Голем (СИ) - Мануйлов Дмитрий - Страница 35

— Ах ты… Паршивец! — шипел черноволосый, подкрепляя каждое своё слово ударом костлявого кулака. Игорь хрипел, в его глазах плыло, но он и не думал отвечать, терпеливо принимая атаки на своё многострадальное тело. Он прекрасно понимал, что в прямой схватке у него нет ни шанса, а потому продолжал изо всех сил изображать из себя мешок с песком, придавливая врага к асфальту и сжимая челюсти до зубовного скрежета.

Очередной удар прошёл мимо руки и угодил Игорю в затылок, обжигая голову, паля волосы, выбивая из глаз искры. Лазарев стиснул конечности на теле элементаля как можно сильнее и вцепился зубами в воротник чужой куртки — даже теряя сознание, он не собирался отпускать врага. В таком положении он и замер, ожидая нового удара.

Ему вдруг показалось, он странным образом привыкает получать урон. Будто его тело осознало, что от него не останется живого места, смирилось с этим и решило не слишком терзать своего хозяина болевыми ощущениями. Следующая атака оказалась заметно слабее предыдущей. Очередного удара не последовало и вовсе.

Элементаль под ним неестественно булькнул. Игорь так и не разжал зубов, стиснутых на его куртке, и в рот ему вдруг хлынула обжигающе-горячая кровь. Он инстинктивно отстранился и принялся ожесточённо отплевываться, лишь спустя мгновение поняв, что только что открылся для полноценной атаки вражеского элементаля.

Черноволосый мужчина не атаковал. Из его залитой кровью шеи торчал нож, а тёмные глаза замерли, удивлённо глядя куда-то в сторону.

Подрагивая от перенапряжения, Игорь проследил за его взглядом. Рядом с ним на корточках сидел Эдуард, стискивающий скользкую от пота рукоятку ножа. Его глаза казались не менее удивлёнными, чем навеки застывший взгляд огненного элементаля.

Глава 17

Сведённые судорогой мышцы подчинились Игорю не сразу. Лишь спустя добрый десяток секунд, когда он осознал, что противник полностью и бесповоротно умер, непослушные руки ослабили хватку на мёртвом теле, и Игорь, ухватившись левой рукой за протянутую кисть Эдуарда, поднялся на ноги.

— Ты как? В порядке? — спросил молодой элементаль, оглядывая Игоря на предмет повреждений. Посмотреть, конечно, было на что. Лазарев примерно представлял, как сейчас выглядит со стороны: лицо было залито кровью, — к счастью, в основном чужой, — на виске пульсировал разрастающийся с каждой секундой синяк, а затылок представлял собой мешанину из обгоревших волос и твёрдой обгорелой корки, болезненно трескающейся при малейшем движении. Правая рука покрылась крупными волдырями. Лазарев старался ей лишний раз не шевелить. От куртки и перчаток, пострадавших ещё до встречи с огненным элементалем, практически ничего не осталось. Он не знал, от чего дрожит, — то ли дело было в тотальном перенапряжении, причём как физическом, так и психологическом, то ли всему виной был промозглый зимний ветер, пробирающий до самых костей.

— Бывало и лучше, — честно ответил Игорь, — Но жить буду. Ты как?

— Аналогично, — поморщившись, Эдуард прижал руку к виску. Он тоже смотрелся не лучшим образом: бросок на асфальт с последующим ударом головой об бордюр не прошли бесследно. Рукав его куртки порвался. По щеке обильно стекал уже начавший подсыхать ручей тёмной крови, берущий начало где-то в слипшихся золотых волосах. — Я уже вызвал помощь. За нами скоро приедут.

Игорь кивнул. Он надеялся, что ждать действительно придётся не слишком долго: от холода у него зуб на зуб не попадал. Плюнув на всё, он стянул куртку с мёртвого элементаля и накинул себе на плечи. Стало чуть легче.

— Ему всё равно уже не пригодится, — пояснил он в ответ на взгляд Эдуарда.

— А как же твоя стихия? Я думал, огненные элементали не мерзнут.

— Долгая история, — несмотря на смертельную схватку против общего врага, изливать душу Эдуарду Лазарев не собирался. Он указал неповреждённой рукой на труп элементаля, оставшийся в одних брюках и окровавленной рубашке. — Ты его знаешь?

