Жизни немертвых важны (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 67

Сатрап, видимо, уже думал об этом. Он молчал и держал морду кирпичом.

— Чтобы ничего этого не происходило, предлагаю заключить договор, — продолжил я. — Ты отдаёшь мне мой амулет, а я взамен за это не трогаю тебя и твои земли, но только до тех пор, пока ты сам ко мне не полезешь. Выглядит несколько невыгодно, поэтому я отдам тебе твои пушки, которые ты отнял у землян, но без пороха, чтобы у тебя не возникло соблазнов. Устраивает такое? Это выгодное для тебя предложение, которое я делаю только один раз. Дальше будет уже не так выгодно, поэтому хорошо подумай.

— Мои воины... — произнёс сатрап.

— Уже мертвы, к сожалению для тебя, — сказал я на это. — Их уже не вернуть, но я предлагаю тебе отделаться малыми потерями.

Скорее всего, он уже достаточно проинформирован о моих возможностях, поэтому склонен будет согласиться. Но ещё он должен знать, что дальше будет только хуже — я буду становиться всё сильнее и сильнее с каждым месяцем, особенно, если сумею наладить контакт с Землёй. Что выгоднее — терпеть охренительную жопную боль всё время, пока я партизаню на его территории, с низкими шансами отловить меня и на некоторое время решить проблему, или получить через договор спокойное время, но с риском того, что обретший могущество лич решит передумать и армию его мертвецов будет уже не остановить.

Хотя, если подумать, никто не мешает сатрапу начать крепить собственное могущество и хорошо подготовиться к возможному нападению. Я бы, будь передо мной такой выбор, больше склонялся к «вечному миру», но это я лич такой, а как будет думать Ариамен — вот хрен его знает.

— Встретимся ещё раз ближе к вечеру, к тому моменту у меня будет решение, — произнёс сатрап.

— Хорошо, — кивнул я. — Буду надеяться, что разум возобладает и мне не придётся тратить время на насилие и жестокость.

Примечания:

1 — Мангонель — искаж. греч. монанкон — «однорукий» — тяговое осадное орудие, хотя некоторые идиоты до сих пор считают, что это торсионное орудие, пользующееся для метания смертельных грузов силой скручивания жил животных. В реальности, насколько мы можем судить, мангонель являлся предтечей полноценных требушетов, тех самых, наиболее распиаренных кино, литературой и играми. Торсионные метательные машины были, скорее всего, утрачены к хренам собачьим где-то к XI веку н.э. Даже в Византии просрали торсионные орудия, спешу заметить, хотя некоторые историки говорят, что нет, нихрена, но вещественных доказательств в виде находок и внятных документов, как всегда, нет. Мангонель, на самом деле, был изобретён в Древнем Китае, где в душе не подозревали всё это время, что можно скручивать специальным образом обработанные жилы животных для метания в противника всякой вредной для здоровья хуйни. В мангонеле же тяговая сила представляла собой группу людей, резко дёргающих за верёвки, прикреплённые к месту, где у требушета потом был присобачен тяжёлый противовес. Летали снаряды мангонеля не очень-то далеко, при охуительно благоволящих условиях, где-то метров на девяносто, поэтому применяли его, судя по всему, как противопехотное и оборонительное вооружение на крепостных стенах. В Европе до последнего старались юзать торсионное оружие, ведь европейцы в душе не подозревали, что можно дёргать за верёвки изо всех сил и метать в противника камни и даже иногда попадать. Но потом с востока явились авары, которые владели не только стременами, подковами (заклёпкометристам лучше придержать свои контраргументы до третьей части Чингисхана, я объясню всё это там) и стёгаными поддоспешниками, но ещё и знали ценные сведения о том, как китайцы выясняют между собой отношения при помощи своей самобытной осадной техники. Простая, как пять копеек, тяговая осадная машина очень хорошо прижилась в Европе и её начали применять повсеместно, напрочь забыв сложную торсионную, потому что если нет существенной разницы, то зачем платить больше? Зато потом девайсы стали постепенно усложняться, кто-то особо умный развил у себя в башке интуитивную физику и догадался до установки противовеса, а в итоге получился требушет, который тяговое осадное орудие, до сих пор доминирующее в исторических голливудских фильмах и компьютерных играх о Средневековье, где, блядь, просто нельзя обойтись без требушета, а то фильм не фильм и игра не игра. Собственно, Душной не особо понимает, нахрена вообще персы притащили с собой мангонели, которые не особо эффективны даже против обычных стен.

