Евреи в войнах тысячелетий. Очерки военной истории еврейского народа - Штейнберг Марк - Страница 136

Однако в некоторых случаях и Амит организовывал весьма масштабные и дерзкие операции. Примером может служить угон ракетных катеров, построенных на верфях французского города Шербура. Эти катера были в то время наиболее современными малыми кораблями такого класса. Они развивали скорость до 45 узлов, вооружались противокорабельными ракетами и могли противостоять египетскому военно-морскому флоту. Правда, израильтяне заказали всего 10 катеров, а египтяне имели 10 одних только фрегатов, 12 подлодок, 6 эсминцев и более 50 торпедных и ракетных катеров, в основном — советского образца. Но в Израиле уже привыкли, что соотношение в численности вооружения, как правило, не в их пользу, а до получения французских катеров они вообще могли противопоставить египтянам только одну устаревшую подводную лодку.

В Шербуре поселились более 200 израильтян, принимавших участие в постройке катеров, а также входивших в состав корабельных команд. Руководил ими бригадный генерал Мордехай Лимон, опытный мореход, бывший командующий военно-морским флотом Израиля. Он славился и как недюжинный диверсант-подводник и в 1948 году, пробравшись в гавань Порт-Саида, утопил магнитной миной египетский боевой корабль — первый из уничтоженных израильтянами вражеских судов.

Первый катер, «Мивташ», сошел с шербурских стапелей в апреле 1967 года. Вскоре двинулся в Израиль и второй. Однако после Шестидневной войны французский президент де Голль ввел полное эмбарго на поставки Израилю вооружения, в том числе и оплаченного им. Правительство поручило МОССАДу любой ценой вырвать из рук французов оставшиеся восемь ракетных катеров. И всего лишь через неделю после введения эмбарго, 4 января 1969 года, израильтяне подготовили к выходу еще три построенных катера, ночью подняли на мачтах бело-голубые флаги и ушли через Гибралтар в Хайфу.

Французы были ошеломлены этой дерзостью, назначили расследование, наказали виновных. Тем не менее строительство последней пятерки катеров продолжалось — ведь они были полностью оплачены. И израильтяне решили увести и эти ракетоносцы. В сотрудничестве с генералом Лимоном МОССАД отработал до деталей план угона. Операция получила название «Ноев ковчег», и разведчики приняли в ней самое деятельное участие.

Прежде всего ими была проведена фиктивная сделка, по которой катера у израильтян приобрела некая норвежская судостроительная фирма «Старбоут энд вейл», кстати, специально созданная и зарегистрированная МОССАДом. После продажи в Шербур стали прибывать члены команд катеров, все, как на подбор, рослые, голубоглазые и светловолосые блондины. Французы не могли проверить, да и не интересовались особенно, насколько хорошо они владеют норвежским языком, но иврит эти «норвежцы» знали блестяще.

18 декабря были завершены последние формальности сделки по продаже катеров, и «норвежцы» стали их осваивать, пробуя судовые агрегаты, запуская двигатели. В ночь перед рождеством на борту каждого катера находилось по 20 этих израильских мореходов. В море разразился шторм, нелегкий и для крупнотоннажных судов, однако выбора не было, и руководитель операции генерал Мордехай Лимон принял решение — выходить именно в эту рождественскую ночь. А МОССАД, обеспечивая прикрытие, заказал рождественский ужин для своих «норвежцев». Они даже своих французских подружек пригласили на это пиршество.

В 9 часов, в канун Рождества, взревели 20 мощных двигателей — по 4 на каждом катере, и ровно в полночь, вздымая буруны, катера пошли в никогда не используемый фарватер и вышли в Ла-Манш, где бушевал шторм. Капитаны вели свои утлые суденышки в Бискайский залив, направляясь к Гибралтару.

А во Франции между тем поднялся не менее сильный политический шторм, захвативший правительственные и дипломатические сферы, включая президента и премьер-министра. В Израиль посыпались ультимативные требования вернуть катера. Оттуда ответили, что катера — норвежские, и посоветовали обратиться в Осло. Египтяне и ливийцы срочно обсуждали возможность потопить невооруженные катера, и уже была послана на перехват подводная лодка. Но над головным катером описывали круги подоспевшие самолеты израильтян, которые и сопровождали отважных похитителей до берегов Палестины. Так завершилась эта, беспримерная по дерзости, операция, в результате которой израильский флот пополнился эскадрой современных быстроходных катеров-ракетоносцев. Их срочно оснастили пусковыми установками противокорабельных ракет «габриэль», имевших в то время видимое преимущество перед аналогичными типами. «Габриэль» на всем протяжении своего многомильного полета шла на уровне, не превышающем одного метра от поверхности воды, и была малодоступна для поражения противоракетными средствами. С такими катерами и ракетами Израиль уже мог противостоять флоту своих противников.

