К. С. Петров-Водкин. Жизнь и творчество - Адаскина Наталия Львовна - Страница 61

В конце мая — середине июня работал над росписями и витражом Троицкого собора в Сумах. С дороги сообщил жене: «…сегодня утром в 5 часов нас разбудили, чтобы посадить на другой поезд, т. к. накануне была большая железнодорожная катастрофа с военным товарным поездом. Это место с обломками вагонов ужасно»[498]. Много лет спустя, в 1923 он работал над постановкой «Дневника Сатаны» Л. Андреева в Государственном академическом Театре драмы в Петрограде. Среди эскизов есть сцена, изображающая крушение поезда.

«С каждым путешествием видишь что-нибудь новое, вчера проезжали мимо прекрасных горных ландшафтов с деревнями, окруженными лесом, пели соловьи. Расскажи маме, что здесь хлеба в высоту человеческого роста. Великолепно»[499].

Г. А. Савинов, сын художника А. И. Савинова, сообщает, что малороссийские сахарозаводчики и коллекционеры старинных икон и живописи П. И. и В. А. Харитоненко заказали архитектору Щусеву проект храма-музея древнерусского искусства в своей усадьбе Натальевка в Богодуховском уезде близ Харькова. Роспись храма он предложил Савинову, а скульптурные работы А. Т. Матвееву и С. Т. Конёнкову. Храм Щусев построил. В стенописи А. И. Савинову помогал Д. И. Киплик[500].

«Большое церковное окно будет приготовлено к завтрашнему дню… Колесников приехал, он славный парень, и с ним приятно будет работать». «Работа идет хорошо. Эту неделю надеюсь закончить „Троицу“. Завтра уезжает Колесников… Картина хороша»[501].

В середине июня сделал перерыв в работе над росписью витража и несколько дней гостил по приглашению хозяйки В. А. Харитоненко в Натальевке, имении Олив-Харитоненко, по заказу которых работали многие художники круга «Мира искусства». Летом 1915 там побывал Сомов, работал Добужинский. В письме с описанием Натальевки упоминает хозяйственные постройки («дворец для кур»), выполненные по проекту архитектора Фомина. Вокруг Натальевки были красивые парки и заповедники с множеством оленей, диких коз и фазанов[502].

Август — сентябрь провел в Хвалынске, где заканчивалось строительство дома, работал над станковыми произведениями. «Дом стоял на возвышенности. С одной стороны открывался вид на Волгу, с другой стороны — на сосновый бор, называлось Красулинка. Вид мастерской, с большой дверью в русском стиле, окруженной садом, запечатлен К. С. на картине „Красулинка“. <…> Окружающая природа давала предметы и для натюрмортов. На одном из них изображены томаты рядом с самоваром, на другом — восемь яблок. <…> Наш сторож Ласка был нарисован К. С., сидящим на табурете. Эта картина была куплена художником Бродским. Ласка изображен также на натюрморте, который находится в Русском музее»[503]. «Я в ударе, много работаю и надеюсь продолжить работу в мастерской в том же духе»[504]. В это время художник работал над картиной «Жаждущий воин» по заказу Ф. Ф. Нотгафта.

В 1915 были созданы картины «Девушки на Волге», «Жаждущий воин», «Мать», «Богоматерь Умиление злых сердец», «На Красулинке осенью» и др. Е. И. Водонос ставит под сомнение авторскую датировку картины «Мать»[505]. Картину «Девушки на Волге» Петров-Водкин позднее считал «поворотной точкой» в развитии своего творчества.

В декабре в Москве работал над оформлением спектакля «Марьин дол» в театре Незлобина. «Вот уже третий день, как я в Москве, но еще есть работа <…> Вчера весь день работал в театре. Декорации выполнены плохо, небрежно и теперь, придется их исправлять. Сегодня работаю в театральной мастерской, чтобы закончить самое трудное: занавес последнего плана первого акта. <…> Генеральная репетиция состоится в понедельник 14-го декабря, премьера 16-го (пьеса называется „Марьина доля“). [Ошибка художника. — Н. А.] Две картины… совсем хороши, последний акт еще не закончен. Сцена в деревне с пеньем и плясками оживлена и красива (в русском вкусе)»[506].

14 декабря в Москве в первый раз слушал Рахманинова в концерте Кусевицкого.

В декабре в Москве закончил портрет Веры Николаевны Званцевой, начатый в ноябре — декабре 1913. На портрете осталась авторская дата: «1913 год».

История написания портрета объясняет некоторую двойственность впечатления от него: он так же декоративен, как и «Портрет Рии» (1915), в то же время сохраняет, по всей видимости, заложенную ранее реалистическую психологичность, «…кончаю портрет Веры Николаевны Званцевой. Все находят его очень похожим. Заказал раму»[507].

В конце 1915 — начале 1916 участие в выставке «Мир искусства» в Москве, показаны работы «Портрет В. Н. Петровой-Званцевой», который имел отзывы в прессе, «Портрет девочки [„Портрет Рии“. — Н. А.]», «Богоматерь Умиление злых сердец» и др., в том числе и эскизы декораций к «Марьиному долу». «L’anfant terrible Петров-Водкин, на которого некогда возлагались такие надежды, пишет теперь чистым суриком такие этюды голов Ангела, что перед ним спасует любая только что покрашенная крыша»[508].

«Ему чуждо любование и наслаждение преходящей красотой, неуловимым контуром, мерцающими тенями; но он не знает и согревающей душу мечты о мире горном, о святых душах, сияющих неземной красотой у престола Всевышнего. <…> Его „Богоматерь — умиление злых сердец“ призывает не к умилению, а к подвигу отречения от земли, однако без сладостного обещания успокоения страдающим и обремененным. В портрете девочки у Петрова-Водкина проскальзывает на мгновение чувство, но тотчас же заглушается суровыми предписаниями канона, условной позой и мертвенно-четкой формулировкой. Даже реалистический портрет В. Н. Петровой-Званцевой носит на себе черты чрезмерного увлечения лепкой, во вред экспрессивной содержательности и реальной мягкости линий человеческого лица»[509].

В своих воспоминаниях М. Ф. Петрова-Водкина сообщает, что с 1914 в Петербурге она начала брать уроки пения у А. Г. Жеребцовой-Андреевой и уроки пластики у проф. Преснякова. Занятия шли успешно… Мария Федоровна готовилась к профессиональной карьере. Хотя профессиональной певицей она не стала, но сохранила на долгие годы дружеские отношения с некоторыми соучениками, в будущем артистами. Среди других Мария Федоровна называет Ивана Семеновича Козловского[510], однако опубликованные биографии артиста говорят о том, что И. С. Козловский в десятые годы жил на Украине, учился в Киеве[511].

Зимой 1915 года Петровы-Водкины много занимались музыкой; купили рояль, играли дуэтом на рояле и скрипке, главным образом «Сонаты скрипичные» Моцарта.

В апреле написан натюрморт «Скрипка». «Я почти закончил „Скрипку“ и продвигаю „Трех мальчиков“»[512]. Имеется в виду «Скрипка в футляре» (Одесская картинная галерея). О какой картине «Три мальчика» идет речь, не ясно. Известен акварельный эскиз (ГРМ) с композицией, близкой к «Играющим мальчикам» (1911) и датированный 28 марта 1916. Картины с такой композицией мы не знаем. Возможно, речь идет о работе «Юноша (Купающиеся мальчики)» (была на выставке «Мир искусства» в октябре 1916, уничтожена автором. Воспроизведение в журнале «Аполлон» и в монографии В. И. Костина[513]).