Герцог для сиротки. Академия магии (СИ) - Черчень Александра - Страница 76

Это он так пальто называет забавно?

Но нам удалось разрядить обстановку — шутками, игрой в снежки и активной болтовней Шерика.

Мы бродили втроем по парковым тропинкам еще больше часа. Тарис рассказывал о своих планах на ближайшую неделю, в том числе и о том, что совсем скоро, после зимних каникул, прибудут команды из северных княжеств и южного королевства. Турнир не за горами!

— Все-таки жаль, что ты не берешь меня в команду, — вздохнула я. — Конечно, надо учиться, а тренировки занимают кучу времени, но…

— Отчего же не беру, — усмехнулся этот невозможный парень. — Как раз хотел поговорить с тобой об этом. По правилам в команде должно быть два первокурсника. Я выбрал Эрика и на практике присматривался к остальным… Второй будешь ты.

— Но… Ты же тогда, на дне рождения моем сказал, что не приглашаешь меня? — удивилась меня. И с некоторой обидой добавила: — Я так поняла, потому что игра опасная.

Обида-то и тогда была, чего душой кривить. Но совсем мелкая и уже забывшаяся. В списке моих приоритетов первым номером в те дни значилась вполне реальная практика, а не мифические соревнования. Турнир же — так, мечта! Которая могла мечтой и остаться, если практику не засчитают! Турнули бы меня обратно в ПТУ, а там разве что состязания на тему того, кто быстрее отмоет склад в морском доке после того, как там рыба, например, протухнет!

— Сказал, — согласился Тарис. — Но подумал, прикинул, поработал с тобой вместе. Мы действительно совместимы магически, ты вряд ли обратила на это внимание, но вот я отлично это понял, Хелли. Профессор Фирс был совершенно прав. Такая совместимость магических потоков — большая редкость. Мы увеличиваем силу друг друга, когда работаем на пару.

Ух ты… А я ведь и впрямь забыла!

«У вас со студентом Таргом почти идеальное совпадение, понимаете?»

— И ты правда хочешь взять меня в команду? — спросила с восторгом. — Уверен?! А вдруг я не справлюсь…

Если честно, то эти слова Тариса прозвучали как неправдоподобная сказка.

— Абсолютно уверен. Тем более что и кроме меня есть кому тебя подстраховать. Натан — при всем его… мм… неадекватном порой поведении в этом плане я в нем не сомневаюсь. Не говоря уже о Лайсе, Сареше, Эрике — они твои друзья. Так что…

Он остановился, развернул меня к себе лицом и спросил:

— Хелли, ты же доверяешь моим решениям?

— Конечно.

— Вот и будь умницей, верь еще и в себя. Потому что я не зря тебя выбрал.

Крутящийся под ногами Мушерал согласно мявкнул:

— Вот-вот! Ты у нас самая хорошая и талантливая самоч… то есть девушка!

— Спасибо, милый! — Я потрепала его по ушам.

— Какие у тебя завтра занятия? — вдруг сменил тему Тарис. — И вроде бы первому курсу совсем скоро выставляют промежуточные оценки. Принесешь табель? В период активных тренировок у тебя будет меньше времени на учебу, так что лучше уже сейчас понять где у тебя пробелы. Я помогу. Зимняя сессия уже совсем скоро.

Вот! С каждым словом узнаю старого, доброго Тариса Тарга! Кроме занудства в области произношения он еще и сверхответственно относится к учебе и не даст мне филонить. И это прекрасно! Не потому, что меня надо контролировать, а потому что так приятно чувствовать заботу.

Спустя некоторое время я заметила, что рысенок все чаще трясет лапами и поджимает то одну, то другую. В голову закралось здравое опасение!

— Шерик, ты не замерз?

— Ну… — Было видно, что малышу не хочется признаваться, но он все же со вздохом признался: — Разве что немного.

— Ясно, — нахмурился Тарис. Взял меня за руку и погладил пальцы. — Пойдем? Проводим тебя заодно.

Так мы и брели. Держась за руки. И осторожно высвободила я свою ладонь только у общежития.

Вся следующая неделя прошла в каком-то блаженном бреду.

Я считала, что стоит мне вернуться с практики на учебу — и любовный дурман сам собой меня покинет… Ошибалась! Жестоко ошибалась!

