Зеркальщик. Счастье из осколков (СИ) - Мусникова Наталья Алексеевна - Страница 74

- Ах, я так люблю танцевать!

Господин губернатор, счастливый обладатель пышного цветника в виде трёх дочерей, двух племянниц, незамужней вечно всем недовольной сестрицы, престарелой матушки, легкомысленной супруги и скупой до невозможности тёщи, чуть заметно поморщился от девичьего щебета, но смог-таки выдавить из себя приветливую улыбку. Всеволод коротко поклонился и закружил Вареньку в вальсе.

- Кажется, первую атаку мы отбили, - с шаловливой улыбкой, дабы все присутствующие думали, что это обычный обмен любезностями меж влюблённых, прошептала Варенька.

Всеволод бросил быстрый взгляд на толпу гостей и стиснул зубы, заприметив идущую к губернатору Анфису, всю в чёрном, словно она уже оплакивает кончину мужа. А вдруг, она и правда, овдовела? Всеволод в танце легко повернулся, опять из-под ресниц окинув взглядом гостей. Нет, супруг Анфисы жив, вон он, расположился в кресле у окна, близоруко осматривается по сторонам, пальцы непрестанно беспокойно ощупывают подлокотники. Эх, как бы сейчас отражающее заклинание кстати пришлось! Пусть не для себя, для Вареньки, чтобы её не увидели, не навредили. Одна надежда: охранные амулеты да чары надёжные, сберегут, смогут чёрной магии противостоять. Зеркальщик обнял невесту за талию и мягко повлёк её в сторону, противоположную той, где расположился купец Омутов.

Увы, ничто не вечно под луною, пора беззаботного наслаждения танцами завершилась звоном серебряного колокольчика, коим господин губернатор стремился привлечь к себе внимание гостей. Музыканты с готовностью прекратили играть, отдуваясь и вытирая лоб широкими платками, гости повернулись к градоправителю, предвкушая очередную приятную забаву.

- Господа и дамы, - губернатор воодушевлённо взмахнул руками, точно птенец, пытающийся взлететь, - сегодня на нашем балу присутствует человек, коего без всякой лести можно считать героем…

Гости зашушукались, дамы стали заинтересованно посматривать по сторонам, пытаясь определить героя прежде, чем назовут его имя.

- Сей господин служит дознавателем в Сыскном Управлении… - продолжал интриговать публику губернатор, точно заправский ярмарочный зазывала.

По толпе гостей словно ветерок лёгкий пролетел, к служащим в Сыскном Управлении отношение было неоднозначное. Конечно, с одной стороны, благое дело выполняют, но с другой, чем они от золотарей отличаются? И велика ли честь принимать в доме человека, коий делом своей жизни избрал охоту на людей?

- И за заслуги свои удостоился похвалы от самого, - господин губернатор наставительно поднял вверх пухлый рыжеватый от табака палец, - превеликого чародейника Ярослава Макаровича, в любое время вхожего к государю нашему Императору на доклад.

И опять отношение почтенный публики изменилось, точно ветер перемен подул на флюгер общественного мнения. Похвала от почтенного человека дорогого стоит, а уж от известного по всей империи чародейника Ярослава Макаровича и вовсе бесценна. Дамы зашушукались, кавалеры одобрительно закрякали, старики стали с ностальгией вспоминать те года, когда и сами удостаивались подобных почестей. Господин губернатор выдержал театральную паузу, дожидаясь, когда нетерпение гостей достигнет предела и провозгласил:

- Дамы и господа, позвольте Вам представить Всеволода Алёновича, весьма достойного молодого человека, воистину достойного звания героя!

Зеркальщик церемонно поклонился, щёлкнув каблуками. Черты лица его застыли наподобие маски, глаза блестели остро и холодно, точно осколки зеркала.

- Всеволод Алёнович, голубчик, прошу сюда, - губернатор суетливо подскочил к дознавателю, взял его под руку, - я буду просто счастлив преподнести Вам небольшой, но надеюсь, очень приятный сюрприз!

«Не надейтесь, - фыркнул Всеволод, моментально догадавшись, о каком именно сюрпризе идёт речь, и взглядом приказывая Вареньке оставаться на месте и не следовать за ним. – Сюрпризец Ваш наредкость гадостен, впрочем, насколько мне известно, особой проницательности Вы никогда не отличались, охотно веря всему, что приятно слушать».

