Тайна дома №12 на улице Флоретт (СИ) - Торин Владимир - Страница 111

Когда варитель закипел, Джаспер передал чашку с кофе дядюшке, а себе взял другую, с сиреневым чаем, терпким, как старый носок.

Доктор Доу сложил газету и с досадой водрузил ее на журнальный столик, поверх аккуратной стопочки газет за прошлые дни, после чего зажег папиретку и погрузился в облако вишневого дыма.

— Что пишут? — спросил племянник.

— Ничего нового. — Натаниэль Доу выдохнул колечко дыма в сторону пчелы, надеясь, что это заставит ее улететь, но той все было нипочем — Клара, как и прежде, чистила мордочку и лениво жужжала.

— Ненавижу «Сплетню»! — возмущенно заметил Джаспер. — Нас даже не упомянули! А ведь мы тоже принимали участие!

Дядюшка окинул племянника утомленным взглядом.

— Джаспер, слава — это столь же эфемерная субстанция, как дым. Она появляется и… — он махнул рукой разгоняя облако перед лицом, — еще стремительнее развеивается. Только невежды ищут ее. Ты ведь не невежда, Джаспер?

— Хочу, чтобы обо мне тоже писали в «Сплетне», — упрямо сказал племянник.

Доктор Доу тяжко вздохнул.

— Сомнительное достижение. К примеру, там регулярно пишут про Бэнкса и Хоппера.

Джаспер замотал головой.

— Это другое. Я не хочу попасть в «Сплетню», как они, чтобы все надо мной потешались. Я хочу — как сэр Пемброуз. Кстати, есть новости? Он уже получил медаль от господина бургомистра?

Доктор поморщился.

— Господин бургомистр лично наведался этим утром в Больницу Странных Болезней и вручил ему медаль. Вся передовица залита липким сахаром и обожанием.

— Хочу быть в сахаре, — заявил Джаспер, — и в обожании. Меня никто не обожает! Это очень грустно.

— Обожание — это…

— Да, я знаю, — перебил племянник. — Это «очередная эфемерная субстанция, которой различные недалекие люди вытираются, как носовым платком». Или еще что-то в том же духе?

Доктор подумал и кивнул — «что-то в том же духе».

И все же Джаспер завидовал. С подачи Бенни Трилби сэр Пемброуз стал «героем Габена», «спасителем Тремпл-Толл» и прочими важными и великолепными личностями, которые хоть и были чем-то похожи на бывшего жильца из девятой квартиры дома № 12 на улице Флоретт, но все же хранили в себе, словно постыдные семейные тайны, некоторые подоплеки, широкой общественности неизвестные. Нигде, к примеру, не писали, что именно сэр Пемброуз пробудил чудовище, но вместо этого все восхваляли его храбрость, самоотверженность и тому подобное.

Джаспер злился на охотника из-за того, что тот нарушил весь план, что он использовал их, а теперь к нему наведывается сам господин бургомистр с футляром, полным медалей и почетных грамот, подмышкой. Верно: он убил растение. Но что случилось бы, если бы ему это не удалось?..

— Последние дни газеты читать решительно невозможно. — Доктор Доу нарушил молчание. — Только и разговоров, что о сэре Пемброузе, твари с пустыря, Клубе охотников-путешественников и мухоловках. О, как же эти мухоловки вплелись в страницы «Сплетни» и прочих газетенок! Общественное негодование было довольно предсказуемым, но чтобы настолько? А эти писаки все только лишь раздувают, — доктор бросил взгляд на передовицу и озвучил попавшиеся ему на глаза заголовки заметок: — «ДОМАШНЯЯ МУХОЛОВКА СОШЛА С УМА!!!», «МОНСТРЫ ЖИВУТ В НАШИХ ДОМАХ!!!», «ВЫ ЗНАЛИ, КТО РАСТЕТ НА ВАШЕМ ОКНЕ?!! ЧТО ЕЩЕ СКРЫВАЮТ ЗЛОБНЫЕ МУХОЛОВКИ?», «СЕГОДНЯ — ХОЗЯИН, ЗАВТРА — МУХА!»

Джаспер покивал.

— Думаю, теперь все боятся заводить дома плотоядное растение.

