Пока цветёт смородина - Соловьев Игорь - Страница 8

– Плохо! Значит, либо тебе перестали доверять, либо ты не стараешься. И то, и другое ставит под сомнение смысл наших отношений. Скажи, Вагон, а как давно тебя навещали мои коллеги? У тебя же тут, – Полетти обвел магазин рукой, – целый склад интересных вещей! Наверняка, если вдумчиво покопаться, можно найти предметы, проходящие в сводках краж и ограблений.

– Каких краж, что ты? – хозяин вздрогнул. – Я честный коммерсант, ты же знаешь.

– Ой ли? – Макс перебрал несколько коммуникаторов, лежавших на прилавке. Выбрав один, поскреб ногтем по корпусу. – Может, ты действительно устал, Вагон? Решил, что общение с детективом Полетти стало в тягость. Это что тут, кровь?

– Краска! Да за кого ты меня принимаешь, разве я давал повода? – торговец побледнел и прижал ладонь к груди, словно в ней закололо, и ему стало тяжело дышать.

– Убери руку, сердце находится с другой стороны, – скучающе произнес Макс и кивнул на прилавок. – Напитки сертифицированы? Давай посмотрим накладные.

– Максимиллиано, скажи прямо, что тебя интересует? – торговец закрыл собой прилавок. – Ты же не просто так пришел?

– Мудро. Я пришел с некоторыми вопросами, и для тебя важно то, с чем я отсюда уйду.

– Спрашивай! Чем смогу, ты знаешь.

– Черные трансплантологи. Мне нужна информация о ребятах, потрошащих прохожих ради их чипов и железяк. Очень надеюсь, что тебе есть, что сказать.

Глаза Вагона округлились:

– Макс!

Полетти раздраженно снял кепку.

– Я не прошу тебя их искать, Вагон. Как-нибудь справлюсь сам. Но слухи, намеки, недомолвки, все, что ты мог слышать от своих клиентов. Не может быть, чтобы совсем никто и ничем не обмолвился в течении месяца!

– Макс! – снова, но уже чуть тише повторил владелец магазина. – Дослушай! Ты не поверишь, но, пожалуй, я смогу тебе кое-чем помочь.

– Вот как? – детектив откинул полы плаща и уселся на продавленный диванчик, дешевую подделку на новое барокко. – Я само внимание.

– Понимаешь, когда этот парень заявился ко мне в первый раз, я ничего такого не заподозрил. Куча не примечательных имплантов, дешевка. Пакистанцы их на развес продают. Я взял. Ну, а что, у меня разные посетители бывают, кому-то и такое в радость.

– Продолжай, – Макс внутренне подобрался, как услышавший шаги добычи хищник.

– Потом он появился снова. Тут я обратил внимание, что разброс товара очень большой: аугметика для женщин, мужчин, пара специфических экземпляров для работы в холодном климате, попался даже протез для пожарных, знаешь, из такого огнеупорного сплава.

– Неужели?

– Да! Но когда среди прочего он принес одну очень дорогую штучку, которую кроме как на заказ не сделают, я…

– Сколько раз он к тебе приходил? – перебил Макс.

– Раз пять или шесть. Я не веду записей, это вредно для моей репутации. Ты должен понимать.

– Пять или шесть? И ты ни разу не задумался над тем, где он это берет? Не догадался сообщить мне?

– Но помилуй, в конце концов, парень мог просто работать в морге и немного… облегчать мертвые тела. Знаешь ведь, как это бывает. И потом, раньше ты не проявлял интереса к подобным клиентам!

– Раньше у нас не вскрывали людей в таком количестве! Как он выглядел? Мне нужна информация с твоих камер наблюдения, – Полетти заметил, как по лицу Вагона пробежала тень. – Что?

– Полетти, прости, в моем бизнесе клиенты не желают чтобы их фиксировали. Камеры бутафорские. Так, пугало для залетной уличной шпаны.

– Тьфу, пропасть! Значит будешь составлять словесный портрет. И только попробуй упустить хоть одну деталь!

Пока Вагон усердно трудился над описанием клиента, Макс анализировал информацию.

Какой-то парень принес скупщику товар на пробу. Сделка прошла гладко, и продавец зачастил. Неужели он не понимал, что подобный улов, поставляемый из раза в раз в одну точку, привлечет внимание скупщика? Или понадеялся на жадность и молчание торговца? Профессионал бы так не поступил. Значит, это или дилетанты, или детектив тянул пустышку. Но много ли в городе других возможностей добыть кучу разных имплантов? Да еще и в тот же период, когда действовала банда! Слишком много совпадений.

