Апокалипсис начнется в 12.00. Часть 3 (СИ) - Белов Иннокентий - Страница 40

Мне пока не хочется торопиться никуда, надеюсь ошеломление от взрыва не так сразу спадет с этих самых лягушек, которые наслаждались чужими погубленными жизнями прямо так, без особой одежды. Или я просто не рассмотрел ее на них.

— Это я очень удачно зашел, — подумал я, — И, как теперь понимаю, проявленная недопустимая небрежность при проверке моего статуса дежурным лягушонком и общая нервозность из-за неожиданного нападения на промышленную базу, срочный приказ 006-му явиться под жабьи очи своих хозяев — все вместе помогли мне оказаться перед открытой дверью в святая святых базы, в жилые помещения. Уж не знаю, зачем в них заводили этих троих главных своих приспешников, но, эта славная традиция очень мне помогла самому остаться в живых. Иначе пришлось бы взрывать брикет в моей кондейке, нанеся так же серьезный ущерб базе, но, потеряв всякую возможность пережить первый взрыв.

А теперь я в той же броне, почти не пострадавший от взрыва, с еще тремя такими же эффективными брикетами собираюсь действовать и дальше таким же решительным образом. Да и мой меч со мной, и я очень хочу пустить его в ход, добить раненых и покромсать выживших.

Но, пока я жду, не веря, что разобрался так прямо со всеми противниками вокруг.

Хотя, брикет я кинул направленным в дальнюю сторону от себя и основные разрушения именно в той стороне, но и комнатке, где я пережил большой бабах, тоже здорово досталось.

По плану на коммуникаторе, я нанес серьезные разрушения примерно одной четверти базы, надо не забывать, что еще корпус звездолета находится внутри огромного здания. Он то, конечно, гораздо крепче всего остального здания, но, основные балки крепятся именно к нему, как рассказали мне Местные, отвечая на мои вопросы.

Они серьезно изучили устройство таких сооружений на своих, подвергшихся подобному захвату, планетах, тем более, они все должны оказаться типичными.

Не удивлюсь, если еще много выживших лягушек уже опомнилось после взрыва и собираются провести спасательную операцию в этой четверти базы, рассчитывая, что я тоже убился. Ведь, они должны собрать выживших и заделать образовавшиеся щели в наружном корпусе базы.

Или спрятаться в самом звездолете, переживая разруху и поступление местного воздуха.

Поэтому я достаю из мешка еще один брикет взрывчатки, поднимаюсь на ноги и могучим броском отправляю ее катиться теперь в правую сторону. Брикет скачет и подпрыгивает, скрывается под каким-то обломком, надеюсь, направленной стороной взрыва не ко мне. Метров восемьдесят до него, гораздо дальше, чем в первый раз вышло.

Но, в какую сторону он теперь взорвется — я не знаю и холодок пробегает по потной спине.

Хотя, погнутая вторая стенка ограждения хорошо прикроет меня от нового взрыва, она прямо так по-матерински предлагает мне переждать новые разрушения под своею защитой, создавая очень острый угол с полом, так что лучше и придумать невозможно. Идеальное укрытие для меня, на самом деле. Под таким углом никакие осколки и металлические предметы ее не пробьют.

Я захожу в меню и вижу, что оно совсем недействительно, похоже, вся нейросеть слетела от взрыва. Или оставшиеся Ганги вычислили меня и принудительно отключили от нее. Или вообще всех отключили, на всякий случай.

Но, похоже, что все слетело именно от взрыва.

Все может быть, но, я не унываю, наоборот, у меня радостные ощущения и чувство счастья прямо переполняет меня.

Я сделал гораздо больше, чем собирался в самом удачном случае, и я еще жив и даже хорошо вооружен тремя брикетами взрывчатки и еще двумя бластерами, один из которых трофейный и очень красивый, прямо какой-то адмиральский, как мне кажется.

Я уже подумал было, что это ПОЗНАНИЕ или ВОСПРИЯТИЕ советуют пересидеть мне в укрытии, не начиная активных действий. Но, оба навыка точно не работают, пока хозяева не починят свою нейросеть, без которой они и сами, как без рук.