— Некоторые ловкие господа уже начали предлагать услуги по «отлову» и «избавлению», — добавил доктор. — Открытая для ненужных мухоловок свалка за городом все растет. — Помолчав немного, он добавил: — Это очень грустно, если задуматься. Растения ни в чем не виноваты, и уж тем более странно и глупо опасаться, что какой-нибудь Джерри, стоящий на окне какой-нибудь миссис Флокк, ночью выкопается из горшка и перегрызет горло несчастной старушке. К сожалению, нам не остается ничего иного, кроме как ждать, когда шумиха утихнет и все обо всем забудут. По моим прогнозам, это произойдет очень быстро: в тот самый момент, как в газетах появится новая «Невероятная История», уже никто и не вспомнит о какой-то «ужасной мухоловке».

Доктор отпил кофе и бросил взгляд на часы, стоящие в углу.

— Но пока история еще далека от завершения. Через час меня ждут на улице Семнадцати Слив.

— Ты идешь в ГНОПМ?

Доктор кивнул.

— И хоть, — он сверился с газетой, — «ГАБЕНСКОЕ НАУЧНОЕ ОБЩЕСТВО ПЫЛЬНОГО МОРЯ ОТРИЦАЕТ СВОЮ ПРИЧАСТНОСТЬ К ПРОИЗОШЕДШЕМУ», у некоторых важных господ, которых газетные заголовки отчего-то ни в чем не убеждают, возникли вопросы. Двадцать восемь человек мертвы, среди них пожарные и полицейские. Кто-то должен понести наказание. Профессор Грант исчез. Сэр Бреккенфорт из Клуба охотников-путешественников утверждает, что видел его на пустыре, но никто не представляет, где он находится в данный момент. Более того, пока что никто, кроме избранного круга лиц, не знает, что именно он ответственен за произошедшее. Если бы это открылось, от научного общества и камня на камне не оставили бы. В дело вмешались влиятельные люди из числа покровителей науки, среди которых наш добрый знакомый сэр Крамароу — думаю, им удастся отвести удар от ГНОПМ. Мистер Дилби сказал, что полиция негласно ищет однорукого человека — боюсь представить, сколько несчастных калек будет избито и схвачено прежде, чем они поймут, что Грант сбежал.

— Думаешь, он сбежал?

Доктор задумчиво кивнул и выдохнул колечко вишневого дыма.

— Вряд ли его найдут. А между тем Бенни Трилби роет носом землю в попытках докопаться до всех тайн этой истории. Будь осторожен и не говори с ним — он может попытаться выманить у тебя какие-то сведения. Этот тип крайне опасен и ни перед чем не остановится, если дело касается его сюжетов.

— Я слишком умный, чтобы ему что-то выболтать! — возмущенно ответил Джаспер.

— И тем не менее постарайся держаться от него подальше и… — доктор на миг задумался, — полагаю, здесь ты можешь сделать исключение: Бенни Трилби — это единственный человек, с которым я позволяю тебе не только не здороваться, но и исключить любые другие проявления вежливости и хорошего тона.

— Я бы и так не рассказал ему ничего об этой тайне. Он же все переврет!

Доктор кивнул.

— Тем более в этом деле и для нас самих осталось несколько неясных моментов…

Джаспер удивился:

— Каких, например?

— Куда пропал доктор Степпл? А еще меня очень беспокоит этот профессор Муниш. И то, что он забрал Скверлум Каберботам.

Доктор достал из кармана сюртука крошечный конвертик и протянул его племяннику.

Джаспер извлек из него зеленоватый бумажный квадратик с выведенной от руки надписью «М-микстура». Квадратик был похож на почтовую марку и склеен из множества клочков.

— Это этикетка с той склянки, которую разбил профессор Грант, сбегая от нас в лавке плотоядных растений, — пояснил дядюшка. — Пока что это не более, чем предположение, но что-то мне подсказывает: «М» — значит «Муниш».

— Муниш изобрел средство ускоренного роста плюща?

— Это вероятно. И я боюсь представить, на что он способен с таким цветком, как Скверлум Каберботам. Меня не отпускает предчувствие, что мы еще о нем услышим. Что за цели он преследует?..

Доктор замолчал, и Джаспер сделал глоток сиреневого чая.

— Я видел, что утром пришло письмо с гербом Пожарного ведомства, — сказал он с улыбкой. — Нам все-таки выдадут награду за то, что мы всех спасли?

Доктор мрачно поглядел на племянника, и его улыбка увяла.

— Ведомство хочет избавиться от брандмейстера Кнуггера за то, что он нам помог. Капитан Дарнлинг и экипаж дирижабля, включая выживших членов расчета и самого мистера Бонни, лишены жалованья и в скором времени будут наказаны.

Джаспер решил, что ослышался.

— Что?! Это проклятая, гнусная и подколодная несправедливость!

На этот раз доктор Доу даже не стал напоминать племяннику о своем отношении к ругательствам.