Прошу прощения... и тортик (СИ) - Дианова Марина - Страница 12

Алена не отвечала. Я звонил. Я писал. Я стоял под ее окнами в надежде вымолить прощение, но она не отвечала.

Три дня я слонялся по району как Кентельвийское приведение, но она не дала мне даже шанса объяснится. Мои звонки были отправлены в черный список, а прогулки под ее окнами жестко пресекались ее отцом.

Устав слоняться без дела, я решил проветрится и встретиться с друзьями.

Колян звонил каждый день, поэтому я знал, что они все собрались в клубе.

Едва я вошел в клуб, непривычно забитый в разгар дня, как все разговоры смолкли. На меня смотрели как на спустившегося бога или напротив, как на вылезшего из ада черта.

- Лех, - Колян вышел вперед, хлопая меня по плечу. – У нас тут небольшой слет.

Я кивнул всем присутствующим, а сам направился в самый дальний угол, предварительно захватив себе бокал пива.

- Ну чего у тебя там? – Колян подсел ко мне за столик, закуривая сигарету.

- Ничего. Полный игнор, - я тоже вытащил сигарету и прикурил.

- Там это… - замялся Колят. – Малой хочет с тобой поговорить.

Я приподнял брови.

- Он же мой младший брат, - как бы оправдываясь сказал Колян. – Я не одобряю его поступка, но… он же малой.

В это время около барной стойки появился Андрюха, поглядывая на наш столик.

Поняв, что санкции против него никто предпринимать не будет, он подошел к нам, но не решаясь садится.

- Здоров, Берк, - он протянул мне руку, которую я проигнорировал. – Берк, мне правда жаль. Я был пьян и зол… Особенно когда увидел ее такой… счастливой.

Я резко поднялся со стула и одним ударом в живот согнул малого пополам. Хотел добить, но Колян поднялся со своего места, а остальные  стали стягиваться к нам.

- Вот именно, Андрей, вот именно. Мы были счастливы, а теперь… Не смей попадаться мне на глаза. Я думал, что я смогу простить, ведь ты малой… но нет, я не могу найти основания для прощения. Ты просто глупый зарвавшийся мальчишка привыкший прятаться за спину брата. Когда-нибудь ты попадешь в историю и Колян не сможет тебе помочь и тогда, поверь мне, я спляшу на твоих костях.

Развернулся. Вышел. Хватит.

Я бросил бесполезные попытки дописаться или дозвониться Алене.

Я бросил свои променады под ее окнами.

Я вновь жил только работой.

Две недели пролетели как в бреду.

В тот вечер я сидел дома, потягивал пиво и смотрел сериал, когда мое умиротворение прервал стук в дверь.

На пороге стоял Колян и держал как нашкодившего котенка малого.

- Чего надо? – совершенно не гостеприимно поинтересовался я.

- Говори, - Колян толкнул малого, а тот бросил на брата злобный взгляд.

- Ну это… - начал он, не решаясь подходить ко мне ближе. – Короче, Аленка уезжает в столицу.

- Когда?

- Через пол часа. Она написала девчонкам – одноклассницам, что через час у нее поезд и она уже едет на вокзал.

Дальше не слушая, я выскочил из дома, набирая такси, но неожиданно передо мной затормозила десятка.

- Прыгай, - сказал Олег. – У нас всего двадцать минут до отправления поезда.

Мы неслись как угорелые, нарушая все возможные правила дорожного движение. Как никого не убили и не убились сами большой вопрос, но через семнадцать минут мы уже вбегали в здание вокзала. Как назло поезд на столицу отправлялся с самого дальнего перрона и нам пришлось скакать с одной платформы на другую, но все равно было поздно. Едва мы добежали до перрона, поезд тронулся, увозя мою любовь все дальше и дальше.

8.

Десять лет спустя.

«Пирожные – есть, эклеры – есть, корзиночки – есть, макаруны – есть, зефир и пастила – есть, торт – есть» - я любовно поправила подставку с тортом и еще раз осмотрела свое творение.

- Все готово, - отчиталась я, устало усаживаясь на стул. Наконец, заказ над которым я трудилась несколько недель готов. Мои тортики, как настоящее сладкое воинство, объявляющее войну пломбам, правильному питанию и нормальному сахару в крови, рядками стояли на центральном столе и ждали, пока свой вердикт вынесет предводитель, то есть заказчик всего этого сладкого состояния.