Они не видят себя, меня и вообще оторваны от управления, не могут командовать боевыми роботами или своей небольшой, но эффективной, которая не станет раздумывать ни секунды, чтобы умереть за них, армией.

Наверняка, дублирующих средств связи у Гангов сейчас и нет, впрочем, если они и есть, теперь затруднительно найти их и воспользоваться так сразу.

Мое развитое в прошлой жизни предчувствие меня все же не обмануло.

Где-то через десять минут я услышал шаги по искореженному металлу, негромкое бурчание и что кто-то прокладывает путь в эту сторону базы со стороны, которая мне не видна.

— Довольно быстро они собрались, есть какая-то военная прослойка и с организацией порядок, — подумал я, заметив наконец приближающиеся ко мне фигуры из центра базы.

Ганги-лягушки уже успели надеть прозрачные шлемы на головы, какие-то защитные доспехи на туловище и задние конечности тоже чем-то защитном, как и передние, в которых они сжимают такие же бластеры, как и тот, который я поднял с тела 006-го.

Похоже, что это серьезные агрегаты и для 006-го это оказалось как бы подарочное и почетное оружие. Было таким.

Парочка оккупантов непрерывно смотрит вперед, контролируя пространство перед собой, остальные раздвигают обломки и поврежденные конструкции, достают тела из-под них и после первого взгляда оставляют лежать на местах.

Понятно, что в центре взрыва в живых не мог никто остаться и теперь медленно, но, верно новая партия смельчаков заходит в зону действия закатившейся под обломки взрывчатки.

Я жду еще несколько минут и собираюсь ждать дальше, но, кто-то из поисковой партии приподнял неудачно для себя обломок конструкции, нашел мой брикет взрывчатки и по поднявшемуся переполоху я понял, что тянуть больше нет смысла.

Выставив руку в сторону ловушки, я нажал ее личный брелок, привязанный именно к этому брикету и нырнул в укрытие, успев заметить, как рядом тут же прошел луч бластера.

То, что кто-то успел среагировать на мое легкое движение и даже достаточно метко выстрелить рядом, говорит, что стрелок довольно опасный тип. Надеюсь, через три секунды его опасность окажется в прошлом.

Был, ибо отщелкали еще две оставшиеся секунды и неимоверной силы грохот свалился на мою, слава богу, в крепком шлеме с закрытыми слуховыми перегородками и выдвинувшимся фильтром от ядовитых газов, уже немного пострадавшую голову.

Меня еще сильнее прижало загнутой стенкой, рядом послышались множественные звуки прилетевших и ударившихся о наружную стену предметов, несколько из них упало на мою защиту, и я не сразу смог подтянуть колени, чтобы отодвинуть стенку-спасительницу от себя.

Когда улегся первый слой летающих по освободившемуся пространству легких предметов и остатков от каких-то оранжерей, я выбрался в сторону от убежища и наткнулся на взгляд переломанного и умирающего Ганга, принесенного взрывом в стенку прямо надо мной и теперь лежащего на моей защите.

Я еще успел прошипеть ему в треснутый прозрачный шлем, что я пришел за вами всеми тварями и легко вы не умрете, но, кажется, он уже умер, не дослушав знакомый с детства ему язык и мои грозные обещания.

Первый же взгляд на место взрыва показал мне пустое пространство, протянувшееся теперь метров на сто дальше и даже стену, обозначающую конец базы.

По примерному плану она и должна быть метров двести на двести, в несколько этажей, насколько я помню. Теперь уцелели только верхние этажи, как мне видно отсюда и еще взрыв перекинул кучу конструкции и оставшегося оборудования в конец базы, обнажив еще несколько повреждений во внешней обшивке несущей стены.

Думаю, теперь количество желающих отправить поисковую партия сильно поуменьшится, хотя, мне кажется, что живых и не сильно поврежденных Гангов осталось очень мало, может, и вообще нет.

И нейросеть они точно уже не восстановят, не смогут вызвать поддержку из казарм. Может, и боевые роботы остановились в момент, потеряв управляющий сигнал, перестав гоняться за моими товарищами.

Ладно, много чего хорошего принесли взрывы ловко подкинутой мной взрывчатки.