Идеальное условие для негодяя - Мистеру Майарана - Страница 4

– Что за условие?

Радомир внимательно переводил взгляд с меня на Валерия и, судя по всему, мало что понимал.

– Ничего особенного. Для нашей компании оно стандартное. Все пути следования должны разрабатывать наши специалисты, дабы избежать проблем во время экспедиции.

Кажется, у меня даже сердце замерло. Интуиция глубоко внутри подняла голову и принюхалась, надеясь выявить западню.

– Простите, я не совсем понимаю, – подала голос я, когда справилась с потрясением. – Обычно логистикой занимается транспортная компания. В данном случае – Радомир, – я посмотрела на мужчину, а тот усмехнулся, покачав головой.

На лице юриста появилось выражение, которое я могла бы назвать вежливой улыбкой, но что-то мне подсказывало, что это не она вовсе, а скрытый оскал уверенного хищника.

– Да, но с момента подписания контракта вся ответственность за его сохранность ложится на нас. И мы должны исключить все риски.

Например, риск нападения? Если они сами будут прокладывать маршрут, минуя все опасные участки, то Радомир будет не неделю ехать, а все три. И это только в одну сторону! С другой стороны, если на них нападут, то груз и вовсе не доедет, что нисколько не улучшит ситуацию. А если ещё и пострадает кто-то?

В итоге я, конечно, согласилась. Естественно, что после внесения правок я отправлю всё на согласование Толокову. В конце концов, зная всю их братию, исключать подводные камни глупо. И глупо вдвойне смотреть на этот пункт сквозь призму розовых очков.

– Хорошо. Давайте мы обсудим этот пункт с моим юристом. Если его всё устроит, то по рукам.

Валерий достал ручку из кармана, уверенным движением подчеркнул место, где должен быть вписан новый подпункт, а после на отдельном листке из своего планировщика написал его содержание.

Когда я пробежалась по строчкам глазами, то ничего страшного не увидела, но всё же собственноручно на компьютере внесла изменения, а после отправила файл договора на почту Юрия с пометкой «срочно» и написала, чтобы обратил внимание на пятый пункт.

Пока ждала ответа, накрутила себя так, что стало слегка подташнивать. Почему не отпускает чувство, что всё не так просто? В любой другой ситуации я бы до потолка от счастья прыгала, что мне помогут наладить поставки товара по безопасному маршруту.

Надя принесла первый контракт на транспортировку груза, который я должна была отдельно заключить с Радомиром. Его внимательно изучил Валерий и только после передал мужчине на подпись.

Я уже ничего не понимала. То есть он юрист компании, но консультирует стороннего человека. Хотя если они друзья, то ничего такого, но как-то… Звенит у меня в груди колокольчик беспокойства.

Мы расписались в двух экземплярах, я заверила всё печатью и отложила в сторону свой экземпляр.

Когда Толоков ответил, я уже в нетерпении стучала ногтями по столу, не обращая внимания на тихую беседу мужчин о чём-то своём.

«В принципе, всё хорошо. Условие стандартное для ЧОП, вам не о чем беспокоиться».

Я выдохнула и отправила документ секретарю на распечатку. Сама же широко улыбнулась мужчинам и сообщила, что нашу сторону всё устраивает. Радомир и Валерий кивнули мне в ответ, а после прозвучало главное:

– С кем нужно маршрут поездки обсудить?

– Я сообщу тогда ребятам из отдела разработки, пусть подъедут, – Никифоров тут же достал смартфон, набрал сообщение, а после убрал его.

Запоздало вспомнила, что логистика – вообще не мой конёк, а в компании нет людей, которые бы отвечали за данную функцию. Припомнила так же, что отдел закупа обычно переговоры с транспортной компанией вёл, а значит, пусть они и разбираются там с подрядчиком.

Отправив его по известному маршруту, я вернула всё внимание юристу. Надя довольно быстро принесла договор, но Валерий решил повторно перечитать все пункты в обоих экземплярах, а после, улыбнувшись, размашисто расписался на каждой странице, достал из папки две печати и так же проставил, заверив документ.

– Нам будет очень приятно поработать с вашей компанией, Алиса Викторовна, – прозвучало, когда я поставила последнюю подпись и шлёпнула по ней печатью своей компании.