– Когда он появится в следующий раз, а я знаю, что он придет, не перебивай, – отмахнулся Макс. – Ты, во-первых, незаметно снимешь его на рабочую камеру! Мне плевать, где ты ее возьмешь. А во-вторых, сообщишь мне и задержишь его под любым предлогом.

Торговец замотал головой:

– Полетти, нет-нет! Ты понимаешь, под что меня подписываешь?! Мне не жить, когда в районе узнают, что едва вышедший от Вагона клиент оказался в руках полиции.

– Тебе не жить, если ты этого не сделаешь. Пораскинь мозгами. Рано или поздно парень сообразит, что снес сюда слишком много горячего товара и примелькался перед твоей внимательной физиономией. Как думаешь, к каким нехитрым выводам он придет? Правильно, сменит место скупки. Но предварительно зачистит концы. Так что я – твоя последняя надежда. Не дрейфь, Вагон, он явно не имеет отношения к местному криминалу. Кто с тебя спросит за незнакомого человека? Об этом вообще никто не узнает.

– Ты упускаешь одну деталь, детектив.

– И какую же?

– Если этот тип действительно связан с трансплантологами, у него есть сообщники. Такие дела не проворачивают в одиночку. Что, если они придут и поинтересуются, куда пропал их приятель?

– Они, учитывая их ремесло, лучше нас знают, как опасны улицы этого города. Мало ли, где и что могло случиться с их другом? Поверь, мы сделаем так, чтобы к тебе не было вопросов. Но если тебя вдруг посетит шальная мыслишка скрыть его появление, я тебе не позавидую, Вагон.

– Хватит меня пугать, Макс! Ладно, я выполню твою просьбу. Но прошу тебя, никому ни слова, что это я навел на клиента. Никаких имен в рапорте!

– Не переживай. Полетти не афиширует имен своих агентов, просто сделай то, что требуется.

– Макс, а как я его задержу? – вдруг спохватился торговец.

– Вот что. Когда он принесет товар, предложи в качестве частичной оплаты пару паллет с пойлом, которое ты берешь на складе конфиската. Мол, свободной налички мало, и отдай выпивку за треть цены. Не может быть, чтобы он не купился. Уверен, вы провозитесь с погрузкой немало времени.

– За треть цены?! – Вагон округлил глаза.

– Если все пройдет удачно, департамент компенсирует твои траты из спецфонда. Ну, что, ты закончил с фотороботом? Дай-ка взглянуть.

Макс забрал у торговца планшет.

– Не густо. Что, совсем никаких примет? Следы имплантов, татуировки, шрамы, походка, манера говорить? Какая-нибудь деталь в одежде? Неужели совсем ничего?

Вагон виновато развел руками.

– С таким описанием можно каждого второго останавливать. Значит, будем надеяться на вашу новую встречу. И да, покажи мне все, что осталось от принесенного им на продажу.

– Макс, но я все уже…

– Вагон!

Торговец вздохнул и полез под прилавок. Порывшись, извлек пластиковый контейнер. На стойку перед Полетти легли два мозговых чипа и подкожный кистевой сенсор. Макс, надев перчатки, покрутил их в руках, сложил в конверт и спрятал в карман плаща.

Торговец порывался запротестовать, однако под пристальным взглядом детектива тотчас умолк.

Макс надел кепку и уже собирался уходить, но вспомнил еще кое-что.

– Чуть не забыл. Ты в последнее время слышал что-нибудь о хакерах?

– Хакерах? Это же не моя тема, я больше по торговле. Но все знают, что спецов на такие услуги нужно искать в сетях даркнета.

– Даркнет не твоя забота, мне нужны конкретные люди. В этом районе.

– Ну, тогда разве что Жак «Синичка»…

– Синичка не в счет. Он мелкая шпана, ломающая уличные терминалы со старой прошивкой. И уже полгода как мотает срок в Канзасе. Нет, мне нужны другие. Не из районных банд. Кто-то, ранее не засвеченный, башковитый.

– Нет, таких не знаю, и ничего похожего не мелькало.

– Тогда возьми на заметку. Фиксируй любые слухи о преступлениях в киберпространстве. О появлении людей, хорошо разбирающихся в технике. О всем необычном, где фигурирует взлом сетей и баз данных. Но это вторично. В первую очередь я жду от тебя сигнал по трансплантологам. И не забывай, чем ты мне обязан, Вагон.