Чужая война (СИ) - Смольский Вадим "Letroz" - Страница 96

— Держитесь! — я сразу понял, что он сам не выберется и что время на то, чтобы ему как-то помочь, стремительно заканчивалось.

Наверное, торопиться в такой ситуации было худшим из решений, но выбора как такого мне не предоставили. Или рисковать, или наблюдать за коротким полётом Кейла в пропасть.

Поначалу всё шло хорошо: один шаг, второй, третий, расстояние между мной и Рессом неумолимо сокращалось. Окрылённый успехом, я забыл про осторожность и едва не поплатился за это.

Наступая на очередной камень, мне не сразу удалось заметить, что он слишком гладкий, чтобы на него становиться. Ещё бы чуть-чуть, и я повторил путь Кейла.

Выбрав более удачный путь, я наконец оказался неподалёку от Ресса. Но как его спасти, если для того, чтобы просто стоять на месте, мне нужны обе руки?

— Левее… есть… площадка, — подсказал мне Кейл.

И вправду, не ахти что, конечно, но даже эти двадцать сантиметров относительно ровной поверхности сильно помогли. Переместившись на неё, я задумался, что делать дальше.

Отсюда имелась возможность дотянуться до Кейла, но как ему помочь? Вытянуть — это одно, но вдвоём мы здесь не уместимся, а тянуть не просто вверх, но ещё и вбок было для меня непосильной задачей.

Ища выход, я принялся осматриваться. О возвращении назад и речи быть не могло — оттуда мне не достать до Кейла. Переместиться вперёд? Пожалуй, это было мне по силам, к тому же я уже заприметил для себя удобный камушек, который как нельзя лучше подходил, чтобы за него уцепиться, но опять же — оттуда не достать Ресса. Только если вытянуть его на своё место, а затем боком перепрыгнуть дальше. Что, мягко говоря, мало напоминало не план, а скорее игру в русскую рулетку с пистолетом с полным барабаном.

Шальная мысль предложила и вовсе этого не делать. Кейл Ресс ведь сам мне сказал, что это практически конец маршрута. Дальше Могильник, но чем бы он ни был, я скорее всего смогу его преодолеть в одиночку. Так зачем рисковать собой и спасать человека, который задумал недоброе? К тому же, когда, как не сейчас, у меня ещё будет возможность избавиться от него?

Я не без труда отогнал эти мысли. В такие моменты очень легко быть рациональным и практически невозможно оставаться человеком. Твой корабль разбился возле необитаемого острова? Бей, кусай, грызи всех вокруг, спасая свою шкуру. Ведь только ты имеешь право выжить — и всё тут. Прибывшие на место спасатели наверняка будут очень впечатлены размахом твоей рациональности, когда увидят, что ты за пару часов успел перебить остальных потерпевших крушение и стать каннибалом.

— На счёт три я вас потяну вверх, а затем прыгну. Вы должны будете за что-то ухватиться!

— Вы что?! — растерянно переспросил Кейл, но я не стал вступать в спор, начав действовать.

— Три!

Собрав все имеющиеся силы, мне удалось схватить и потянуть Ресса вверх. Боль была такой, что, казалось, у меня сейчас оторвётся рука. Тем не менее я смог вытянуть его туда, где Кейл зацепился за скалу.

Однако это был ещё не конец операции: всё будет тщетно, если не уступить Рессу ровную поверхность, на которой можно стоять. Мне не оставалось ничего, кроме как прыгнуть вбок, надеясь, что всё это закончится нормально. Те несколько мгновений, что я провёл в полёте, казалось, длились вечно. Это могло бы дать массу времени подумать над рациональной составляющей моих последних действий, если бы она вообще имелась.

В такие моменты очень мало думаешь над тем, что вообще-то сейчас Игры, и падение, конечно, закончится катастрофой, но явно не последней в твоей жизни. Напротив, сразу вспоминаешь кучу различных вещей, которые обычно кажутся абсолютно неважными.

Например, вкус бананов. Мне даже не удалось вспомнить его, но во чтобы то ни стало захотелось съесть сейчас один. Ну, не совсем прямо в этот момент, всё же выжить хотелось сильнее, но в целом я решил для себя, что если выберусь отсюда — объемся бананами до тошноты.