Я даже на миг усомнилась, что подписала именно тот договор. Почему мне послышался сарказм в его голосе?

– И мне, Валерий Игнатьевич.

Я передала ему его экземпляр, проследила, как он исчезает в кожаной папке и протянула руку для рукопожатия, но тот её не пожал, а склонился и легонько поцеловал, поднял на меня серьёзный взгляд и тихо произнёс:

– Скоро увидимся.

И почему-то от его слов в голове промчалась паническая мысль: «Да не дай бог!»

– До свидания.

Натянув улыбку, я вежливо кивнула, даже не пытаясь выказывать всех тех эмоций, которые взбунтовались под окаменевшей коркой самоконтроля. За многие годы владения бизнесом я довольно много узнала о том, как держать лицо даже в безвыходных ситуациях полных минут унижения и отчаяния. Что такого в том, чтобы поулыбаться кому-то пару минут?

Проследив за тем, как удаляется Никифоров, я отложила договор на край стола и задумчиво поскребла бровь. В успех мероприятия мне уже с трудом верилось, но я солгу, если скажу, что в душе не поселилась надежда.

Работать пришлось до вечера. Несмотря на все планы побыть с мамой, уже в обед я поняла, что вернуться домой пораньше не получится. А всему виной сообщение от приятеля, висящее на экране смартфона. Отправитель даже не молил, а шантажировал о свидании.

«Я продам душу дьяволу, если откажешься сегодня встретиться. У меня есть хоть один шанс избежать участи стать грешником?»

Этот вопрос меня повеселил и на какое-то время выдернул из серой реальности. Не скажу, что питаю к Камишеву нежные чувства, но как с хорошим знакомым с ним приятно поговорить.

«А разве мы уже не заключали сделку в прошлом году?» – попыталась отшутиться я.

«Намекаешь, что я давно весь и полностью твой? Да я только рад! Так что на счёт вечера?»

«На счёт вечера я могу положить час своего времени, если в кафе ничего не взорвётся»

И я даже почти не шутила. Мы с Максимом как-то выбирались на обед вместе. Так через пятнадцать минут после поданных блюд из «страны чудес» позвонила одна из официанток, с дрожью в голосе сообщившая, что кто-то из посетителей разбил окно в зале, а после отказывался платить, пока не поговорит с владельцем.

Мне срочно пришлось мчаться туда, чтобы замереть напротив разбитого окна и услышать, что хулиган оставил денег и скрылся в неизвестном направлении. Не скажу, что это меня расстроило. Меня расстраивали проблемы, которые сыпались на меня, как из рога изобилия.

«Бронирую столик в Астериксе. Тебя забрать?»

«Я на машине» – ответила коротко, подумав, что неплохо было бы заехать по дороге в салон к Анфисе и попросить быстренько навести марафет. Потому чо такими синяками, читай фарами, под глазами можно не только освещать путь заблудшим, но и довести до сердечного приступа одного конкретного Камишева, у которого пунктик на моём здоровье.

Честно говоря, мне такое отношение не особо нравилось, но мне Максим сильно Пашку напоминал, и я не находила в себе сил как-то высказать своё мнение по этому поводу.

К концу рабочего дня, когда я уже буквально открывала дверь кабинета, чтобы отправиться на встречу, в приёмную к Наде ворвался Толоков. С круглыми глазами, каплями пота на лбу и явно учащенным сердцебиением он, тем не менее, спокойно сообщил:

– Вишняков будет с нами судиться.

Сжав дверную ручку от внезапно вставшего в грудине сердца, я сжала зубы и попыталась выдохнуть, а потом вдохнуть. И ещё раз выдохнуть.

Сказать, что я растерялась и испугалась – не сказать вообще ничего. Реакция пришла быстрее, чем я успела даже подумать. А всему виной вид моего же юриста, который сообщил о проблеме с таким видом, будто за дверью бомба .

– Юрий Мксимович, вы меня до инфаркта доведёте!

– Бог с вами, Алиса Викторовна, – Толков достал платок из нагрудного кармана пиджака и промокнул лоб. – В вашем возрасте о таком говорить рано. То ли дело я. – Сунув предмет туалета обратно в карман, он положил руку на сердце и на выдохе сообщил: – Вишняков нанял Кутепова и грозится ободрать нас до липки.