Чужая война (СИ) - Смольский Вадим "Letroz" - Страница 137

За Ноа, чеканя шаг и не обращая никакого внимания на происходящее, шагала разномастная колонна «лунных». Настроены они все были крайне решительно. Кейтлетт очень знакомым мне жестом извлекла из ножен свою рапиру, подняла её над головой и что-то крикнула остальным, очевидно, напутствовала их перед боем.

— Как думаете, ваше правило о том, что храбрых не берут снаряды, распространяется на неё? — с сарказмом осведомился Леон.

— Сейчас и проверим! — отдавая подзорную трубу Миюми, буркнул я, а затем скомандовал. — Из всех орудий по колонне противника — огонь!

Словно услышав меня, Ноа взмахнула рапирой в мою сторону и вместе со своими солдатами понеслась в атаку.

На взрывы вокруг ей было не больше дела, чем мне парой минут ранее. Я отчётливо понял, что сейчас Кейтлетт пройдётся по моим солдатам, выстроившимся тонкой шеренгой вокруг пушек, так же, как мы парой минут ранее по «лунным» — словно каток по сыру.

— Ко мне! Бросьте пушки! Все ко мне! — переменил своё решение я.

Нашим единственным шансом уцелеть было сейчас же сбиться в максимально плотную кучку и тем самым не дать себя банально растоптать. Это противоречило моим первоначальным планам аккуратно проиграть, но у меня уже имелось оправдание: «Для того чтобы остановить Кейла и вернуться домой, нужно победить! Иного выбора нет».

Где-то в это же время с неба полился такой поток воды, словно боги решили устроить очередной великий потоп и смыть вообще всё. Земля под ногами мгновенно превратилась в одну большую лужу грязи. Неподалёку бабахнул гром, заглушивший даже шум битвы.

Кое-как мне и остальным удалось собраться в кучу, ощетинившуюся оружием во все стороны. Учитывая происходящий вокруг природный апокалипсис, непонятно с кем именно мы собирались сражаться: с бушующей стихией или с «лунными». Впрочем, вторые были куда как ближе. Я даже не успел заметить, когда колонна во главе с Ноа врезалась в нашу оборону, и завязалась самая жестокая схватка, какую мне или Рейланду только доводилось видеть.

«Лунные» напирали, сметая всё на своём пути, не считаясь ни с какими потерями. Учитывая, что мы тоже стояли насмерть, получилась гремучая смесь безостановочного насилия в ультимативной его форме.

Люди кричали во всю глотку и остервенело рубились. Я был в самой гуще, превратившись в один большой рефлекс. Когда на кону стоит вопрос не просто победы в сражении, а самого твоего существования, волей-неволей будешь за него бороться всеми силами.

Прежде я больше полагался на умение сражаться Рейланда, но теперь мы стали единым целым. Его сила и умение вкупе с моим умом, помноженные на желание выжить, выдавали страшный результат. Клинок как продолжение разума. Каждое моё движение, каждый шаг делался только для того, чтобы нанести или избежать удара. В ход шли любые подручные средства — не только моя сабля, но и кулаки, ноги, попавшиеся под руку предметы и даже люди. Настоящий танец смерти и разрушений.

Один за другим мои противники падали, не успевая даже понять, что происходит. Ни один из них не мог сравниться со мной и в обычное время, не то что сейчас. Хотя, впрочем, одна всё же могла.

С Ноа мы столкнулись абсолютно случайно, не ища схватки, а просто выскочив друг на друга на относительно свободный от других солдат участок. Свободен он оказался в основном потому, что мы перебили всех. Мне прекрасно было видно и понятно, что Кейтлетт пребывала примерно в том же состоянии, что и я. Что она также сражалась за нечто большее, нежели победа в этом сражении.

— Ой, она выглядит злой, — раздался встревоженный голос, принадлежавший Миюми.

— Уходи. Найди Леона и держись его, — не оборачиваясь, чтобы не показать своего состояния (уверен это напугало бы девушку ещё больше), сказал я.

Мне было неприятно это делать, но творящееся вокруг с каждой секундой всё меньше напоминало ту же забаву, что раньше. Что бы ни надумала себе Миюми, этому лучику света не место здесь.

— Но…

— Это не твоя битва, уходи, — мрачно повторил я.