Глава двадцать третья. Немёртвая солидарность

/15 февраля 2027 года, Сатрапия Сузиана, город Душанбе/

— Ну, что решил? — поинтересовался я.

Сатрап подал знак о переговорах прямо с раннего утра, где-то через три часа после рассвета.

Вновь отряд Бессмертных, облачённых в латные доспехи из стали — очень и очень дорогое удовольствие, стоящее как целое королевство. Но Ариамен, после захвата Стоянки, стал очень зажиточным сатрапом, поэтому мог себе позволить. Тем более, эти латы родом с Земли, поэтому платил за них сатрап не златом с серебром, а солдатской кровью. Кровь солдат очень дешева, поэтому латы достались сатрапу почти бесплатно.

— Мы заключим договор, — без особого энтузиазма произнёс Ариамен. — Я передам тебе твой амулет, а взамен ты больше не трогаешь мои земли.

— А ты не лезешь ко мне, иначе договор сразу же потеряет силу, — добавил я.

— Да, — кивнул сатрап.

— У меня уже есть готовая форма, изучи её внимательно, — сказал я и отправил ему договор на согласование.

Сатрап смотрел в никуда где-то минут десять, потому что почитать ему было что: я позаботился об уточнении, что направленные наёмники или настроенные против меня сторонние лица тоже считаются за враждебные действия и всё в подобном духе. Аналогично и с моей стороны. Карой за нарушение будет полное развязывание рук противоположной стороны в методах и способах, а также проклятье от Дара, режущее характеристики до 1 единицы в каждой. Достаточно веско, чтобы не нарушать договор.

— Это... приемлемо, — произнёс сатрап.

Ариамен подписал «Договор Душного-Сасанида»

Подписать?

Да/Нет

— Сначала покажи мне мой амулет, — потребовал я.

Ариамен подал знак одному из бессмертных и тот сходил к подрессоренной телеге и снял с неё бронзовую шкатулку, в которой, судя по всему, и лежит мой гагатовый кулон.

Перс не стал подходить ко мне и просто поставил шкатулку на землю.

— Открой её, — потребовал я.

Ариамен разрешительно кивнул и Бессмертный открыл шкатулку.

Пристально всматриваюсь в амулет.

Жертвенный конденсатор некроэнергии

Класс артефакта: иномирный

Ёмкость: 42093/???

— Потратили почти половину, суки... — пробормотал я недовольно. — Ладно, сойдёт.

Это точно мой, потому что второй такой же тут хрен достанешь. Да и узнаю характерные царапины, а ещё, при взгляде на амулет, возникает какое-то ощущение родственности.

Подписываю договор.

— Вот и всё, — произношу я и беру амулет в руки.

Ожидал какого-нибудь говна, типа проклятья или ударной дозы вита-энергии из шкатулки, но ничего такого. Или не успели приготовить, или не стали, потому что не имели уверенности, что сработает наверняка. И правильно сделали, что не успели или не стали.

«Телеги с пушками», — приказал я своим.

Забираю амулет, разворачиваюсь и иду обратно в город. Навстречу мне уже катились телеги, гружёные смертоносной бронзой.

Персы, пока там рулит Ариамен, больше не проблема и не следует ждать персидской армии у своих стен в ближайшее время.

Наконец-то можно спокойно заняться ритуалом...

— Почему понедельник, Алексей? — раздался за спиной вопрос Ариамена.

— Потому что в понедельник человек расплачивается за беззаботно проведённое время, — ответил я и продолжил свой путь.