Ночь беззакония (ЛП) - Дилейни Фостер - Страница 45

Но она не сломалась. Татум раскрылась, как цветок после дождя, и передала мне свою боль. Прямо там, на фоне тонированных окон, через которые никто не мог видеть.

Я предпринимал шаги, чтобы заслужить ее доверие, целиком и полностью, с тех пор как вернулся из Европы. Давал ей правду маленькими дозами, готовясь к высшей точке. Той, ради которой она должна была быть самой сильной. Правде, которая положит конец всем правдам.

Скоро.

Я скоро скажу ей.

— Остановись сзади и жди меня. Я ненадолго, — сказал я Алеку, когда мы добрались до офиса титульного поверенного.

Администратор на ресепшене широко улыбнулась, когда я вошел в дверь.

Я осмотрел офис, уже заскучав и готовый покончить с этим. В моей постели лежала обнаженная богиня и ждала, когда ее трахнут.

— Каспиан Донахью. У вас должны быть кое-какие документы для меня.

Она пролистала стопку папок, затем подняла один палец. — Одну секунду, мистер Донахью. — Ее улыбка не сходила с лица, когда она отодвинула стул и встала, чтобы найти то, ради чего меня сюда вызвали.

Девушка вернулась меньше, чем через минуту. — Хорошие новости. Ее глаза блестели. — Ваши документы были поданы вчера. — Она перегнулась через стойку и показала мне свои сиськи. — Вам еще что-нибудь нужно?

Бля?

— Миссис Тэлбот. — Я оглядел комнату, читая золотые таблички на каждой двери. — Какой из них ее кабинет?

Ее нарисованные брови сошлись вместе. — Миссис Тэлбот?

Сердце упало на ботинки, и я хлопнул кулаком по деревянному столу. — Черт! — Я так и знал.

Я выскочил за дверь и вернулся к машине. — Вернись, блядь, в мою квартиру. Сейчас же! — Я провел пальцами по волосам и откинул голову на подголовник, зажмурив глаза, молясь гребаному Богу, чтобы он еще не добрался до моей квартиры и не нашел ее. Если он тронет хоть один волос на ее гребаной голове, ему конец. Я бы убил этого ублюдка и даже не дрогнул.

***

Алек высадил меня на парковке, потом я послал его за Чендлером и быть наготове.

— Все в порядке? — спросил я охранника, стоявшего у лифта, который поднимался прямо в мою квартиру.

Он кивнул. — Да, сэр. Никаких проблем, кроме того, что какой-то бомж пытался пробраться в фитнес — зал, чтобы принять душ.

Я перестал дышать. — Какого хрена ты только что сказал?

Охранник покачал головой. — О, он не пытался войти в лифт. Просто крался по фитнес-залу.

Сплошные мускулы. Никаких мозгов.

— Но вы вышли из лифта, чтобы вышвырнуть его?

Он сглотнул, когда осознание расширило его глаза.

Двери лифта открылись, и я бросился внутрь, одарив его испепеляющим взглядом, прежде чем они снова закрылись и ткнул пальцем в его сторону. — Не смей, блядь, двигаться. Потому что, если с ней что-нибудь случится, клянусь Богом, я сам тебя убью.

Как только переступил порог своей квартиры, я спокойно осмотрел открытое пространство в поисках чего-нибудь необычного. Ужас прокрался внутрь и застыл в моих венах, леденя кровь и пробирая меня до костей с каждым шагом.

Как я мог быть таким глупым?

Я должен был взять машину и оставить Алека здесь. Я должен был заставить Татум поехать со мной, но подумал, что это ловушка.

И так оно и было — только не для меня.

Знал, что папа играет со мной в игры, когда мне позвонили. Моя ошибка заключалась в том, что я думал, что его игры в голове — это мелкие шарики, решил, что это еще одна бумажная волокита, которую он хотел, чтобы я преследовал, как и ту, что он начал с моим доверием. Он хотел, чтобы мое будущее болталось передо мной достаточно далеко, чтобы я мог его увидеть, но не дотянуться до него.

Мне даже пришла в голову мысль, что, возможно, это была замануха. Может быть, он устроит ограбление или еще какую-нибудь хреновую уловку, чтобы попытаться напугать меня.

Я был готов к этому.

Я ошибался.

У него были большие планы, и они касались не только меня.

Внизу было пусто. Никаких следов борьбы. Ничего необычного.

Не успел я подняться на верхнюю ступеньку, как зазвонил телефон. Я вытащил его из кармана и чуть не расплакался, когда на экране высветилось имя Татум.

— Думал, что сказал тебе не уходить, маленькая проказница.

— Да, но мы оба знаем, что я ни хрена не умею следовать указаниям.

Линкольн.

Не Татум.

Это был голос Линкольна на другой линии.

— Какого хрена у тебя телефон Татум?

— Какого хрена ты назвал ее маленькой проказницей?

Я ущипнул себя за переносицу. У меня не было времени на это дерьмо.

Моя спальня была пуста. Покрывала все еще были спутаны с прошлой ночи и сегодняшнего утра. Ее запах все еще наполнял воздух. Но ее не было. Мое сердце пыталось вырваться из груди.

Я вошел в ванную. — Мне нужно идти. — Там было пусто. Душем никто не пользовался.

— Подожди. Где моя сестра?

Я стиснул зубы. — Хороший вопрос. Почему бы тебе не спросить у своего куска дерьма отца и его нового друга Халида? — сказал я и завершил разговор.

Мой телефон тут же зазвонил снова.

Обе гостевые комнаты были пусты.

Ее здесь не было.

Внизу ее платье лежало в куче на полу, где мы оставили его вчера вечером. Ее туфли на каблуках стояли у лестницы, где она их сняла, когда я нес ее в постель.

Ярость и жажда мести кипели и бурлили во мне, пробуждая демонов, о существовании которых я даже не подозревал.

Мой телефон продолжал звонить.

Ее не было.

Красный.

Все, что я видел, было красным. Цвет моей ярости и их крови окружал мое зрение со всех сторон.

Мой гребаный телефон продолжал звонить.

— Какого хрена ты не понял, что мне нужно идти?

— Где моя чертова сестра?

Демоны соблазняли меня. Они кружили вокруг, лизали мою кожу и проводили руками по всему телу, пока я не упивался их тьмой, пока меня не поглощало их пламя.

— Они забрали ее.

***

Линкольн убедил меня позволить ему приехать. Он сказал, что хочет показать что-то важное. Первое, что я сделал, когда поговорил с ним по телефону, это позвонил Чендлеру.

Это не было моим любимым планом, но мы приехали.

Мы все сидели в гостиной и ждали, когда упадет булавка. Чендлер вытянул свои длинные ноги и положил ступни на пуфик. Я вертел янтарную жидкость в своем бокале, подумывая о том, чтобы выпить прямо из бутылки. Линкольн продолжал жевать зубочистку и постукивать кончиками пальцев по большому пальцу, как будто считал или играл мелодию, которую мог слышать только он.

Наконец, Линкольн достал из кармана телефон Татум. — Она оставила это на вечеринке вчера вечером. Я взял его со стола как раз перед тем, как его подобрал один из уборщиков. Есть кое-что, что думаю, ты должен увидеть.

Мой взгляд метнулся к нему, и Чендлер сел прямо.

Линкольн постучал по экрану, оживив телефон. После еще нескольких нажатий он перевернул устройство, показав нам обычную фотографию женской руки. На ее четвертом пальце было кольцо с бриллиантом большой грушевидной формы.

Я взял напиток. — Какое отношение это имеет к Татум?

Линкольн подтолкнул телефон ко мне. — Потому что это ее Инстаграм, урод.

Моя рука сжала стакан, чтобы не ударить его по горлу. Я прищурилась, чтобы прочитать надпись.

@T-Hunt Official

Вот так просто я принадлежу ему. Не могу дождаться, когда отпразднуем нашу помолвку на острове.

#love #engaged #soulmates #sandybeaches #HuntingtonandDonahue

Я перечитывал надпись снова и снова. Это не имело никакого смысла.

— Сначала я подумал: Чувак, это полный пиздец. Она даже не сказала мне, что куда-то собирается. — Линкольн отложил телефон и уставился на экран. — Потом я увидел, когда она это разместила, и все стало еще более странным.

— Когда она это разместила? — спросил Чендлер.

— Это и есть самое странное. — Глаза Линкольна стали дикими. — Она разместила его после того, как вы двое ушли с вечеринки.

Этого не могло быть.