— Берегите себя, х-хорошо?

Пришлось промолчать, чтобы не давать пустых обещаний.

Ноа тем временем отстегнула свой плащ, который из белого стал скорее коричневым, и вызывающе взмахнула рапирой, как бы говоря, что переругиваний в этот раз не будет. Как и диалога вообще.

А уже в следующую секунду Кейтлетт неслась в атаку, желая своим коронным выпадом нанизать меня на острие своего клинка. Не желая становиться ещё одним экспонатом в её коллекции бабочек и понимая, что пытаться парировать такой удар без щита бессмысленно, я кувырком ушёл в сторону. Кататься по грязи дело не для брезгливых, но если хочешь жить пойдёшь и не на такое.

Я надеялся, что Ноа из-за ярости потеряет контроль над собой и будет совершать множество ошибок, но последовавшие события наглядно показали, что это совсем не так. Кейтлетт потребовалось всего несколько мгновений, чтобы понять, что её атака прошла мимо, и перестроиться для нового нападения.

На этот раз я встретил её клинок своим, отводя удар в сторону. Взвизгнула сталь, скрестившаяся со сталью, в аккомпанемент, словно повинуясь воле невидимого дирижёра, желавшего нагнать драмы, раздался грохот грома.

Мгновенно последовала моя контратака, а Ноа, вместо того чтобы уйти в оборону или уклониться, тоже понеслась вперёд. Всё против всего: и Кейтлетт, и я накинулись друг на друга, позабыв про осторожность, с единственной целью — убить, причём, скорее всего, погибли бы мы оба. Не знаю, у кого из нас первым сдали нервы, но в последний момент и она, и я уклонились, пропуская противника мимо себя.

Ко мне было сунулся какой-то «лунный», остервенело крича что-то про Тофхельм, но, в отличие от своей предводительницы, он не выдержал даже одного удара нанесённого не глядя и отправился домой.

Мы с Ноа снова оказались на расстоянии нескольких метров друг от друга. На этот раз Кейтлетт не спешила сближаться, а напротив, кружила вокруг меня, стараясь запутать и сбить с толку. Это была ловушка — Ноа выгадывала момент. Стоило мне хотя бы на секунду упустить её из виду, и она нанесла бы удар, который мне не заблокировать, а уворачиваться в этой грязище чревато риском завязнуть.

Понимая, что ещё чуть-чуть, и коллекция бабочек Кейтлетт всё же пополнится, я сам пошёл в атаку. Это оказалось ошибкой, не меньше чем оборона.

Ноа легко уклонилась от одного моего удара, от второго и, не дожидаясь третьего, едва не проткнула меня рапирой. К счастью, мне удалось понять свою ошибку и вовремя уйти от удара в сторону, хотя острие клинка было от меня едва ли в сантиметре.

Вокруг гремела гроза, лил невероятной силы ливень, остервенело сражались две армии, но для нас двоих этого всего словно не существовало. В этом мире чистой ненависти существовали только я и Ноа, а вскоре должен был остаться только один из нас или никто вообще.

Наша схватка превратилась в короткие яростные стычки. Мы сближались, расходились, атаковали, защищались, парировали и отпрыгивали. Инициатива как бешеная скакала от Кейтлетт ко мне, туда, сюда, обратно, но ни один из нас не мог получить решающее преимущество.

В прошлой нашей дуэли это привело к усталости и, как следствие, к валу разговоров и насмешек, однако в этот раз ничего такого не было и близко. Ни я, ни тем более Ноа не желали говорить. Всё, что можно сказать, уже было сказано, и слово взяла сталь. Да и в окружающем грохоте, в шлемах вряд ли бы мы услышали друг друга, даже если захотели это сделать.

На самом же деле, происходящее нисколько не напоминало нашу первую дуэль, которая была всего месяц назад. Неужели в этом заключалась цель Ресса? Ослепить мир ненавистью? Вымарать из него то немногое хорошее, что удалось местным жителям привнести в слово «война»?

По крайней мере, я знал, за что сражался. Иронично, но за то, чтобы таких битв, подобной этой, больше никогда не случалось. Это всё заставило меня задуматься и о другом: «Интересно, а за что так свирепо бьётся Ноа? По виду как будто за свою жизнь».