Операцией, по дерзости и расчету подобной угону катеров, был «Вавилон», в результате чего израильтяне полностью разрушили иракский ядерный реактор «Озирак». Этот реактор беспокоил руководство страны еще с сентября 1975 года, когда Саддам Хусейн договорился с французскими промышленниками и правительством о постройке ядерного комплекса неподалеку от Багдада, возле поселка Эль-Тувейт. Располагая огромными суммами валюты от продажи нефти, Ирак закупал у Советского Союза и других стран большие партии самого современного оружия и явно стремился стать лидером всего арабского мира.

И хотя он подписал Договор о нераспространении ядерного оружия, в Израиле не сомневались, что иракский лидер не замедлит с производством атомной бомбы, если получит такую возможность. Поэтому уже в начале 1976 года в МОССАДе была создана группа, специально следившая за постройкой ядерного комплекса. Группа состояла из шести наиболее опытных асов разведки и специалистов по атомным технологиям. Она не только следила за изготовлением отдельных частей реактора и их доставкой в Ирак, но и всеми средствами пыталась помешать процессу строительства.

Так, в апреле 1979 года, перед отправкой центральной части реактора в Багдад, она была повреждена взрывом крупного заряда прямо на заводе, и работа по сборке застопорилась. Через год, в июне 1980-го, в отеле «Меридиан» был убит Яхиа эль-Мешид, человек, который возглавлял всю ядерную программу Ирака. Оперативные группы МОССАДа действовали целенаправленно, препятствуя доставке в Ирак даже небольших партий обогащенного урана.

Тем не менее иракский реактор строился, и хотя считалось, что он не предназначен для военных целей, однако его проектная мощность в десять раз превосходила любой другой действующий реактор в мире, специально не предназначенный для наработки плутония.

В середине 1980 года руководство МОССАДа представило премьер-министру Менахему Бегину аргументированный доклад, в котором утверждалось, что через полтора-два года Ирак может начать изготовление собственного ядерного оружия. Этот доклад Бегин передал американскому президенту Картеру. Тот согласился, что необходимо принять какие-то меры, чтобы помешать иракцам. Однако эти намерения не пошли дальше слов, а обещание принять меры досталось по наследству президенту Рональду Рейгану, который тоже ограничился намерениями.

И тогда израильское руководство решило действовать самостоятельно. В штабе МОССАДа была просчитана и спланирована до мельчайших деталей операция «Вавилон», были предусмотрены все варианты, так, чтобы срыва не было ни в каком случае. Для атаки были выбраны 14 самолетов: восемь Ф-16 и шесть Ф-15. Причем Ф-16, по боевому американскому предназначению относившийся к истребителям-бомбардировщикам, израильские специалисты сумели переоборудовать так, что он превратился в средний фронтовой бомбардировщик. Этот самолет после «модернизации» брал на борт и подкрыльевую подвеску др 16 тонн бомбовой нагрузки, а все восемь самолетов несли около 150 тонн бомб различного предназначения — управляемых, бетонобойных, осколочно-фугасных и зажигательных.

Истребители сопровождения Ф-15, кроме ракет воздушного боя типа «спарроу» и «сайдуиндер», несли на подвеске дополнительные баки с горючим, позволявшие им сопровождать бомбардировщики на всем протяжении рейда, что, кстати, тоже не предусматривалось первоначальными их характеристиками. Все 16 самолетов вели лучшие в авиации Израиля летчики, подлинные асы, имевшие и большую практику дальних полетов, и немалый опыт воздушных боев. Маршрут рейда на «Озирак» был тщательно рассчитан и проложен так, чтобы никакие радиолокационные станции не смогли засечь израильские эскадрильи и предупредить силы ПВО Ирака. Есть предположение, что в основном он совпадал с маршрутом — Мунира Редфы.