Хранитель Дикого вереска (СИ) - Мусникова Наталья Алексеевна - Страница 20

— Милая моя, я одного понять не могу: Вы так безнадёжно наивны или бесконечно глупы? — Доминиция скрестила руки на груди, по её бледным губам блуждала ядовитая усмешка. — А может, — декан подалась вперёд, хищно сверкнула глазами, — Вы из древнего рода Истинных Хранителей, над коими не властна сама смерть?

Абигайл облизнула пересохшие губы, расправила плечи, вскинула голову, излучая уверенность и спокойствие, которых совсем не чувствовала:

— Разве в Академии запрещено общаться со студентами?

Доминиция хрипло расхохоталась, но её тёмные глаза остались холодными, изучающими и таилась в них бесконечная тьма.

— Ладно, девочка, в конце концов, такие как я обязаны потакать самым дурным желаниям, ведь именно так мы завлекаем наших жертв на путь гибели.

Декан тёмной и серой магии перешла на свистящий шёпот, от которого по спине целительницы побежали мурашки:

— А жизненная сила и магия тех, кого мы погубили, питает наши собственные чары. Поэтому, леди, сегодня после практикума я провожу Вас в архив. Если Вы, разумеется, не передумаете туда идти.

Абигай с трудом проглотила колючий комок, так и норовящий перекрыть всё горло, прошептала, едва шевеля ставшим словно бы чужим языком:

— Не передумаю. Я хочу знать правду.

По лицу Доминиции растеклась безобразная коварная усмешка:

— Значит, договорились. Не опаздывайте, моя милая, я ненавижу ждать.

Не прошло и десяти минут, как целительница убедилась, что Академия по скорости распространения сплетен ничем не уступает самому обычному замку. В коридорах студенты косились на Абигайл, за спиной у неё не смолкало шипение, точно по следу ползли целые полчища гадюк. Леди старательно не замечала устремлённых на неё любопытных, испуганных, восхищённых, а порой и завистливых взглядов, шелеста голосов и всплеска коротких смешков за спиной. Пусть сколько угодно болтают, лишь бы не пытались помешать или остановить!

Практикум по боевой магии, в которой, учитывая травмоопасность дисциплины, традиционно принимали участие и целители, проходил на просторной, закрытой магическим куполом поляне. Абигайл не успела даже к куполу подойти, как ей навстречу невесть откуда выскочил Валтор, преградил путь, яростно сверкая жёлтыми глазищами:

— Это правда, что ты с Доминицей в архив собралась?

Целительница надменно изогнула бровь:

— Не припомню, чтобы Вас каким-либо образом касались мои дела.

— Касаются! — рявкнул оборотень, блеснув белоснежными клыками. — Представь себе, ещё как касаются! Раз я тебя хочу, ты обязана…

— Я Вам ничего не обязана, — отчеканила Абигайл, решительно обходя оборотня, тем более что он не мог приблизиться к ней ближе, чем на три шага.

За спиной целительницы раздался злобный рык, а затем прошелестело еле слышное:

— Подожди.

Едва различимая мольба, в которой прозвучала какая-то обречённая покорность и смертельная усталость, заставили целительницу остановиться и медленно повернуться. Плечи Валдора были устало опущены, голова поникла, даже глаза потухли, потеряли звериный блеск.

— Не ходи с Доминицией, не надо. Если хочешь, я сам провожу тебя в архив.

Леди подозрительно прищурилась:

— И что Вы потребуете за свою помощь?

Оборотень приободрился, в жёлтых глазах плеснула лукавая усмешка:

— Если я скажу, что мне ничего не надо, ты не поверишь. Спать со мной за такую малость тоже не станешь, за такую ерунду ты себя не продашь, это понятно. Давай так: если поход в архив будет для тебя удачным, ты меня поцелуешь, идёт?

Абигайл только головой покрутила: вот ведь упрямец, вбил себе в голову, что она должна ему отдаться и ничем-то у него эту глупость не выбить! Хорошо хоть, понимает, что спать с ним ради похода в архив целительница не станет. Плохо, что никак не желает принять тот факт, что она с ним вообще не собирается ложе делить.

— А если поход в архив мне ничего не даст?