— Мы уже встречались, — пожав плечами, ответил Эдуард. Лезть к Игорю с расспросами он не стал. — Он вместе с людьми Стрелка напал на один из клубов на территории нашего Дома. Убил моего товарища, ранил другого и сбежал. Я не смог его остановить. Кто это такой — не знаю. Но подозреваю, что в Доме Прометея он должен быть известен — в конце концов, Старшие маги везде наперечёт.

— Даже если и так, сомневаюсь, что тебе что-то сообщат, — «огорчил» его Игорь. Эдуард согласно кивнул: Дом Прометея натворил слишком много всего, чтобы взять на себя ответственность ещё и за нападение на чужой Дом.

— Скорее всего, ты прав. Кристина говорила… — он вдруг махнул рукой, — А, да ты сам с ней это обсудишь. К нам уже подъехали.

Возле догорающего минивена без крыши, врезавшегося в металлическое ограждение дороги, припарковался премиальный чёрный лимузин. Водитель — рослый мужчина чрезвычайно крепкого телосложения — выскочил со своего места, чтобы услужливо распахнуть заднюю дверь, но она открылась без его участия. Зевс, не дожидаясь помощи, самостоятельно выпорхнула наружу.

Удивительным образом она даже в спортивном костюме умудрялась выглядеть элегантно: лёгкая красная курточка не слишком хорошо сочеталась с фиолетовыми штанами, выдавая тот факт, что собиралась Кристина явно второпях, но тем не менее впечатления нисколько не портила. Игорь был уверен, что эта девушка одинаково гармонично смотрится как в шубе и вечернем платье, так и в видавших видах спортивках, годящихся разве что для выезда на природу. В чём крылась причина — в природной красоте, не требующей косметики, или в гордой осанке вкупе с уверенным взглядом, — Лазарев не знал. Он был уверен в одном: в каком бы виде она не пришла, он в любом случае был бы рад её появлению рядом с собой.

Кристина стремительным шагом приблизилась к ним. Выразительные даже без макияжа глаза стрельнули по сторонам, отметив разбитую машину, труп на асфальте и потрёпанность двоих стоящих перед ней элементалей. Не обращая внимания на отразившееся на лице брата неудовольствие, бесцеремонно ухватила Эдуарда за подбородок и придирчиво осмотрела его голову.

— Как себя чувствуешь? Тошнота? Головокружение? — требовательно спросила Зевс. Эдуард раздражённо дёрнул головой, вырываясь из цепких пальцев сестры:

— Со мной всё нормально. Игорю досталось сильнее.

Неодобрительно покачав головой, Кристина повернулась к Лазареву. Тот откашлялся, не зная, что говорить, и решил начать с банального приветствия:

— Привет, Кристина. Рад тебя видеть.

— Здравствуй, Игорь. Спасибо, что помог моему оболтусу-брату. Не сомневаюсь, что без тебя ему пришлось бы туго.

«Это ещё вопрос — кто из нас кому помог», — невесело подумал Лазарев, вспомнив, как Эдуард остановил его избиение, вонзив клинок в шею огненного элементаля.

— Не стоит. Он и сам меня выручил.

— Правда? — Зевс вскинула бровь, окинув Игоря придирчивым взглядом с ног до головы. Ему вдруг стало неловко за свой внешний вид: помятый, залитый кровью, в куртке не по размеру он чувствовал себя бомжом рядом с королевой. Будто этого было мало, Кристина решила окончательно его добить: — Не слишком-то заметно. Выглядишь ты… Не очень.

— Зато ты — просто неотразима, — неловко ляпнул он первое, что пришло ему в голову. Кристина, не ожидавшая такого ответа, замерла, а потом вдруг расхохоталась — весело, заразительно, так, словно они не стояли посреди нескольких трупов.

— Хм… Спасибо за комплимент, — отсмеявшись, поблагодарила она. — Не сказала бы, что это мой лучший прикид, но на вашем фоне я, наверное, действительно смотрюсь неплохо. Давайте-ка пройдём в машину. Не будем смущать прохожих вашим потрёпанным видом.

Опасалась она напрасно — кроме них, на улице не было ни одного человека, — но Игорь и Эдуард с радостью приняли её предложение, не сговариваясь, направившись к автомобилю. Лазарев подошёл первым и услужливо распахнул перед Зевсом дверь, чем вызвал у Эдуарда раздражённый вздох, а у Кристины — одобрительный кивок: