Порочный святой (ЛП) - Идэн Вероника - Страница 24

Когда я резко просыпаюсь, в комнате темно, и я дезориентирована.

Думаю, что уснула с включенным светом, смутно припоминая успокаивающее оранжевое свечение моей лампы. Мама или папа, должно быть, проверяли меня перед сном. Они всегда выключали свет после того, как я засыпала, когда я была маленькой и боялась темноты.

Пока я лежала, сон возвращался то с начала, то с конца.

Через окно ко мне забрался незваный гость. Лукас. Это был он, и он мучил меня. Трогал меня. Целовал меня.

Моргнув несколько раз, я просунула ноги под одеяло. Моя кожа дрожит, а между бедер разливается жар. Я прикусываю губу и провожу рукой по телу, легкое прикосновение вызывает искру в нервных окончаниях, моя грудь вздымается от приглушенного вздоха. Я такая чувствительная.

Я погружаю пальцы во влажное нижнее белье и провожу ими по своим складочкам, выгибаясь дугой на кровати.

Пока я трогаю себя, мой сон заполняет мою голову.

Я облизываю губы и быстрее кружу пальцами по своему клитору, ища удовлетворения от разрядки, которую не дал мне Лукас.

Мои бедра качаются, и я задыхаюсь.

Я хотела, чтобы тот поцелуй в раздевалке зашел дальше. Я хотела большего.

— А...

Я сильно закусываю губу и утыкаюсь лицом в подушку, чтобы заглушить крик, когда оргазм прокатывается по моему телу, покалывающие импульсы вырываются из глубины моей сущности. Мои конечности падают на кровать.

Моргая на потолок, я выдыхаю. Не могу поверить, что мне снился Лукас. Не могу поверить, что я мастурбировала, думая о нем!

Я закрываю лицо рукой.

Я вообще не должна его хотеть. Он чудовище.

Но... я хочу его, даже если знаю, что это неправильно.

Такое ощущение, что я играю с огнем и если не буду осторожна, то получу сильный ожог.

16

ЛУКАС

То, что Джемма в моей голове, открывает что-то внутри меня и меня больше не устраивает наблюдать за ней издалека.

Когда я вижу, что она направляется в обеденный зал, я ударяю кулаком по плечу Картера и бросаюсь вперед, чтобы догнать ее.

Она идет с Дэвис, оживленно разговаривает, ее руки двигаются. Так легко получить то, что я хочу.

Я хватаю Джемму, притягивая ее к своему телу.

Дыхание вырывается из нее, и она откидывает голову назад, чтобы посмотреть на меня с ног до головы.

— Лукас. — это упрямый вздох.

— Милая. — Я ухмыляюсь. — Сядь со мной.

Ее глаза сужаются, но она не жалуется, когда я обхватываю ее руками.

— Я так не думаю.

— Да. Я так говорю.

Не дожидаясь ответа, я поднимаю ее с земли и несу к нашему обычному столику.

— Лукас!

Тело Джеммы извивается, и мне приходится сдерживать всплеск желания, подкатывающего к моему члену.

По обеденному залу разносится хор волчьих свистков. Я сажусь и усаживаю Джемму к себе на колени. Ее лицо нахмурилось.

— Что случилось?

— Об этом явно не может быть и речи. — Она маневрирует, пытаясь отползти в сторону. — Ты можешь хотя бы спустить меня со своих коленей? Господи.

— Нет.

Мятеж в ее взгляде слишком милый, весь взволнованный и боевой. Расчетливый взгляд проходит через ее выражение.

— Я останусь здесь при одном условии.

— Говори.

Картер садится напротив меня с глумливой ухмылкой. Девлин отступает на несколько футов. Он стоит перед лицом Дэвиса.

— Я начну сидеть с вами... если Блэр тоже разрешат прийти. — Джемма кивает подруге, отвлекаясь от созерцания подруги и Девлина. — Я не хочу оставлять ее одну.

— Конечно, как скажешь. — Я играю с волосами Джеммы. — Пока ты здесь, со мной.

Джемма слезает с моих колен. Я запускаю палец в заднюю часть ее юбки, прежде чем она успевает отодвинуться и она бросает на меня неприязненный взгляд. Ухмыляясь ей, я сгибаю палец в движении приближения.

Она вздыхает и наклоняется, а я обхватываю ее бедра и краду быстрый поцелуй, который оставляет во мне желание большего.

