Голем (СИ) - Мануйлов Дмитрий - Страница 25

— Это родий?

— Да, это он, — кивнул мужчина. — Но пластины закреплены таким образом, чтобы никак не касаться своего носителя. Впрочем, если хотите… — он потянулся к двери следующего шкафа, но был тут же остановлен Игорем.

— Нет, — Лазарев двумя пальцами стянул подходящий жилет и накинул его на себя. — Не нужно.

В другой ситуации природное отторжение элементалей от родия заставило бы Игоря отказаться от предложенной экипировки. Однако сейчас, когда сила стихии временно перестала ему подчиняться, доспех нисколько не мог помешать своему носителю, зато вполне мог стать для его врагов неприятным сюрпризом. Лишать себя такого козыря было глупо.

— Тут, — мужчина указал на второй открытый шкаф, — Оружие. Можете взять, если что-то приглянётся.

Игорь бегло осмотрел шкаф. Кастеты и цепи из родия не привлекли его внимания — в отличие от чёрных кожаных перчаток, на тыльной стороне которых были закреплены квадратные металлические пластины.

— Думаю, вот это мне не помешает.

Быстро облачившись, Игорь поблагодарил мужчину и вышел во двор. Он был готов к выезду — настолько, насколько это было возможно в его текущем состоянии. Оставалось ждать.

На улице стоял холод, и дыхание вырывалось изо рта клубами пара, надолго зависающими в воздухе. Машина уже стояла у ворот, негромко рыча заведённым двигателем, но садиться в неё Лазарев пока не стал, решив встретить своего помощника снаружи. Чтобы не замёрзнуть, он плотнее запахнул куртку, укрывая свой новый доспех, и принялся расхаживать по двору, нетерпеливо дожидаясь Григория.

«Это ж надо было так вляпаться, — в который раз за сегодня принялся ругать себя Лазарев. — Ну что тут скажешь. Молодец, Игорь. Совсем недавно ты думал, что не можешь рассчитывать ни на кого, кроме себя. А оказалось, что и на себя самого рассчитывать тоже не стоит. Молодчина, одним словом».

Удивительно, но несмотря на то, что особняк Морозовых располагался в черте города, в рано стемневшем небе отчётливо выделялись звёзды. Игорь невольно засмотрелся на них, размышляя о том, как мало от него будет пользы до тех пор, пока к нему не вернётся сила стихии.

«Нет ничего удивительного в том, что Арес отправляет со мной одного из своих элементалей. Странно, что он вообще даёт мне уйти, а не удерживает в особняке. Учитывая мои теперяшние возможности, это не составило бы для него никакого труда».

Под ноги некстати угодил маленький камешек, и Игорь с наслаждением пнул его в кусты, словно это он был причиной всех проблем. Однако, как и в практически любой жизненной ситуации, источником проблем был человек. В данном случае — он сам.

От невесёлых мыслей Игоря отвлёк свет, ударивший из-за распахнувшейся двери особняка. Он уже было обрадовался, что пришёл отправленный Морозовым элементаль, однако фигура была слишком невысокой, хрупкой и женственной, чтобы подходить кому-то со звучным именем «Григорий».

— Куда-то уходишь? — наигранно незаинтересованным голосом спросила мать.

«Час от часу не легче», — подумал Игорь, растягивая губы в приветливой улыбке. Он любил свою мать — настолько, насколько можно любить человека, с которым тебя не связывает ничего, кроме кровного родства, — однако что-то в ней настораживало Лазарева. Он не мог понять, что именно: возможно, дело было в нездоровом, практически маниакальном блеске тёмных, едва ли не чёрных глаз, который проявлял себя всякий раз, когда речь заходила о Прометее. Любые мелочи, так или иначе касающиеся её отца, пробуждали в Ангелине прилив бешенства.

— Да. Позвонил один… Приятель, — Игорю удалось сделать паузу в своей речи почти незаметной, — Попросил немного помочь. Я ненадолго.

— Я пойду с тобой, — безапелляционно заявила Ангелина.

«Этого ещё не хватало».

— Думаю, это ни к чему, — заговорил Игорь, осторожно подбирая слова. — Мы просто проверим одно место и всё. Лишние люди могут только помешать.

— Я не лишняя, — отрезала мать, спускаясь по ступенькам так быстро, будто от этого зависел исход их разговора. — И уж точно не помешаю. Мне осточертело сидеть в четырёх стенах, а вам явно не помешает поддержка в виде Старшего мага, причём, можешь мне поверить, — тут она вздёрнула нос, — Далеко не самого слабого. Поедем вместе.