Валдор беззаботно пожал плечами:

— Тогда я постараюсь получить твой поцелуй как-нибудь ещё.

Абигайл устало вздохнула:

— Может, Вам стоит обратить внимание на другую даму, более сговорчивую? Уверена, Вы без труда найдёте мне замену.

В голосе оборотня зазвучали какие-то бархатистые нотки, обволакивающие и будоражащие одновременно, глаза вспыхнули магическим огнём:

— Замену, моя дорогая, находят тому, что успело наскучить. А с тобой, красавица моя, не соскучишься, ты и на ровном месте найдёшь приключения на свою, — Валдор упёрся взором в грудь Абигайл, жадно облизнулся, — голову.

Целительница смущённо покраснела, рассердилась на себя за эту глупую застенчивость и покраснела ещё сильнее, фыркнула зло и бросилась на тренировочную поляну с такой скоростью, что даже в юбке запуталась. Увы, от собственных мыслей убежать не получилось, да и от настырного оборотня тоже, хорошо хоть тот больше не приставал с разговорами, стоял на другом краю поляны и вымещал досаду на студентах, рявкая так, что даже купол защитный тревожно мерцал магическими искрами. Не удивительно, что столь нервозная обстановка крайне отрицательно сказывалась на внимании учеников и они снова и снова получали травмы, юные целители к концу практикума совсем из сил выбились, заговаривая многочисленные растяжения, замазывая синяки и задувая ожоги! Для Абигайл практикум оказался тяжёл не только из-за полнейшего сумбура в голове и большого количества пострадавших, но и непрестанных шепотков студентов, которые безоговорочно встали на сторону Валдора, а её упорство наоборот порицали. Мол, беда с этими женщинами, кружат почём зря головы добрым молодцам, а те из-за их капризов да легкомыслия звереют и вообще сохнут безмерно. Целительница так прониклась пересудами о телесных страданиях поражённого в самое сердце любовной горячкой оборотня, что не утерпела, окинула Валдора профессиональным взглядом, выискивая коварный недуг. Оборотень, естественно, её взгляд заметил, но понял по-своему: грудь колесом выпятил, головой тряхнул, словно селезень, перед уткой красующийся, даже улыбкой белозубой блеснул и шнуровку на рубахе едва ли не до самого живота распустил. Вот он я, мол, какой, любуйся, краса ненаглядная, какое счастье тебе привалило! Абигайл негромко вздохнула, взгляд отвела. Да уж, счастье, его в дверь выпроваживаешь, а оно в окно лезет. Леди задумчиво поковыряла землю носком туфельки, но ответа на терзавший её вопрос: что делать, который смело можно было отнести к категории вечных, так и не выкопала. Видимо, копать надо было глубже и интенсивнее. Целительница фыркнула, головой тряхнула, отгоняя навязчивые, словно слепни в жару, мысли и улыбнулась уставшим студентам, сгрудившимся подле неё, точно цыплята вокруг наседки.

— До конца практикума осталось десять минут, — прошептала целительница.

Студенты заметно приободрились, девушки поспешно принялись прихорашиваться, особенно нетерпеливые парни уже собирали травы и повязки в корзины, когда с центра поляны донёсся отчаянный, переходящий в оглушительный визг, вопль:

— Драка! У нас драка!

Девушки с готовностью завизжали, парни подались вперёд, горящими глазами глядя на двух сцепившихся клубком студентов, с рычанием катавшихся по земле. Абигайл подхватила корзинку со всем необходимым и бросилась было вперёд, но её мягко придержал под руку белобрысый крепыш Веренер, в ходе практикума продемонстрировавший недюжинные целительские способности:

— Не стоит лезть в самое пекло. Если Вы пострадаете, профессор Валдор нас всех сожрёт и не подавится, а профессор Норд ему охотно поможет.

«Точно, Норд, как же я о нём сразу не подумала! — осенило Абигайл. — Он наверняка не откажется проводить меня в архив!»

Леди прикусила губу, посмотрела на драчунов, которых Валдор без видимых усилий держал за шкирки, точно нашкодивших котят и без труда узнала в них старосту Стражей и магического вампира. Похоже, парни не забыли стычку во время лекции и решили продолжить ссору при первом же удобном случае, правда, в этот раз на магию не полагались, пустили в ход кулаки.