Восхождение мастера карт 2 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 39

Патрисцию я тоже тронул за плечо и взглядом показал, что не стоит бежать сломя голову в неизвестность. Благо, она не стала обвинять меня в трусости и помчалась рядом. И правильно сделала, поскольку мы буквально через версту наткнулись на троицу в чёрных мундирах с кожаными вставками на груди. Один держал в руках пару револьверов, другой — жезл, а третий — двуручный костяной меч. Последним владел здоровяк-воитель. Он воздел меч над головой и рьяно ринулся на коллегу нашего десятника. Тот успел выстрелить из ружья, но пуля отскочила от вспыхнувшего вокруг воителя щита из плотного воздуха, после чего здоровяк хекнул и одним вертикальным ударом развалил парня пополам, невзирая на все его амулеты. Во все стороны щедро брызнула кровь, из живота неопрятной грудой вывалились внутренности, а спустя один удар сердца две половинки ещё мгновение назад живого человека с чавканьем рухнули на мостовую.

— Не-е-ет! — исступлённо заорал Ульрис, вытаращив глаза, а потом принялся стрелять в здоровяка из револьверов. Но пули всё так же отлетали от его защиты, а сам здоровяк бросился на десятника.

Мне же удалось швырнуть перед собой «Чёрного спрута» и шустро упасть на булыжники, увлекая за собой растерявшуюся блондинку. Над нами просвистел свинец того урода, который был вооружён револьверами, и с треском пронеслась ветвистая молния, посланная магом с жезлом. А в парочку наших противников ударил шар смерти с восемью конечностями. Стрелок сразу свалился на мостовую, вопя от боли. «Чёрный спрут» задел левую часть его туловища и заставил ярко полыхнуть магический амулет. Он перегорел, оказавшись меньшего уровня, чем моя магия. После этого мундир парня частично сгнил, а в образовавшейся неопрятной прорехе появились рёбра с клочьями стремительно гниющей кожи и сворачивающейся кровью.

Парень верещал так, что ушам было больно. А вот его товарищ-маг отделался, можно сказать, испугом. «Чёрный спрут» задел его правую руку. Он выронил жезл и скинул прогнившую перчатку. Магия только немного коснулась его плоти. Она всего лишь заставила почернеть кожу, но не «развеяла» конечность. Урода спасло полыхнувшее синим кольцо-артефакт.

И весь этот боевой сюжет уложился секунд в пять, а уже столько произошло всяких событий. И они продолжали происходить. Лёжа на брусчатке, я начал стрелять в мага из револьверов, а тот метнулся за угол, полыхая голубоватой сферой, отражающей мои пули.

Десятник же бросился бежать от воителя с костяным мечом, и тот на долю мгновения замешкался, явно решая, что делать дальше: то ли вернуться к магу, то ли рвануть за Ульрисом, потратившим все патроны в барабанах револьверов. К сожалению, он выбрал третий вариант. Ринулся на нас с Патрисцией. Но блондинка, к моему изумлению, проявила себя с лучшей стороны…

Она навела на воителя жезл и судорожно прошептала мне:

— Закрой глаза…

Дважды меня просить не надо было. Я едва успел зажмуриться и почти сразу же услышал тихий шелест магии девчонки. И даже сквозь веки увидел ослепительную вспышку, заставившую меня рефлекторно прикрыть глаза ладонью.

— А-а-а! — полоснул по ушам вопль воителя.

— Давай, Андр! — вторил ему крик блондинки.

Я распахнул глаза и среди мельтешащих перед ними разноцветных «мушек» увидел согнувшегося воителя. Он хрипел, схватившись лапищами за своё лицо, а возле его ног лежал костяной меч. Я метнулся к нему, схватил рифлёную рукоять и с трудом поднял. Тяжёлый, блин, как смертный грех. И, конечно же, меч не заполыхал в моих руках голубым огнём артефакта, поскольку мой уровень был меньше, чем его, но он вполне мог послужить мне в роли обычного меча.

Воитель мычал в ладони, находясь в какой-то прострации. И его открытая шея стала замечательной мишенью для меня. Я опустил на неё меч, но тот не перерубил её, а лишь перебил позвоночник. Однако этого хватило, чтобы противник захрипел и рухнул на мостовую, орошая её кровью из страшной раны на шее. Но при этом он не торопился умирать. Наоборот — харкая кровь, силился встать, а края его раны пытались сомкнуться. Мне пришлось нанести ещё один удар мечом, а затем ещё один — и только после этого голова воителя отделилась от тела, а меня скрутил огонь поглощаемой силы. Ох… ты ж ё! Аж колени подогнулись! Наверное, ступеней пять я точно впитал!

