Кристалл Хранителя (СИ) - Данилов Алексей - Страница 125

– Эван!

– Да?

– О чем думаешь? Соберись!

Голос Хранителя подействовал, как ведро холодной воды.

– Послушайте, ребята! – командир коснулся моего плеча, а другой рукой схватил Димитра за локоть. – Отриньте страх из своего сердца так же, как я сделал это перед битвой с Нецисом. Будьте хладнокровными. Только воля и трезвость рассудка помогут нам выжить. Не поддавайтесь иллюзиям, глаза лгут, уши обманывают вас. И лишь доверившись внутреннему чутью можно распознать опасность за многие мили и понять, как действовать в той или иной ситуации.

Как ни странно, я понимал, о чем он говорит.

Все прошедшие испытания подводили меня к этому моменту. Страдания от смерти Марси, переживания за жизнь Мадлен, смирение и принятие способностей Кира, сострадание к Гренну, сошедшему с истинного пути, дружба с импульсивной Ильзой... Все это закалило мой внутренний стержень. Само задание оказалось не таким простым, – это, в общем, не секрет. И каждый сделанный вывод после очередного испытания готовил меня к похождению в Недрах. Теперь у меня просто нет права проиграть.

– Идем! – провозгласил я. – Чувствую, что Эдвин Гарлоу близко!

Синклер взглянул на меня сначала с сомнением, затем с одобрением. Даже Димитр приободрился.

Мы спустились по грубым ступенькам. Последние вели в храм с самого начала, ими же и окончилось сооружение, что лишний раз доказывает – здание абсолютно и полностью симметрично.

– Смотрите! Это река! – я указал на ленивый поток желтоватой жидкости.

Да, здешняя вода ничем не напоминала салийскую. Неторопливо движущияся лента светло-соломенного цвета, на поверхности которой набухали и лопались пузыри. Я сразу почувствовал, как пересохло горло, и как настойчиво и сильно захотелось пить.

Жажда Димитра оказалась сильнее. Тот подошел к «реке», опустился на колени, протянув руку вперед, однако его запястье перехватил Синклер.

– Не надо, друг мой. Эта вода отравлена. Хлебнув ее, ты не найдешь утешения своих потребностей. Тебя ожидает бессмысленная и болезненная смерть.

Смерть... Каким же привычным стало это слово, особенно здесь, в Недрах. Тут она подстерегала на каждом шагу.

– Хорошо, Учитель, – смиренно выдавил Димитр и встал с колен.

Хранитель повернулся ко мне.

– Нам налево. По направлению русла.

Если в Салии мы бы не успевали за стремительным потоком, то здесь вода перекатывалась с большой неохотой, словно манная каша течет от одного края тарелки к противоположному.

На выходе из храма я обратил внимание, что небо обрело насыщенный персиковый цвет, и его заволокли густые темные облака.

Успокаивающее журчание реки отвлекало от насущных мыслей, которые то и дело умудрялись проникнуть в голову сквозь завесу непоколебимой уверенности в собственных силах.

Я постоянно осматривался, стараясь запомнить самые мелкие детали Недр. Окружающий нас рельеф объяснить непросто. Из земли вырастали колонны, которые упирались в пластины, изредка закрывающие небо и образующие импровизированный потолок. Некоторые из столбов оканчивались открыто и походили на острый изогнутый, направленный в небо, шип.

Далее поток реки срывался в пропасть на широком уступе, ниже которого располагался еще один уступ, поменьше. И мне не нужно подходить к краю и смотреть вниз, чтобы знать – под землей, на которой мы сейчас стоим, находится та самая воронка, что утянула низенького стрелка Лесси и великана Азрила. Справа простирался дальнейший путь – тропа, которая закручивалась спиралью и вела вверх, делая полный оборот вокруг вышеописанных уступов. И в конце этой тропы простиралась массивная площадка, дно которой я ясно видел со своего местоположения.

– Почти добрались, – сообщил Хранитель и указал пальцем на тропу. – Поднимаемся вверх и выходим аккурат к обители Нециса.

– Мне интересно, как это все держится на весу? – поделился Димитр. – Под нами нет никаких укреплений – это я заметил еще когда мы шли по мосту. То есть все площадки, на которые мы ступаем, парят в воздухе, не так ли?

