Как уехать в Дубай и остаться там. Невымышленные истории иностранки в ОАЭ - Мустафина Алина - Страница 25

Когда мы с ней познакомились, 32-летняя Димпл была в браке лет десять. В Дубай они переехали сразу после свадьбы. Муж продавал здесь технику из Южной Кореи, а Димпл подрабатывала хостес и промоутером. Десять лет назад на промоакциях платили мало, работали девушки, как правило, в небольших супермаркетах и на заправочных станциях, предлагая покупателям попробовать новый кофе или сыр. Изредка они рекламировали новинки автопрома в автомобильных салонах. Постепенно с экономическим ростом города потребность в промоутерах и хостес выросла, и заработная плата значительно увеличилась. Если лет десять назад за час платили всего два-три доллара, теперь промоутеры получали от 15 до 40, а хостес – от 30 до 300. Так что последние несколько лет Димпл хорошо зарабатывала и должна была накопить приличную сумму. Но у нее не было ни депозита в банке, ни завидного гардероба. Все деньги она отдавала мужу.

«Когда мы идем с ним в торговый центр и я выбираю себе туфли, он только и повторяет: “дорого”, “давай найдем дешевле”. И я выхожу из бутика с самыми дешевыми туфлями под мышкой… У меня даже лэптопа нет. Если я потрачу зарплату по своему усмотрению или скрою от мужа доходы – скандал обеспечен», – жаловалась она мне. Куда уходили ее деньги? Муж регулярно отправлял крупные суммы своим родителям. В Индии так положено: сын обязан кормить стареющих мать и отца. Его мать обвешалась золотыми браслетами, хвастаясь «заслугами сына» перед родственниками, а Димпл часами стояла на промопосту в мечтах о переносном компьютере.

Пару раз Димпл приходила на работу с опухшим глазом и говорила, что виновато масло, брызнувшее при жарке яичницы. Я почему-то не придавала этому значения, не приглядывалась к замазанному тональным кремом веку и даже верила Димпл, пока в одну из ночей она не рассказала мне, что синяки ей наставляет муж. В первый раз он решил, что Димпл обманывает его и вместо работы по ночам ходит к любовнику. Наказал, значит, жену, чтобы неповадно было. Во второй раз он разозлился, что слишком долго ждал Димпл на парковке у аэропорта – та опоздала из-за сменщицы. Сам же он периодически наведывался к проституткам (которых в Дубае множество), рассказывал об этом жене, упрекая, что из-за ее работы ему приходится искать секс на стороне.

Хотела ли Димпл развестись? Она призналась, что давно мечтает об этом, но никогда на этот шаг не решится из-за общественного порицания. «Зато он мне стирает! И готовит еду, когда я работаю», – улыбаясь, хвасталась моя коллега. Детей у Димпл пока нет. Она была беременна несколько лет назад, но на сроке шесть месяцев врачи обнаружили у ребенка наследственную болезнь – талассемию. Такие люди нуждаются в переливании крови с разной периодичностью на протяжении всей жизни. Димпл вызвали искусственные роды. «Врачи настояли. Условия для постоянных переливаний крови тогда были только в США. Зато сейчас эти клиники есть повсюду». Я раньше не слышала об этом заболевании, оказывается, им преимущественно страдают жители Южной Азии и Западной Африки. С каждой новой попыткой забеременеть у Димпл и ее мужа может появиться малыш с талассемией с вероятностью в 25 процентов. И 50 на 50, что ребенок будет носителем гена этой болезни, как Димпл и ее муж. Если бы носителем был только один из них, ребенок был бы здоров. Обычно индийские родители жениха и невесты настаивают на анализах крови перед браком и только потом дают согласие на свадьбу. Но этого не случилось.

Димпл до сих пор трудится на промоушенах. Наверняка ее муж продолжает стирать ее вещи и готовить обеды, и, очень надеюсь, она больше не приходит на работу со следами от «брызг горячего масла».

Пассажиры

До ковида международный аэропорт Дубая был одним из самых загруженных в мире, национальные авиалинии Emirates Airlines летали примерно в 80 стран. Кроме того, более 100 международных авиаперевозчиков имели в списке своих направлений эмират Дубай. Поэтому каждую секунду перед моими глазами мелькали пассажиры со всего мира: утонченные японки и любопытные китайцы, холеные французы и холодные англичане, дружелюбные бирманцы и приветливые австралийцы. Желтые, белые, черные, красные от арабского загара пассажиры удивляли меня каждый день.