А еще почему-то была уверена, что стоит мне пересечь порог аудитории, как мозг послушно настроится на получение новых знаний и прекратит перебирать моменты наших случайных и не очень встреч. Они блестели у меня в голове как яркие, драгоценные камни посреди угольной пыли бытовых мыслей. И поневоле тянешься именно к ним, и перебираешь, и смотришь, завороженная игрой света на гранях…

Вот этот камешек, изумрудный, символизирует собой встречу в академической оранжерее, куда меня послал профессор Риот за каким-то нужным для ритуала растением. А у Тариса там оказалось занятие по ботанике! И четверокурсники, в отличие от нас, малышей, не толпились у одного стола, а работали каждый со своим образцом в разных углах оранжереи, весьма хорошо скрытых от посторонних глаз. В общем, задание профессора Риота выполнялось мной успешно… ровно до половины. Я даже уже взяла горшок и направлялась к выходу, когда чья-то рука дернула меня в заросли высоченных лиан с крупными листьями. А там я даже запаниковать не успела, как Тарис прижал меня к себе и так поцеловал, что все на свете стало неважно. К счастью растеньице уцелело, но это, если честно, чистая удача.

Аметист сверкал и уносил мои мысли к случайной встрече в коридоре главного корпуса академии. Вернее, я там шла и никого не трогала! Пока из-за фиолетовой портьеры не высунулась рука и не утащила меня в укромную нишу!

Сапфиром сверкали вечера в комнате герцога. О, в отличие от всех остальных встреч, они были невинны до невозможности. Ни единого прикосновения кроме приветственных объятий, никаких поцелуев кроме целомудренного прикосновения к щеке. Тарис совершенно искренне сказал, что предпочитает не рисковать и не испытывать свой самоконтроль в двух шагах от такой удобной кровати. Потому что все остальные места, конечно, позволяли нам многое, но далеко, далеко не все. А он мне все же слово дал, что ни-ни.

Не сказать, что я сожалела об этой клятве, но теперь мне стало гораздо сложнее держаться, ведь и я знала, какое именно наслаждение может подарить мне этот мужчина. И понимала, что наверняка не только такое…

Драгоценностей-воспоминаний было много. Так много, и таких сладких, что у меня совсем не получалось думать о чем-то ином. И бояться, что нас застукают, тоже не получалось, просто потому, что в какой-то момент это стало несущественно!

Вот и сейчас я мысленно просматривала картинку — сверкающий рубин! — о том, как буквально сегодня утром мы с Тарисом…

— Хеллиана Вэртззла! — вдруг грянул над моей головой голос, словно гром посреди ясного неба.

Я вскинулась, и стоило огромного труда не сказать что-то глупое в стиле «А? Что? Кто вы, злой дяденька?!»

Последнее наш профессор по начертательной магометрии точно не оценил бы! И так стоял надо мной злобный как три тысячи демонов, и, судя по тому, что вокруг подхихикивали одногруппники, стоял он тут уже не первую минуту! И окликал наверняка тоже не в первый раз!

Размягченный любовными переживаниями мозг не смог с ходу сгенерировать отмазку. Да и не помогло бы, так как профессор опустил свой взгляд не куда-нибудь, а в мою тетрадь. А поскольку его кустистые брови сначала срослись с волосами, а после недовольно сдвинулись, мне тоже следовало поинтересоваться ее содержимым.

И я посмотрела. И ужаснулась…

Профессор же продолжал лютовать!

— Итак, уважаемая аудитория, как ВЫ помните, я уже вторую пару подряд объясняю вам особенности построения схемы Даурса для перераспределения потоков сил. И напоминаю, что это очень важная экзаменационная тема, о чем я тоже распространялся минут десять в начале занятия!

Его голос уже так гремел, что хотелось сжаться и сползти под парту. А потом случилось ужасное! Препод ловко выдернул тетрадку из-под моих пальцев и демонстративно потряс ей в воздухе.

— И как вы думаете, сколько видов мисс Вэртззла зарисовала за все это время?

Со всех сторон послышались предположения.

— Три?

Это, видимо, кто-то хорошо про меня думал…

— Два?

А этот думал чуть похуже…