Такой напор для Игоря был настолько непривычен, что он растерялся. Никогда прежде ему не приходилось сталкиваться с подобным поведением: Александр Клинков, вырастивший его, как собственного ребёнка, не вмешивался в жизнь Игоря, позволяя самому принимать решения, и никогда не навязывался. Похоже, Ангелине такой подход был чужд: совершенно не прислушиваясь к словам сына, она стояла на своём, и Лазарев вдруг подумал о том, что, возможно, тот факт, что его воспитанием занималась не она, был, пожалуй, к лучшему.

Разгорающийся спор прервал Морозов, успевший сменить рубашку и вышедший во двор в сопровождении невысокого парня с худым лицом, не тронутым даже намёком на щетину. Чёрные волосы, несвойственные Семье Морозовых, неестественно сверкали в вырывающемся из особняка потоке света.

— Что здесь происходит? — невинно поинтересовался Арес, переводя взгляд с Ангелины на Игоря.

— Ничего, — тут же ответила мать Игоря, пожав узкими плечами. — Мы готовы к выезду. Когда отправляемся?

— «Мы»? — Морозов вскинул брови. — Какие ещё «мы»?

— Да, мы, — Ангелина утвердительно тряхнула гривой каштановых волос. — Я еду с Игорем. Точка.

Лазарев ожидал, что Морозов остановит её, скажет, что её затея бессмысленна, опасна, глупа, запретит ей, в конце концов! — но, к большому удивлению Игоря, он ничего подобного не сделал. Только закатил глаза так, что зрачки скрылись под веками, и обречённо вздохнул.

— Как скажешь. Это Григорий, — Морозов указал на своего спутника, неловко переминающегося с ноги на ногу. — Он поведёт машину и будет вас сопровождать.

Ангелина наклонила голову набок и слегка насмешливо улыбнулась:

— А уважаемому Григорию, кхм… Уже можно садиться за руль?

Парень зарделся:

— Я уже получил права.

— А, ну, раз так, то пожалуйста, — она кивнула, пожалуй, слишком серьёзно, — В таком случае, прошу в машину. Я так понимаю, нас уже ждут.

Григорий повернулся к Морозову, ожидая его команды. Тот снова вздохнул, словно признавая поражение, и выдал:

— Отправляйтесь. И, ради всего святого, будьте осторожны, — он посмотрел на Игоря и добавил, обращаясь лично к нему: — Я вас прошу.

После этого им ничего не оставалось, кроме как всем вместе загрузиться в черный внедорожник, ожидающий их у ворот. Григорий сел за руль, и Игорь, занявший соседнее сидение, увидел, как молодой элементаль наклонил голову, внимательно рассматривая буквы, расположенные у рычага переключения передач.

— Я просто на механике сдавал, — заметив взгляд Игоря, неловко пояснил Григорий. Лазарев, который смотрел вовсе не на рычаг, а на чёрные, наспех покрашенные волосы с белыми корнями, в ответ лишь кивнул. Сначала потеря сил, затем — совершенно неуместное присоединение матери, а теперь ещё и водитель, впервые управляющий машиной с автоматической коробкой передач — поездка обещала быть весёлой.

Однако на этом сюрпризы не закончились. Спустя несколько минут после того, как машина выдвинулась за распахнутые ворота, Григорий колесом угодил в глубокую ямку. Машину ощутимо тряхнуло, и сзади раздалось негромкое, но очень звонкое «ой». Игорь резко обернулся. Голос был слишком высоким и тонким, чтобы принадлежать Ангелине.

Мать, тоже услышавшая этот звук, заглянула за своё сидение, в багажник.

— Решила поехать с нами? — хмыкнула она.

Между подголовниками заднего дивана показалось сконфуженное лицо Сони. Она поморщилась, покраснела, принялась быстро растирать затылок, видимо, пострадавший от не слишком аккуратного вождения Григория, и умоляюще посмотрела на Игоря.

Лазарев вздохнул и про себя досчитал до десяти, сдерживая гнев. Первой его мыслью было сказать развернуть автомобиль и отвезти вздорную девчонку обратно в особняк, к Морозову, однако эту идею пришлось отмести. Они и так потратили много времени на сборы, и задерживаться ещё дольше явно не стоило. Поэтому Игорю не оставалось ничего, кроме как смириться с присутствием Сони. Пообещав себе, что оставит её сидеть в машине, он низким от злости голосом спросил: