лет крутился вместе с другими духами рядом со жнецами? Понятно, что не в его интересах помогать, но мало ли, всегда можно попробовать надавить…

Хотя я даже в теории не представляла, как и чем можно надавить на возрождённого духа.

Киана вернулась с Азуром где-то через час. Мама категорически не желала отпускать провинившегося младшенького, тем более с той сестрой, кто и сама примерным поведением не отличалась. Однако горгулий запереть качественно и с гарантией можно только в помещение с дверью, махоньким окном и в блокирующих наручниках, как сделал Алессандро при первой нашей встрече, в остальных же случаях удержать нас крайне затруднительно. Вот и мамуля не преуспела — Киана и Азур сбежали при первой же возможности.

Ну да за это время и я ни в чём не преуспела.

Алессандро продолжал шарахаться от меня, словно я была в каменной ипостаси, а он никогда прежде не видел представителей других рас. Он ничего не говорил, только открывал рот и иногда издавал невнятные звуки, и впрямь больше похожие на звериные. Он слез с кровати и начал метаться по спальне, натыкаясь на немногочисленные предметы обстановки. Хорошо хоть, горгул успел загородить проём, не позволяя Алессандро выскочить в коридор. Он не понимал, что мы с Кахалоном ему втолковывали, не понимал, где находится, и крепло пугающее подозрение, что он и себя-то не осознавал в полной мере. Оставалось лишь теряться в догадках, что сейчас творилось в его разуме и был ли там Алессандро, которого я знала.

Наконец мы не без труда вернули жнеца в кровать и стали закрывать за собой дверь, когда выходили из комнаты. Хозяин дома заглянул к нам только раз, повергнув Алессандро в очередной приступ паники. Кахалон жестом показал, чтобы тот убрался с глаз долой, вышел к нему и накоротко переговорил. Больше бедолага к нам не совался. Немного успокоившись после явления хозяина дома, Алессандро раскидал подушки и одеяло, прижался спиной к изголовью кровати, подтянув колени к груди и обхватив их руками, и так и сидел, буравя нас мрачным взглядом дикаря, не знающего, чего ждать от этих странных путешественников из далёких цивилизованных стран.

Визит Азура обрадовал его мало. Младшенький тоже не испытал восторга при виде всклоченного полуодетого жнеца с лихорадочно блестевшими глазами. Киана по дороге описала ему ситуацию, как она поняла её с моих слов и на основе собственных наблюдений и выводов, но столь стремительного возвращения к жившим в пещерах предкам людей он явно не ожидал. Покосился на всех по очереди, вздохнул и обошёл кровать. Посмотрел на Алессандро с одной стороны, с другой, затем задёрнул шторы на окне и полез в принесённую с собой сумку. Извлёк оттуда продолговатый полупрозрачный кристалл на цепочке, рогатку, похожую на те палочки, что использовали лозоходцы, и парочку мешочков с неизвестным содержимым. Почесал лохматую макушку, присовокупил к мешочкам ещё один и шёпотом попросил Киану и Кахалона выйти. Сестра попыталась было возмутиться, но Кахалон, знаком показав мне, что они будут за дверью, молча увёл Киану.

Что было дальше?

Какой-то неведомый мне шаманский ритуал, при виде которого любой дипломированный маг лишь пальцем у виска покрутил бы. Насчёт ведьм не знаю, всё же ведьмовская и магическая практики несколько различались. Как ни странно, Алессандро не напугали разноцветные огонёчки, распустившиеся в воздухе вокруг кровати в результате манипуляций Азура. Наоборот, он с живым, полудетским восторгом следил за ним, даже попробовал потянуться и схватить, но те словно проскальзывали между пальцами, вспыхивая заново в другом месте. Огоньки брат долго, сосредоточенно изучал и наконец обернулся ко мне, тихо сидевшей на стуле в углу комнаты. Меня Азур выходить не просил, так что я просто устроилась в сторонке и не мешала.

Взгляд Азура был исполнен глубокого сочувствия, неловкой, несчастной неуверенности и открытого нежелания что-либо мне говорить.

— Ну что? — поторопила я братца. — Можешь сказать что-то конкретное или ты и сам не понял, что ты тут нашаманил?

— Хэл, ну… — Азур помялся.

— Говори как есть, если там вообще что-то есть.

— В общем, твой жених… или нежених… короче, с физической точки зрения он вполне себе здоров. Я, правда, хреново в физиологии людей разбираюсь, но если исходить из… — Азур повернулся к плавающим над постелью огонькам и ткнул одинарным концом рогатки в россыпь зелёных точек разного оттенка. — Из этих показателей, то они более-менее в пределах нормы… наверное. То есть если бы там было что-то не в порядке, то цвет был бы другой… должен быть другой. По книге.

По книге. Отлично.

— Эмоционально он… немного возбуждён.

— Это ты его полчаса назад не видел.

— Охотно верю, — покладисто согласился брат и перевёл импровизированную указку с оранжевых, розовых и красных огоньков, означавших, вероятно, эмоции, на одинокую синюю точку в окружении белых звёздочек. — А вот на ментальном уровне какая-то хреновина творится. Головой он будто и здесь, и не здесь одновременно… в книге ни о чём таком не упоминалось…

Я встала, приблизилась к кровати. Алессандро заворожённо следил за огоньками, совершенно не обращая на нас внимания, словно рядом никого не было.

— Он ничего не помнит, — констатировала я факт, сомнению уже не подлежащий.

— Судя по его поведению, он вообще ни хрена не помнит. Если ему сейчас ложку дать, он даже не сообразит, как ею пользоваться.

Я потёрла виски.

Боги…

— И вот ещё, — Азур обвёл указкой пустое пространство правее огоньков, отвечающих за разум. — Видишь?

— Нет.

— Потому что тут ничего и нет. А должны быть показатели магического уровня. Он же некромант, а у их братии, как правило, силищи до… много, короче. И даже если с головой что-то случится, дар никуда не денется. Иначе блокирующих наручников с ошейниками не изобрели бы.

Ну да, порой в них заковывали и магов, чья сила и намерения выходили далеко за пределы закона.

— А если бы… если бы у него были… временные способности к некромантии?

— Как это — временные?

— Ну… временные. Так-то он не некромант, но тут ему… была дарована возможность магичить…

— Хэл, вот сейчас ты хрень какую-то несёшь, — серьёзно заверил Азур. — Слушай, а может, и тебя проверим за компанию?

— Не надо.

— Для сравнения результатов и чистоты эксперимента, так сказать… Это не больно, честное слово!

— Только попробуй и я переломаю все рогатки, какие утебя найду, — пригрозила я.