Наблюдая со своего промопоста, я выяснила, что мужчины-арабы учтивы, англичанки не переживают насчет своего внешнего вида, путешествуя в пижамных штанах и уггах, китайцы из-за незнания английского напоминают здешнему персоналу инопланетян, а казахов путают с корейцами и японцами.

Я обнаружила, что самые дружелюбные из всех англоязычных пассажиров – американцы: они частенько останавливались у моего рабочего места и подолгу болтали со мной о жизни, семье и планах на будущее. Однажды, к примеру, один американец в пять утра после моего вопроса «Вам помочь?» замер на несколько секунд, уставился на меня, а потом произнес: «О боже! Вы-то, красавица, да еще и в платье, что тут делаете в пять утра?» Промоформа у нас в то утро действительно была элегантная: черное облегающее платье, а на шее – фальшивое жемчужное ожерелье. Зрелище, бесспорно, необычное: накрашенная и разодетая барышня предлагает помощь в отделе сигарет перед рассветом. Я ответила изумленному пассажиру, что каждому свое. В пять утра я, к примеру, уже час как работаю… Он посочувствовал, мы поболтали, и мужчина поспешил на рейс.

Англичане бывают разные. Меня всегда умиляли изящные английские старички и старушки в шляпках. Они подходили ко мне и предельно вежливо спрашивали: «Не могли бы вы, молодая леди, помочь нам найти сигареты Benson&Hedges?» А когда их просьба была удовлетворена, широко улыбались и сердечно благодарили. Говорили пожилые англичане медленно, с толком и расстановкой, напоминая голоса со старых кассет на уроках английского языка в лингафонном кабинете моей школы.

Но были и другие британцы: шумные, неухоженные, задающие неумные вопросы на обрывистом, гавкающем английском. Из вопросов следовало, что Великобритания – центр Вселенной. Они спрашивали, например: «Сколько это стоит в английских фунтах?» Цены были указаны в дирхамах, долларах и евро, но подсчетами по курсу они утруждать себя не хотели. И почему это, интересно, россияне никогда не интересовались, сколько это в российских рублях, а китайцы не возмущались, что на ценниках нет юаней? Цены на самые популярные бренды в фунтах я за время работы, конечно, выучила наизусть, но вопрос так и остался для меня в категории «дурацких». Был еще один: «Сколько сигарет мне разрешено взять обратно домой?» А домой – это куда? В каждой стране свои правила. Или Соединенное Королевство – единственное место, которое в принципе стоит называть домом? На лице спрашивающих английское гражданство написано не было, хотя я и догадывалась по акценту.

Индийцев я разделяла на две категории: обладатели британского, канадского или австралийского гражданства и те, у кого был только синий индийский паспорт. Первые вели себя раскованно, были не особенно дружелюбны и покупали мало. Вторые ходили большими группами и заполняли свои тележки доверху: алкоголем, сигаретами, шоколадом и конфетами – гостинцами родственникам.

Китайцы никогда не передвигались поодиночке. Толпой человек в двадцать они вихрем появлялись в отделах и, указывая пальцем на какой-нибудь предмет, бурно обсуждали, производя подсчеты на калькуляторе, стоит ли его покупать. Если ответ был утвердительным, этот продукт брали все.

Рейсов российских авиалиний ждали все сотрудники Duty Free. Большинство этих пассажиров не говорили по-английски, девушки были одеты в короткие юбки и шорты, туфли на каблуках и полупрозрачные топы и громко спорили с бойфрендами и мужьями. Те, в свою очередь, лихорадочно искали места продажи пива, не обращая внимания на капризы жен и хныканье детей. Но россиян любили не за то, что за ними было любопытно наблюдать, а за безграничную щедрость. Они редко обращали внимание на лимит ввоза сигарет, алкоголя и парфюма, набирая в тележку все, что красиво, вкусно и дорого. После каждого такого «русского часа пик» менеджеры радостно потирали руки, подсчитывая прибыль.