Кристалл Хранителя (СИ) - Данилов Алексей - Страница 63

– Не хотел напугать тебя, Димитр.

Студент недоверчиво обернулся.

– Откуда ты знаешь, как меня зовут?

– О! Я многое о тебе знаю, – проговорил я и приблизился на несколько шагов. Сосредоточенность не покинула меня. Не следует забывать, что передо мной не робкий студиозус, а профессиональный шпион, превосходно отыгрывающий свою роль. – Но мне интересно послушать, что ты мне расскажешь...

– Чего ты хочешь?

Димитр напрягся и прикрыл грудь тетрадью, как щитом. Неловко цеплялся за нее обеими руками и пятится назад.

– Откуда у университета эта сабля? – я указал на трофей в центре комнаты. – Ты ведь пишешь научную работу, не так ли? Так будь добр, ответь мне на вопрос.

– Я ничего такого не сделал, – верхняя губа Димитра задрожала. К своему изумлению я понял, что собеседник вот-вот разрыдается. – И у меня нет с собой денег, но...

– Откуда взялась эта сабля? – рявкнул я, постепенно сокращая между нами расстояние.

– Ее вый... Ее выиграл наш студент в восемь... восемьсот восемьдесят пятом году от Прихода Хранителя. Он участвовал в главном салийском чемпионате фехто... фехтовальщиков, – Димитр заикался от волнения, нижняя челюсть ходила ходуном. Наконец, он проглотил застрявший в горле комок и торопливо закончил: – Оставил трофей университету в благодарность за учебу. Пожалуйста, не бейте меня! У меня ничего нет!

– Ты многое знаешь, – удовлетворенно отметил я. – Хорошо готовишься, придерживаясь легенды. Маскируешься, да? Но хватит ломать комедию! Я знаю, кто ты! Мы тут совершенно одни, и кроме меня твое признание никто не услышит. Давай смелее.

– О чем ты?

– Я не буду ждать вечно.

– Сумасшедший, – тоненько взвизгнул Димитр и постарался обойти меня.

Я ему не позволил это сделать. Загородил путь своим телом. Студент был всего на четверть головы ниже, чем я, и на двадцать фунтов тяжелее. Рослый и мощный, он бы дал мне фору в рукопашной схватке, но как будто этого не понимал. Я не купился на показную беспомощность.

– Хочу тебе кое-что припомнить, – злобно прошипел я, глядя собеседнику в глаза. Тот отводил взгляд. – Август прошлого года. Ты был в поезде, на который напали террористы. И ничего не сделал для того, чтобы помочь спасти жизни невинных людей.

– Что ты несешь? – простонал Димитр.

Я вздохнул.

По-хорошему он явно не желает вести диалог. Я резко толкнул Димитра в грудь. Несильно, однако тот отступил назад и выронил тетрадь, не ожидая удара.

– Какого Нециса?

– Пора отвести душу, – проворковал я. Меня переполняло неуместное веселье. В этой внезапной перемене настроения было нечто садистское, и я сжал ладони в кулаки. – Просто признайся. Меня не обманешь. Как твое настоящее имя? Мистер-Трусливая-Задница? Или может, Господин-Забьюсь-В-Угол-И-Подожду-Чем-Все-Закончится?

– Тебе надо лечиться, – покачал головой Димитр.

И тут я со всего размаху всадил ему кулаком в живот. Студент охнул и согнулся пополам. Опустился на колени посреди комнаты, находясь сразу за постаментом с самым ценным трофеем. Стеклянные шкафы молчаливо наблюдали за происходящей сценой.

На мгновение я подумал, что ошибся. Если Димитр тот, кем я его считаю, он бы не стерпел такого унижения. Все они гордецы! Считают себя выше остальных! А этот валяется на полу и размазывает по лицу сопли, как младенец.

Вспомнились зеркало, перчатки, маникюрные ножницы и кусочки кожи на полу. Сомнения исчезли, вернулась уверенность и ледяное спокойствие.

– Вставай, – бросил я. – Вставай, кому говорю!

Схватил студента за локоть и рывком поднял его на ноги. Грудь крепыша тяжело вздымалась и опускалась, словно тот несколько часов занимался физическим трудом.

– За что-о-о? – проскулил студент.

– Ты не оставляешь мне выбора. Вас в ордене славно готовят к заданиям – это я признаю, – я обошел человека полукругом. – Можешь скрывать истинное лицо от врагов, но не от меня! Мы же на одной стороне. Ты ведь в курсе, кем я работаю, верно?

– Отпусти меня, парень, – проблеял тот.

– Маски прочь, Димитр! – пророкотал я.

Размахнулся, чтобы заехать по его плаксивой морде. У меня почти получилось, но кулак не настиг своей цели. Собеседник перехватил мою руку в двух местах, – у запястья и у локтя, – прямо в полете. Я почувствовал, как сжались его пальцы, цепкие и крепкие. Димитр крутанул меня вокруг своей оси, и я полетел спиной назад, врезавшись в один из шкафов. На стекле образовалась поперечная трещина.

Я отскочил от твердой поверхности и по инерции сделал два шага вперед. В этот момент нога Димитра врезается в правую икроножную мышцу, заставляя меня припасть на одно колено. В месте попадания раскрывается цветок боли и распускает свои жалящие лепестки вниз, к голеностопному суставу, и вверх, к мышцам бедра. На моей шее замыкается «замок». Опустив глаза, могу видеть локоть соперника ниже моего подбородка... «Замок» смыкается, и остатки воздуха покидают тело из раскрытого рта, похожего на заглавную букву «О».

Челюсти сжались, и я попытался выбраться из хитрого приема. Напрягся, попробовал сбросить с себя здоровую тушу – не вышло. Постарался дотянуться пальцами до глаз Димитра – тоже не вышло. Тот отклонил голову влево и вверх, чтобы защитить уязвимые органы. Мое зрение затуманилось. На периферии кругозора появились темные разводы. Плохо! Времени осталось совсем мало!

Из последних сил я ударил локтем чуть ниже колена той ноги Димитра, что находилась справа и сзади. Попал удачно! Соперник ослабил хватку всего на секунду, однако ее мне хватило, чтобы просунуть свою ладонь, подняться с колен и разорвать «замок». Обернувшись, я оттолкнул студента.

– Может, хватит? – я выставил руки в мирном жесте.

Не тут-то было!

Димитр обхватил выставленную руку так же, как сделал это в первый раз. Молчаливо и сосредоточенно приблизился, упершись плечом в мою грудь. Завел ногу за мою правую лодыжку и умело швырнул меня на пол, используя вес моего тела.

– Твою мать! – вырвалось у меня.

По счастью, я приземлился мягко. Тому поспособствовал ворс расстеленного в комнате ковра. Все-таки по-хорошему не получается. Придется действовать жестко.

Он все еще держал руку в захвате, намереваясь провести следующий прием. Я оттолкнулся от ковра и заехал ногой неприятелю в открытое ухо. Удар вышел сильным и точным. Только я оказался на ногах, как увидел кровь, сочащуюся из ушной раковины соперника.

Я попер вперед, как озверевший ларрайн, расправив плечи и поджав губы. Димитр, наоборот, занял защитную позицию возле постамента.

Я ударил правым кулаком. Соперник отразил ладонью, чей острый и костлявый край причинил мне боль. Я нанес удар левым кулаком... Другая ладонь увела его в сторону, вызвав очередную вспышку боли. Видимо, Димитр считал, что и защищаясь можно вредить противнику.

Студент, в свою очередь, коротко замахнулся и хлестанул меня ладонью по щеке, как бьют женщины зарвавшихся мужей. Я зарычал и бросился на Димитра, обхватил его тело руками, и вместе мы повалились на постамент с золотой саблей, перекувырнулись через стеклянное покрытие и очутились на полу в ярде друг от друга.

Димитр атаковал. На этот раз не ладонью, а сцепленными пальцами рук. Удар пришелся в челюсть. Мои зубы шумно клацнули, я откинулся назад и лягнул пяткой его в грудь, отбрасывая от себя.

Мы оба встали, причем я поднялся первым и схватил Димитра левой рукой за университетский свитер. Нацелился правым кулаком в его скулу и выбросил руку без замаха, но тот профессионально прикрыл локтем левый фланг, и мой удар нашел на своем пути жесткую преграду. Тогда я коротко размахнулся и ударил неприятеля лбом по носу, благо большая часть его лица оставалась открытой. И от этой атаки Димитр никак не мог увернуться или защититься.

Как только я покалечил его лицо, тот сразу прикрыл его и отвернулся, будто пряча нечто постыдное, а свободную руку вытянул открытой ладонью во всем понятном жесте. Просил остановиться.

– Теперь хватит, – пробурчал он.