Анархист (СИ) - Ежов Сергей - Страница 95

— Погодите, Ирина Михайловна, а сколько у вас детей, неужели остановились на четырёх?

— Ну что вы, Масахито, у нас уже шестеро. Последняя была двойня. Скоро приедут, посмотрите.

— А Никифоров? Очень мне тогда понравился заместитель по технологиям у Юрия Виссарионовича.

— Никифоров теперь первый заместитель товарища Бартини, они нацелились на Луну, Марс и Венеру. Обещают первый полёт к Луне в будущем пятьдесят девятом году.

— Позвольте, Никифоров биолог из биологов, как он променял увлечение на космос?

— Его Роберт Людвигович соблазнил. Может бы вы не знаете, но том в будущем корпуса космических кораблей выращивают прямо в космосе. А пока идёт предварительная работа, эти сумасшедшие собираются осваивать Солнечную систему. Ядерные двигатели им уже делают.

— Антон Петрович помогал?

— Нет, атомщики сами разогнались и работают. У Дикобразова нет сведений о таких примитивных конструкциях, спасибо хоть атомную бомбу нашел в своих архивах. Кстати, у атомщиков получается совсем неплохо, скоро обещают выдать малогабаритный судовой реактор, тогда весь морской флот от лайнеров до портовых буксиров перейдёт на атомную тягу.

— А Серов?

— Артём Николаевич, как и собирался, вышел в отставку в звании генерала, занялся архитектурой. Он увлёкся сельским домостроением, проектирует щитосборные домики. Может быть, встречали такие: стены и перекрытия изготовлены из двух листов пластика, между ними пенистый наполнитель, а в стыках такие специальные резинки. Собирается просто, как детский конструктор — всё на болтиках и гаечках, даже я легко разобралась. А к конструкционным элементам — уйма разнообразных декоративных деталей. Хочешь — любые наличники, хочешь — декоративные башенки, флюгера, крылечки, навесы… Помните, вы были у нас в гостях, и мы катались по дачным окраинам Ленинграда?

— Конечно, помню. Значит, эти сборные домики заслуга Артёма Николаевича? Отлично знаю их: здесь много таких домиков, в Японии построено пять или шесть заводов по их производству. Мой дом в этом городе, кстати, тоже щитосборный, а наружную отделку я заказал скопировать с того углового дома, что мы смотрели в Сестрорецке.

— Правда?

— Вот пойдём ко мне в гости, посмотрите. Внутреннюю отделку проводил мой дворцовый архитектор, великого таланта человек. Получилось очень интересное смешение петербургского модерна и японского стиля, многим нравится.

— Есть недовольные?

— Как же им не быть? По примеру Советского Союза мы сократили рабочий день до шести часов, теперь у работающих два отпуска в году, по календарному месяцу. Как и предсказывали умные головы, наступают тяжёлые времена, сытая безработица.

— А каковы ближайшие планы?

— Советская Россия у нас заказала серию из тысячи таких же судов: это будут круизные островки: пассажиры будут грузиться во Владивостоке, неторопливо идти вдоль Японских островов к экватору, а потом обратно. Пять-шесть тысяч пассажиров, каждый в двух-трёхкомнатной комфортабельной каюте с видом на океан, полный комплекс развлечений. И обязательно высококлассное медицинское обслуживание.

— Прекрасная идея. Если двигаться не торопясь, то не будет проблем с акклиматизацией.

Из просторного окна отлично был виден корабль необычной формы. На корабле, уже загорелись яркие огни, там, почти невидимые отсюда, деловито сновали люди, двигались механизмы — шла сосредоточенная работа. Японский император тихо улыбался глядя на свое детище. Русская женщина тоже улыбалась. Ей было приятно, что мальчик, которому она когда-то спасла жизнь после очередного покушения, вырос в такого умного, сильного и целеустремлённого мужчину.

— О чём вы думаете, Масахито?

— Я думаю, что приятно жить на Земле, но ещё приятнее будет вернуться на Землю из экспедиции на Марс.

— Вы хотите на Марс?

— Я обязательно там буду, Ирина Михайловна. Россия открыла людям дорогу к коммунизму, коммунизм открыл людям дорогу к новым мирам... Ирина Михайловна, чему вы улыбаетесь?

— Я только что оценила шутку судьбы. Впрочем, у судьбы все шутки хороши.

— Откройте свою мысль!

— Соль шутки в том, что становлению коммунизма на Земле, помог Антон Дикобразов, анархист.