Синклер пророкотал:

– Недра – загадочное место. И здесь не стоит ничему удивляться. Мы в ином мире, который в корне отличается от нашего. Единственное, что меня по-настоящему беспокоит – где приспешники ректора? Мы пока не встретили ни одного из них.

Наш небольшой отряд добрался до окончания русла реки, затем побрел вдоль края широкого уступа. Я нутром почувствовал, что сейчас что-то произойдет, потому вцепился в свое длинноствольное ружье, как в последнюю надежду на спасение, и краем глаза заметил, что из-за ближайшей колонны выступила рослая фигура.

Его я видел много раз до этого, потому спутать не мог. Тролль по имени Сэмюэль бросил копье без замаха и так стремительно, что Синклер едва успел отклониться, чудом разминувшись с летящим оружием.

– Вжи-и-их!

Копье просвистело в опасной близости от головы Хранителя и приземлилось на малый уступ. Синклер вильнул карабином в сторону противника, но выстрелить не успел, поскольку тролль рванулся вперед и преодолел расстояние в девять ярдов тремя мощными прыжками. На немалой скорости Сэмюэль врезался в нашего командира, схватив при этом свободной рукой Димитра. Бывший грифонец не успел опомниться, как рухнул вниз вместе с преподавателем самообороны и Хранителем.

Они приземлились на малый уступ, подняв облако пыли. Первым пришел в себя Сэмюэль, он метнулся к копью, подхватил его за древко и нанес колющий удар, целясь в грудь Хранителя. Тот увернулся, сократил дистанцию, не позволяя троллю использовать преимущество длины оружия, и ударил противника в челюсть.

«Где его карабин?» – мелькнула в голове мысль.

Огнестрельное оружие осталось лежать на широком уступе. Когда тролль напал на Хранителя, тот не удержал карабин в руках и выронил его. Следовало что-то предпринять!

Я прицелился из ружья, поймав на мушку голову с ирокезом. Сэмюэль казался каким-то бешеным и озверевшим, словно Недра повлияли и на него, лишив частички рассудка. Однако из-за того, что воины мельтешили перед прицелом, я побоялся выстрелить. Слишком велик шанс попасть в Синклера!

Хранитель вцепился в древко не хуже клеща, присосавшегося к человеческой коже. Тролль с остервенением мотал оружием то влево, то вправо, пытаясь скинуть Синклера, затем притянул к себе и ударил лбом в переносицу командира. О! Я знаю, что это больно! Подобным образом тролль и меня приложил в конюшне.

Ослабший Хранитель упал под ноги Сэмюэля, и я вскинул ружье и нажал на спусковой крючок. Секундой ранее выстрелил Димитр. Вытащив револьвер, тот вогнал пулю в поясницу тролля, заставив противника чуть отклониться вперед. В самый неудачный момент, когда медный цилиндр ружья на скорости шестьсот ярдов в секунду готов был раскидать содержимое черепной коробки Сэмюэля по всему маленькому уступу! Но нет! Я промахнулся, а тролль рывком поднял Хранителя и швырнул его в бывшего грифонца, затем прыгнул с копьем, намереваясь пригвоздить бойцов, как бабочек на острый гвоздь. Но оружие вошло в землю, потому что ловкие союзники успели откатиться, избегая смерти.

Что же, огнестрельное ранение никак не повлияло на скорость и проворство тролля. На уголках рта Сэмюэля вспенивалась вязкая слюна, голова покачивалась из стороны в сторону в безумном непонятном ритме.

И зачем Димитр вскочил на ноги, покачивая револьвером? Он закрыл мне обзор и вдобавок не успел выстрелить. Тролль «пяткой» копья выбил из руки бойца оружие, пустив его по широкой траектории прямо в пропасть. Преимущество союзников оказалось безвозвратно утеряно.

Карабин я не решился бросить вниз, потому что преподаватель по самообороне мог перехватить этот козырь.

Надо менять позицию!

Я стремглав бросился к уходящей вверх тропе. Она напоминала узкую длинную дугу с наростами разной величины. Последние образовывали «рогатку» в одном месте – идеальное ложе для снайпера.

В то время как я поднимался по тропе, сражение внизу продолжалось. Тролль теснил обоих воинов копьем. Димитр и Синклер атаковали с разных сторон. У них не было при себе никакого оружия, зато ребята смело пользовались численным превосходством. И, возможно, поэтому все еще оставались в живых.