- Точно все? – заказчица, довольно молодая женщина, лет тридцати, суетливо достала наряд-заказ и начала поштучно пересчитывать, сбиваясь и начиная вновь. Трое суток работы давали о себе знать – спать хотелось до невозможности, но я продолжала улыбаться, помогая заказчице правильно идентифицировать угощения. Все-таки в моем деле репутация – святое.

Досчитав последние макаруны и убедившись, что пронырливый кондитер не хочет обмануть несчастную владелицу парочки салонов красоты на центральной улице, дамочка, наконец, достала карту и оплатила остаток счета, подзывая парнишку-водителя для погрузочных работ.

- Ох, Алена, - улыбнулась заказчица, убирая пластиковый прямоугольник обратно в сумочку от YSL (Ив Сен-Лоран) – Вы, как всегда, спасли мой праздник.

- Что вы, - отмахнулась я. – Такие срочные заказы и кормят мою маленькую кондитерскую.

- Не прибедняйтесь, - жеманно произнесла заказчица. – Все знают, что лучшая кондитерская в городе – это у вас.

Я смущенно захлопала глазами, хотя с большим удовольствием эти глаза бы прикрыла.

- За такую рекламу – спасибо, - поблагодарила я. Немного светского трепа и девушка ускакивает к ожидающей машине, с загруженным багажником сладостей, а на ее место приходит следующий покупатель, а мои мечты о крепком и здоровом сне канули в небытие.

До самого закрытия я умудрялась и обслуживать посетителей, и, в короткие перерывы, запускать в духовки новую партию сладостей, и поддерживать чистоту в небольшом зале, где каждый гость мог насладиться своим приобретением, будь то пирожное, пирожок, булочка, печенье, рахат-лукум, просто чашка кофе или чая, и иные вкусности, которыми я баловала своих посетителей.

И вот, когда стрелки часиков над стойкой стремительно приближаются к заветной отметке окончания рабочего дня, в мою маленькую кондитерскую влетела постоянная клиентка Лида.

- Алена, - не здороваясь, сразу переходя к сути проблемы начала она, - мне срочно нужно сделать заказ.

Натянув на лицо доброжелательную улыбку, я указала девушке на стул, стараясь подавить так и рвущийся на свободу тяжкий вздох.

Если бы это был посторонний человек – я бы сразу указала на дверь, но это была Лида…

Мы не были друзьями или партнерами, но именно этому человеку я обязана всем, что имею. Когда-то, давно, когда я только приехала в этот небольшой городок на побережье, будучи еще зеленой малолеткой, она и ее муж помогли мне с кофейней, за что я не устану их благодарить.

Восемь лет назад, когда я бросила учебу и сбежала на побережье, я была никем. Без денег, без связей, без образования – только голый оптимизм. Я пошла работать в небольшую кафешку у съёмной квартиры официанткой, но хозяйка, довольно пожилая женщина, позволила мне встать к плите и не прогадала. Я чувствовала вкусы также, как когда-то ощущала ровные линии чертежей, а так как другой работы мне не найти – я стала работать поваром у Зины. Сама Зина отправила меня на курсы для поваров, где мне объяснили основы-основ. А после смерти хозяйки и закрытия кафе я осознала, что мне нравилось возится с едой, нравилось придумывать новые блюда, нравилось впитывать запахи. Тогда я и познакомилась с четой Роговых. Она была нашим постоянным покупателем – каждое утро заезжала за круассаном, а он брал только черный как смоль кофе. Именно они помогли мне выкупить кафе у наследников Зины, которые и так собирались продать за бесценок ее детище. Вот так я стала хозяйкой целого кафе.

- Что-то случилось? – старательно сцеживая зевок в кулак, я приготовила для Лиды зеленый чай и поставила рядом с женщиной.

- Нужен твой торт, - решительно заявила она. – Не меньше чем на пять ярусов. – Я присвистнула. – Со всевозможными кремами и начинками. Чтобы он был… - женщина старательно пыталась описать торт своей мечты, но отделалась лишь одним: - Чтобы он был просто Вау.