Не совсем понятно как именно, но мне всё же удалось зацепиться за один из камней, а дальше тело действовало уже рефлекторно. Оно, словно пиявка, присосалось к камню, судя по всему наотрез не желая больше двигаться. Будь у него такая возможность, моё сердце наверняка уже бы паковало вещички, собираясь остановить происходящее безумие. У меня ушло несколько минут, чтобы немного успокоиться и начать понимать, что происходило вокруг. Например, то, что всё это время Кейл мне что-то кричал.

— А? Что?

— Вы чёртов самоубийца! — повторил Ресс раздражённо.

— Вы имеете что-то против?

— Лучше спросите, имею ли я что-то за!

Я так и сделал.

— Имеете?

Кейл в ответ только что-то невнятно прошипел. Немного собравшись с силами, мы продолжили путь. Как оказалось, конец перевала был совсем рядом, не прошло и получаса. Мне удалось оказался на твёрдой поверхности, на которой можно было стоять и не бояться куда-то упасть. Именно поэтому первое, что я сделал — повалился на землю.

— Земелюшка, земелька родненькая!

— С вами всё в порядке? — хмуро уточнил Кейл.

— Конечно же нет, вы что, не видите?

— Вижу. Воды? — спросил Ресс, а в ответ мой живот звучно проурчал, требуя чего-то более серьёзного. — Понимаю, почему вас прозвали тигром.

— За храбрость и благородство на поле боя… — подумав немного, я добавил: — после хорошего перекуса.

— Нужно идти, может, успеем пройти Могильник до наступления темноты, — дав мне немного времени отдохнуть, сказал Кейл, решительно поднимаясь.

Не оставалось ничего иного, кроме как подняться и пойти за ним, надеясь изо всех сил, что следующий участок пути пройдёт легко и просто. У судьбы, однако, на этот счёт имелись иные планы.

Могильник

После целого дня в горах, полных всяких странных штуковин и прочего неудобного для перемещения ландшафта, кроме голода и усталости меня терзало также и несколько вопросов касаемо следующего места, которое нам предстояло посетить. Мой интерес становился особенно острым на фоне близящегося к завершению дня.

— А нет ли смысла подождать до завтра? — поинтересовался я у Кейла. — Если уж вы так боитесь темноты в этом «Могильнике»?

— Думаете, что после голодной ночи на холодной скале вам будет двигаться сильно легче?

Звучало как всегда логично и обоснованно, даже не придерёшься, но у меня имелись и другие вопросы:

— Что из себя представляет Могильник?

— Это совсем небольшая долина. При желании её можно пройти минут за двадцать, — подумав, ответил Ресс. — Если идти по прямой. Но там почти всегда стоит густой туман, такой, что не видно даже солнца. В нём очень легко заблудиться, особенно ночью.

Звучало жутковато, а выглядело, наверное, и того хуже.

— Популярностью это место не пользуется, да?

— Вы правы. Другие, хм, следопыты его стараются избегать.

— С таким-то маршрутом… — я указал назад, намекая на предшествующий путь. — Да и название явно не располагает.

— Дело не в названии или сложности пути сюда. В этих горах в принципе нет безопасных или простых путей, — объяснил Ресс и, сделав паузу, добавил полушёпотом: — считается, что Могильник проклят.

— И только? — уточнил я с намёком. — Кейл, пора бы уже сказать, чего вы так боитесь.

Мне казалось очевидным, что в месте, где такое количество различной магии, как на «Играх», существует целый список «проклятых», «святых» и иных несомненно важных мест.

— В этом тумане пропадают люди, — рассказал Ресс.

— В смысле?

— Без смысла. Мой друг отправился туда один и не вернулся. Просто исчез посреди бела дня, хотя эти горы знал так, что мне и не снилось.

И тут до меня дошло, с чем связано внимание Кейла к тому странному дереву, что мы встретили ранее:

— Это тот, который сорвал костяной амулет?

— Да, — нехотя подтвердил Ресс. — И знаете, что странно…

— Вы вновь видели этот амулет на дереве, — угадал я без проблем. Тут даже думать нечего было, впрочем, Кейла моя догадливость всё равно удивила, поэтому пришлось объяснять. — Тогда, у дерева, видел, как вы внимательно смотрите на амулеты, словно что-то ищете.