— Чего это с ним?! — лихорадочно спросил у поднимающейся блондинке подбежавший десятник, глянув на моё выгибающееся тело.

— Он принимает силу поверженного одарённого.

— Да это-то я понял… Но почему его так корёжит? Впервые вижу такой сильный эффект.

— А я особенный… — с трудом промычал я и кое-как сумел встать на подкашивающиеся ноги. — Надо бы проверить, где сбежавший маг… А то он сейчас выскочит из-за угла и постреляет вас.

— Нас, — буркнул Ульрис и с болью во взгляде посмотрел на своего разрубленного коллегу.

— Вас, — ляпнул я и посеменил к углу. По пути покосился на третьего десантника. Он уже был мёртв. Его остекленевшие глаза уставились в небо, а лицо навсегда застыло в гримасе невероятной боли. Да, гнить заживо, наверное, такое себе удовольствие.

За углом мага не оказалось. Убежал, гад. Но хорошо хоть порталы перестали извергать на город других десантников. Однако пара тысяч, а то и больше бойцов всё-таки попали в город. И сейчас от крепости долетали звуки сражения. Гремели выстрелы, звенела сталь и иногда из-за стены вылетали отблески особенно мощной магии.

— За мной, — приказал десятник, изъяв патроны у своего помершего коллеги. А вот те, что были у частично сгнившего вражеского бойца, имели другой калибр, так что он их брать не стал.

— А как же артефакты? Бросим их?! — выдохнул я, скользнув взглядом по телу безголового одарённого. — Даже трупы не обчистим?

— Некогда! — рявкнул Ульрис и вскинул брови, когда колокол снова сменил мелодию. Теперь он звучал требовательно и даже слегка лихорадочно. — Новый приказ! Все патрули должны идти на защиту крепости!

— Тьфу, — выдохнул я и посмотрел на костяной клинок. Он явно стоит приличных денег, но во время боя мне от него не будет толка. Что же делать? Да ещё десятник смотрит на меня глазами-углями, и вроде как его рука уже тянется к револьверу. Мол, пошли или стрелять буду. Конечно, я его не боялся. Меня вела клятва, данная Мелиссе. Поэтому я бросил клинок в канаву с помоями, запомнил место и угрожающе прорычал, глядя на десятника:

— Ежели я вернусь, а его нет…

— Ты сперва вернись, — буркнул тот и помчался в сторону крепости.

— Уж я-то вернусь, — не остался я в долгу, побежал и покосился в сторону блондинки. Она с гримасой решимости на лице бежала рядом со мной. Её явно не заботила мысль о том, чтобы умыкнуть мой честно отобранный меч. Вот и славно.

Мы пронеслись по улице и выскочили к чистому от застройки кольцу, опоясывающему крепость. Здесь во множестве полыхали огненные озёра, оставленные после бомбёжки. А около ворот шёл горячий рукопашный бой. Кровь лилась ручьём, летели отрубленные конечности, полыхали артефакты, сверкали налитые злостью глаза и во множестве звучали ругательства.

Десантники пытались завладеть этим стратегически важным объектом, дабы иметь возможность покинуть крепость в случае неудачи, а бойцы гильдии «Пророки» яростно отбивались. Одна громадная створка уже лежала на брусчатке, а вторая висела на одной петле. Кажется, ворота подорвали или их практически полностью вынесли несколько вечноживущих магов.

Благо, десятник решил, что нам нечего делать в гуще такой зарубы и решил издалека, из-за прикрытий, стрелять в атакующих. Я его идею горячо поддержал и тоже стал разряжать свои револьверы и ружьё, а вот магией не пользовался. Портал тупо не работал из-за антипортальной защиты города, а «Чёрный спрут» легко мог и «пророков» зацепить. А вот блондинка иногда пускала во врагов шарики ослепительного света, но они скорее пугали, как своих, так и чужих, нежели приносили хоть какую-то пользу. Она только один раз угодила шариком в спину зазевавшегося члена Альянса, после чего на спине мужика остался шикарный ожог.