Ранний старт (СИ) - "Генрих" - Страница 71

Выдерживаю всё-таки натиск Басимы, взывающей к моему трудолюбию. В конце концов, правда за мной. По ещё прошлогоднему соглашению следующие трудовые свершения только вечером, ко времени возвращения коров.

Ко времени, когда выдвигаюсь к месту сбора дружины, моё подсознание выталкивает наружу ответ на вопрос «что делать с групповыми схватками?». Тренировать скорость — раз, тактическое мышление, позволяющее быстро принимать верное решение — два, тренировка двойных ударов, например, кулаком вперёд и на возвратном движении локтем назад — три. При моей нынешней компетенции в этом вопросе, ничего больше не придумаю. И практика, та, что лучший критерий истины.

— Принесли? — Оглядываю кучу старой одежды, всяких курток и другого рванья. — Увязывайте в мешки.

Косу тоже взяли. Теперь бегом до места, мешки с рухлядью несём попеременно. Сначала разбираемся с тряпьём. Накашиваем и раскладываем траву для просушки. Затем разминка, интенсивная и потовыжимающая. Трава за это время чуть подсыхает.

— Всё равно сырая, — скептически кривится Виталик. Все остальные соглашаются. Сырая начнёт плесневеть, гнить, это нам ни к чему.

Чешу репу. Затягивается задумка с самопальными грушами для битья. Решаем добежать до речки искупаться и провести там время до вечера, а там видно будет.

Тут не глубоко, но вода чистая и поплавать можно. Легкодоступное в российских сёлах удовольствие в жаркий летний день. Вот и валяюсь на травке, обсыхая под солнцем, первым в списке лучших друзей. Воздух, наполненный запахами летних трав, и вода также в наличии.

Постепенно вокруг собираются все, а когда начинаю вещать, вылезает последний, уже продрогший фанат купания.

— Самая главная ваша ошибка не в том, что вы драки проигрываете, — делаю паузу, как раз, когда на берег вылезает последний. Пауза нужна не только для ожидания мокрого Пашки, на которого уже начинают шикать, — «быстрее, тормоз», — но для нагнетания. Слова, сказанные мимоходом, в сознании не застревают. Многозначительная пауза отрывает изрядную лунку, из которое сказанное никуда не денется и в своё время даст щедрые всходы.

— Главная ошибка в том, что вы их боитесь. И даже не бояться драк вы должны, — опять пауза перед кульминацией, это стержневая мысль. Для неё не грех выкопать ямку в ямке.

— Вы должны ликовать при возможности подраться. И когда вы достигнете такого состояния духа, вас будут бояться все!

Хорошо. Все задумываются, надеюсь, примеряют на себя. Как незнакомую, но такую привлекательную одежду. Встаю, хватит вещать, можно и душу выплеснуть. Уверен, ребята к этому готовы.

— О, небеса! — Воздеваю руки вверх и смотрю туда же. — Невероятно счастливые дни ждут нас! У нас великое множество врагов! И целое лето впереди, чтобы втоптать их в землю! Мы начнём великую войну, после которой Выселки станут править всем селом! Вечно!!!

Пацаны поддерживают мои зажигательные речи громовым «Ура!».

Славно проводим время. Вечером собираем сено, припрятываем, не то подберут. Рядом с селом такое добро не залежится.

И только ещё через день приступаем к набивке высохшим сеном самодельных груш. Пару сделали в виде безголовых чучел. Куртка и штаны, из тех, что покрепче, плотно набитые сеном и тряпьём. Можно работать. С завтрашнего дня. Не все попадут в завтрашний день ((с) Кличко), но мы сможем.

Сцена 3. Упорство и труд силу придадут

— Первое отделение на поле! Отжимание с подскоком и прыжок со спины на ноги! Второе — на груши!

Распределяю народ по местам тренировок. За прыжки и отжимания спокоен. Повторение пройденного. И сам так умею. Прыжок с прогибом на ноги из положения лёжа натренировать не просто, а очень просто. Прочная доска с наклоном, который постепенно уменьшается. И не до горизонтали, до небольшого отрицательного угла.

Отжимания тоже не просто так. Резкий подскок с отрывом и рук и ног. Со смещением в сторону. И так боком надо «пройти» метров десять. Любое упражнение можно так усложнить, что у любого глаза на лоб вылезут.