Зеркальщик не ошибся, губернатор действительно подвёл его к полулежащему в кресле Михаилу Осиповичу и верным стражем застывшим рядом с креслом Анфисе.

«А он постарел, - отметил Всеволод Алёнович, бесстрастно глядя на человека, наследником коего являлся, - да и Анфиса тоже, хоть и цепляется всеми силами за уходящую красоту. Морщинки-то в уголках глаз уже никакие ухищрения не убирают, да и волосы явно подчернены. Выходит, время и над ведьмами властно».

- Михаил Осипович, - меж тем соловьём разливался господин губернатор, искренне убеждённый, что все внимают ему, затаив дыхание, - позвольте Вам представить…

- Всеволод, - ахнул купец, в тщетной попытке подняться на ноги так опираясь на подлокотники, что они начинали трещать, - Всеволод, мой сын… Мой наследник…

«Ключевое слово – наследник, - мрачно отметил Всеволод Алёнович, не спеша разражаться рыданиями и припадать к отцовской груди. – Что, батюшка, так хочется жить, что даже запрещённый обряд не пугает? А если я вас не признаю, что тогда?»

Всеволод расправил плечи, отошёл на два шага и светским учтивым тоном, коим только мороженое охлаждать, произнёс, чуть приподняв брови:

- Прошу прощения, сударь, я не имею чести знать Вас.

Михаил рухнул обратно в кресло, растерянно посмотрел на супругу:

- Как же это… Почему же это… Анфиса, сделай же что-нибудь!

- Сейчас, дорогой, не беспокойся, тебе вредно волноваться, вспомни, что сказал доктор, - ласково зашептала женщина, бросив полной лютой ненависти взгляд на Всеволода. – Наш мальчик нас просто не помнит, у него травма душевная, помнишь, доктор говорил? Не волнуйся, я всё устрою, всё будет хорошо.

- Пусть он меня вспомнит, - капризно приказал Михаил Осипович и даже ногой притопнул. – Я приказываю!

«Слугами своими командовать будешь», - огрызнулся Всеволод, с неудовольствием отметив, что гости собрались на внеплановое развлечение и уже начали активно обмениваться впечатлениями от первого действия пиесы.

Анфиса улыбнулась мужу, ласково провела по его рыхлой, землистого цвета щеке, а затем плавным гадючьим движением повернулась к Всеволоду и прошептала, пряча под ласковой улыбкой злобу и желчь:

- Мальчик мой, ты помнишь меня? Я твоя матушка.

- Вы ошибаетесь, мадам, свою матушку я помню очень хорошо, она была сероглазой блондинкой с даром Зеркальщика, - чётко отрапортовал Всеволод.

В чёрных глазах Анфисы полыхнуло мрачное пламя, пальцы судорожно сжались, словно женщина представляла, как стискивает чьё-то горло, но голос остался ласковым, вкрадчивым, убаюкивающим:

- Мой мальчик, мой бедный мальчик, как же долго мы с отцом тебя искали.

- Позвольте, сударыня, а Вы уверены, что это Ваш сын? – проскрипела тёща господина губернатора, особа желчная и въедливая, никому и никогда, особенно своему зятю, не верившая на слово.

- Я готов подтвердить это с помощью магии, - прохрипел Михаил Осипович, опять делая отчаянную попытку подняться. – Это мой сын, мой наследник.

- Хм, - тёщу губернатора сей аргумент явно не впечатлил.

- Мы можем провести ритуал признания, - господин губернатор явно задолжал почтенному меценату крупную сумму, поэтому из кожи вон лез, лишь бы угодить достойному человеку. – У меня всё для него готово.

- Пьер, мон ами, ты даже к собственной свадьбе смог достойно приготовиться лишь через три года после венчания, - не отставала почтенная мадам, чьё пренебрежение к зятю не сдерживало даже большое число гостей.

- Маман! – попытался призвать женщину к порядку глубоко уязвлённый Пьер, но та лишь отмахнулась от него, как от надоедливого насекомого:

- Ладно уж, пусть будет обряд. Надеюсь, проводить его ты будешь не самостоятельно, а то после прошлой твоей попытки изобразить великого волшебника мы три дня гостей расколдовывали.

- Маман, - простонал губернатор, - что Вы такое говорите! Я же не маг!

- Рада, что ты наконец-то это понял, - дама непреклонно скрестила руки на груди. – Ну, так кто будет проводить ритуал признания? Право слово, за то время, что мы потратили на пустую болтовню, можно было уже не только сына, но и внуков признать.