Злая любовь (СИ) - Завгородняя Анна - Страница 83

Еще миг спустя в дверь тактично постучали и вошли родители. Отцу хватило одного лишь взгляда на нас с Джуричем, чтобы все понять. А матушка лишь удивленно посмотрела на незнакомого красивого мужчину, одетого в цвета джарганского царя – темный мундир с золотыми драконами.

***********

Тумановы стояли на ступенях перед домом провожая взглядами дочь.

Она забралась в экипаж и напоследок оглянувшись, взмахнула рукой прощаясь. Всадник на тонконогом жеребце, одетый в мундир, расшитый золотом, поклонился князю и княгине, а затем экипаж тронулся с места и направился прямиком к воротам, а уже потом выкатил на улицу.

Еще миг и карета исчезла за углом, а Елена Петровна со вздохом произнесла:

- И почему ты только дал согласие, Петруша? Он же джарганец, да еще и какой-то обычный капитан в крепости! Я не понимаю! Нет, я категорически не желаю понимать! Ладно, Алекса… Любовь, как говорят, зла, а этот Джурич, что греха таить, красивый мужчина. Она вполне могла влюбиться, увлечься… Но замуж! Наш род происходит от царского. Что скажет государь, когда узнает, за кого мы отдали свою девочку?

- Ну, еще не отдали. Они пока помолвлены, - проговорил в ответ Петр Алексеевич Туманов. – А царь уже дал свое величайшее позволение.

- Быть такого не может! – ахнула Елена Петровна.

- Почему нет? Этот, как ты выразилась, капитан, джарганский царевич, моя милая. Чем не партия для нашей девочки?

- Что? – княгиня развернулась к супругу и посмотрела ему в глаза, будто проверяя, не шутит ли он.

- Да. Истинный царевич. Брат царя Стефана Миловицкого. И я узнал это от самого государя. Так что, мы ничем не посрамим наш род, дорогая.

Туманова ахнула и улыбнулась. Теперь она явно одобрила выбор дочери, и только Петр Алексеевич знал, что его Александра полюбила своего горца не за титул и не за деньги. Она следует зову своего сердца, чего он ей всегда и желал.

Его Саша выйдет за капитана, которого и полюбила в далекой северной стране. Там, где царит вечный холод, который, впрочем, не преграда для горячих и любящих сердец.

ЭПИЛОГ.

Последний день практики остался за спиной. Что и говорить, в крепости ничего не изменилось, разве что изменились мы сами.

Я стояла у окна и смотрела на то, как мир за стенами медленно просыпается, стряхивая оковы льда и снега. Короткое лето на севере было прекрасно и, что не менее удивительно, наступало оно в свое особенное время, не подчиняясь привычным законам природы.

Просто в один день заметно потеплело и, на смену снегу, пошел холодный дождь. Затем его сменили ливни, смывшие белый ковер зимы и тучи, впервые за столько месяцев, разошлись, выпуская солнце на синее бесконечное небо.

Я провела рукой по своему мундиру. Затем взгляд опустился на золотой ободок, украшавший палец.

Я уже неделю как стала женой Горана и свадьбу мы сыграли не в роскошных гостиных столицы, среди разодетых в шелка и атлас гостей, а здесь, на далеком севере, в царстве вечной зимы и снега.

Колечко было простое, именно такое, как я и хотела.

На миг прикрыв глаза, вспомнила, как мы стояли у маленького алтаря, который нашелся в крепости. Да, он был давно забыт и заброшен, но ради такой цели главнокомандующий велел все привести в порядок и торжество прошло среди тех людей, которых любила я и которые, в свою очередь, любили меня. Правда матушка немного повозмущалась, высказав мне, что совсем не такой представляла свадьбу своей дочери. И что очень недовольна тем, что мы провели торжество в этом, мрачном и забытом всеми богами, месте. А затем, после всех поздравлений, отвела меня в сторонку и тихо сообщила:

- А Марк тоже женится.

- Вот как? – я спросила без особого интереса. Менее всего на свете меня волновала судьба бывшего жениха.

- Да. И боже, ты бы видела его невесту, Алекса! Бледная тень, но, правда, с огромным состоянием. Единственная дочь князя Витебского. Моль и то интереснее этой Евдокии.