— Теперь ты можешь идти.

Джемма изображает фальшивый смиренный тон и хлопает на меня ресницами. — О, могу ли я? Боже мой, какой благородный господин.

— Не будь такой, милая.

Джемма закатывает глаза и идет поговорить с Дэвисом. Как только Джемма подходит, выражение лица Девлина закрывается, и он подходит к столу, опускаясь рядом с Картером. Джемма, похоже, убеждает Дэвис, делая движение в сторону стола с умоляющим выражением лица. Ей это удается, и девушки подходят.

Джемма пытается сесть рядом со мной, но я снова усаживаю ее к себе на колени.

— Вернись туда, где твое место, — бормочу я ей на ухо.

Джемма вздрагивает и переводит взгляд с меня на свою подругу. — Лукас. Черт бы тебя побрал.

Не раскаиваясь, я целую ее в щеку.

Дэвис садится рядом с нами с каменным выражением лица, ее плечи напряжены.

— Разве здесь не уютно, — легкомысленно говорит Девлин.

— Привыкай, — говорю я, пожимая плечами. — Мы меняем обстановку.

Девлин переводит взгляд на Дэвис, затем отводит его. Он и Картер встают и направляются к очереди за обедом.

— Ты не собираешься дать мне подняться? — спрашивает Джемма.

Ей не совсем удобно сидеть у меня на коленях, тело сгорбилось, чтобы стать меньше, и она вцепилась в стол.

— Ни за что. — Я глажу ладонью по ее спине. — Ты там, где я хочу.

— Ну, я хочу пойти купить обед, так что...

Джемма поднимает брови и я одариваю ее сардоническим наклоном рта и машу рукой. Она встает и дергает Дэвис за рукав. Девочки идут в очередь за обедом, а я следую за ними через несколько минут.

Вернувшись за стол, Джемма снова пытается занять свое место. Это длится целых две секунды, прежде чем я перетаскиваю ее обратно к себе на колени. Она вздыхает в раздражении, но ее тело слегка расслабляется. Хорошо. Она соглашается с тем, что я собираюсь добиться своего, и она должна принять это или оставаться в неудобном положении.

— Не лги себе, я не уступаю. Просто не хочу сейчас тратить бессмысленную энергию на борьбу с тобой. — Она делает пренебрежительный жест рукой. — Ты такой пещерный человек. Люди понимают это, но я твоя игрушка. Не трогай меня. Тебе не нужно сажать меня к себе на колени, чтобы донести до меня суть. Я же не твоя девушка.

Так не пойдет. Я прижимаю ее к своему телу. Наклонившись, прижимаюсь губами к ее шее и получаю острые ощущения от того, как она вздрагивает.

— Люди видели, как мы занимаемся и худшим, чем это, — дышу я, прижимаясь к ее коже.

— Нет, спасибо тебе, — бормочет Джемма. — Ты чертов эксгибиционист. Думаю, в этом есть смысл. Квотербек. Популярный. Ты любишь внимание и хочешь, чтобы люди знали, как тебе хорошо.

Смех прокатывается сквозь меня.

— То, что мы сделали, даже близко не похоже. Когда ты у меня есть, милая, никто не увидит этого, кроме меня.

Я слышу, как Джемма сглатывает от моих слов. У нее нет язвительного ответа для меня.

Некоторое время Джемма тихо разговаривает с Блэр, общаясь только со мной и иногда с Девлином. Я думаю, она пытается играть так, будто она не сидит у меня на коленях, делая вид, что все нормально, и игнорирует Картера и всех остальных за нашим столом.

Мы с Картером теряемся в разговорах о стратегии.

Я краду одну из картофельных долек с тарелки Джеммы, она рычит себе под нос и сжимает руку вокруг моего запястья. На самом деле рычит.

Это чертовски очаровательно.

— Что, не любишь делиться?

Я предлагаю ей оставшийся клин, и после долгого раздумья, она раздвигает губы и позволяет мне кормить ее, глядя на меня. Мне становится жарко.

— Ты меня бесишь.

— Вот моя девочка.

— Разве ты не знаешь, что лучше не красть картошку у девчонок? — язвит Девлин, полусерьезно вращая вилкой в тарелке с макаронами. — Ее картошка принадлежит ей. И твоя картошка тоже принадлежит ей.

— Моя сестра просто помешана на картошке, — соглашается Картер.