Раскидываю парней по грушам. Четверо месят одну и ещё пара на две отдельно. Паре показываю двойной удар, прямой кулаком и возвратным движением локтем. Сначала демонстрирую в замедленном темпе.

— По очереди. Сначала ты! Медленно! Первым делом выстрой движение…

Поправляю положение кулака. Неправильный угол в кисти и травма обеспечена. Показываю положение ног и их смену. Поехали! Первый, за ним второй…

— Не торопиться! Следить за ногами!

Иду, проверяю парней, что отрабатывают удар слева в печень. Груша вздрагивает и трясётся. Наблюдаю. Вроде всё так. Пусть доведут до автоматизма, что те, что другие, а через пару дней, — торопиться не надо, слушай, — включим подачу адреналина.

— Работаем! Командирам — следить! Я по полосе пройдусь…

На полосе есть овражек, можно по дну, а можно по перекинутой лесине. Есть перегороженные жердями и палками места. Под одни подныривать, через другие перепрыгивать. И моя последняя гордость — «окно» из жердей на высоте пояса. В него надо рыбкой нырять. Целый день учил, как.

У меня новая идея. Ищу место для «канавы» и перепрыгивать надо будет в два приёма. Прыжок с отскоком и вторым толчком ногой от ближнего дерева. Элемент паркура. Возвращаюсь. Объявляю перерыв перед сменой, сам работаю с грушами. Пацаны искоса наблюдают, скорость и сила большинству пока не доступны.

Меняю отделения местами. Это последняя фаза тренировки, после неё дружною гурьбой идём купаться. На козырный пляж у села пока не ходим. Сюрприз хочу сделать.

После купания очередная серия рассказов. На этот раз эпос про Зину, монстра в образе маленькой девочки. В полнейшем молчании завершаю повествование.

— Он же не знал, на кого нарвался. Она тут же вцепилась ему зубами в бедро. Еле вырвался бедный, чуть кусок мяса Зина не выдрала. Правда, очень потом огорчалась. Когда я ей сказал, что надо было руками яйца ему оторвать. Не догадалась тогда, очень переживала…

Пережидаю почтительный хохоток. Продолжаю.

— Дальше просто. Он к машине своей побежал, Зиночка за ним и успела ему каменюкой боковое стекло выбить. Самое главное — некоторые отдыхающие его знали. Он не первый раз к какому-то другу в село приезжал. Так что полиция взяла его за жопу в тот же день.

— С такими друзьями ничего не страшно, — вздыхает один пацанчик.

— Кто вам мешает стать такими же? — резонно спрашиваю я. — Вот меня взять. Раньше был, как вы. Первым делом с Зиночкой подружился, это да, не спорю. А что было с братьями? Я их побил. Сразу обоих. Что думаете, просто было? Я пару месяцев тренировался до упаду. Можно сказать, сам монстром стал. Вам кто мешает? Тем более, изо всех сил вам помогаю. Помните, как славно мы их прошлым летом отдубасили?

Приятные воспоминания о былых победах мгновенно вызывают улыбки, смех, бурные воспоминания.

Уже чувствую, что мои ребята отходят. Приходят в норму. Можно начинать, но постоянно хочется научить ещё чему-то, за этим всплывает ещё идея, без которой вот совсем никак… осознаю прекрасно, что совершенствоваться можно бесконечно, и остановится трудно.

— Давно мы на нашем пляже не были, — с ноткой ностальгии по райскому местечку замечает один паренёк. Все остальные поддерживают восклицаниями, вздохами, кивками.

— За чем дело встало? — И правда, за чем? Лично-то я каждое утро там ныряю, зарядка — святое дело. А парни, выходит, скоро дорогу туда забудут?

— Так ты ж сам запретил!

Ой, чо, правда? Звиняйте, ща исправим!

— Считайте, что запрет снят. Только по одному не ходить, хотя бы отделениями.

— А давайте вечерком? Все!

— Всем не обязательно, хотя бы половине, — остужаю неуместный максимализм соратников.

За разговорами незаметно обсыхаем, даже выжатые заранее трусы только слегка влажные, и катим домой. Меня там накошенная Басимой травка ждёт.

Угу, ждёт. Оглядываю обширный покос. Пока я замышляю геноцид против центральных, Басима устраивает то же самое траве. Рядом крутится Алиска, у Басимы лицо слегка смущённое, но решительное. Объём нуждающегося в транспортировке сена больше обычного раз в четыре-пять.