- Евдокия? – проговорила я и усмехнулась.

Надо же, какое чудесное имя. Я даже вспомнила его обладательницу, худую девушку крайне болезненного вида и еще более скверного характера, которой ее папенька потакал во всем.

Не думаю, что Марку будет сладко с такой женой. Впрочем, какое мне до него дело?

- Саша! Сашка! – раздался голос за спиной и я, прогнав воспоминания прочь, обернулась, увидев Катерину, вышедшую в лазарет. – Идем! Хочу тебе кое-что показать.

- Показать? – я покосилась на своего больного. Молодой практикант, неудачно упавший вчера с лестницы и сломавший ногу, сейчас спал. Кости срастила, боль сняла и, полагаю, уже завтра он сможет тренироваться на полигоне или нести дозор на стене. Я же теперь приняла статус второго целителя после Дельмар. Моя практика была завершена, но я и не собиралась возвращаться домой. По крайней мере, не сейчас.

Здесь, на севере, я нашла себя.

Здесь мое место. Рядом с Гораном.

- Саша, ну, идем! – Катя проявила нетерпение и схватила меня за руку.

- Не кричи так! Разбудишь больного, - шикнула я на подругу, но она лишь лукаво улыбнулась и ответила:

- Если бы нам не нужно было спешить, я бы не торопила тебя. Давай поднимайся и бежим!

- Бежим? Куда? – спросила я, но Золотова уже тянула меня за собой.

Мы вышли из крепости надев по привычке теплые плащи. Несмотря на то, что на небе властвовало яркое солнце, все еще не было того тепла, когда можно снять верхнюю одежду.

Катя торопилась и подгоняла меня. Когда впереди показался загон для драконов, я удивленно покосилась на нее, но девушка только фыркнула и прибавила шагу.

У дверей нас ждали.

Горан стоял в темном мундире, заложив руки за спину, и смотрел на меня так, как никто никогда не смотрел прежде. В его взоре было все: любовь, нежность, тепло и желание оберегать. А еще было уважение и понимание, которые я оценила не менее чем другие чувства.

Застыв перед мужем, заглянула в его глаза и тут он меня удивил. Подошел и протянув руку сказал:

- Доверься мне и не бойся, Саша.

- Я и не… - проговорила и оборвала фразу на полуслове, потому что тьма, вырвавшаяся из ладони джарганца, закрыла мои глаза, словно самая плотная повязка.

- Эй! – возмутилась я.

- Подожди, - буркнула Катя, а Горан взял меня за руку и повел за собой.

В ноздри ударил терпкий запах сена и драконьего навоза. И я, кажется, догадалась, что последует дальше.

Неужели Джурич решил прокатить меня на одном из этих крылатых ящеров? Боги, я давно хотела это сделать и вот, кажется, моя мечта сбудется.

Ладонь Горана сместилась мне за спину. Подтолкнула почти бережно и скользнула на плечо.

- Присядь немного, - шепнул он. В воздухе ощутимо зазвенела магия и спустя миг темнота спала, а я, широко открыв глаза, увидела самое невероятное зрелище в своей жизни – крошечного дракона, который, пробив черную скорлупу, открыл глаза и посмотрел на меня в ответ.

Я на секунду застыла, а потом моргнула. Дракон наклонил голову набок и тоже моргнул. Затем он открыл пасть и издал какой-то рык.

- Вот и все! – услышала я в стороне. – Можете смотреть, - это был голос Горана.

Я потянулась к маленькому дракону и достала его из яйца, прижав к груди.

Малыш весил довольно прилично, но как же оказалось приятно держать его горячее тельце и ощущать биение крошечного сердца под толщей черной чешуи.

- Я научу тебя, как тренировать его и как найти к нему подход, - Наталья Тихая вышла из темноты и посмотрела на меня спокойно, без тени улыбки.

- Спасибо, – ответила я и оглянулась по сторонам.

Все они были здесь, мои друзья и мой любимый муж. Стояли, словно стена, крепкая, сильная. Верные, проверенные люди. Сильные и надежные, как сам север.

И Горан, такой прекрасный и любимый, что при одном взгляде на него замирает все внутри, а кровь начинает бежать все быстрее и быстрее, наполняя меня светом.

- Это мой подарок тебе, Саша, - произнес Джурич.