В объятиях страха, или За котом на край Вселенной - Лунёва Мария - Страница 99

– А в майке он мне все равно больше нравится, – шепнула я Ким.

– Вот только ему об этом не вздумай говорить, – прошипела она в ответ. – Я ему костюм два дня подбирала. Уговаривала. Убеждала, что тебе неудобно будет, если он появится просто в брюках и рубашке.

– Я гляжу, на Дика ты повлиять не смогла, – хмыкнула я, рассматривая нашего здоровяка.

Брат моего мужа стоял рядом с ним в рубашке навыпуск дикой расцветки.

Ким только вздохнула.

– Так! Мужчину мне не портить! – командным голосом выдала Ти-си. – Мне нравится этот креатив… Эта необузданность…

Я лишь поджала губы.

– Молчи, – умоляюще шикнула на меня Ким, – хоть Ти-си на него клюнула. Хорошо, что ей обоняние не вмонтировали, а то быстро бы сбежала, ощутив аромат его вечно раскиданных по комнате носков.

Хрюкнув, я снова смолчала.

– Пойдем, сестричка. – Маркус взял меня под руку и повел вперед, прямо по белоснежному песку.

– А почему ты мне не сказал о том, что обнаружил при обследовании? – шепнула я.

– Кто сдал? Ан? – Маркус обернулся на нашего друга.

– Так еще и он знает! – Нет, ну это уже сговор получается.

– Я все всегда знаю, – прилетело мне в спину от Друза.

– Ага, а я не знаю, – всполошилась Ким. – А о чем я должна знать?

– Обследование. – Ти-си зависла. – Беременность?! Ух ты! Малыш!

– Лидия, ты беременна! – Вопль Ким разнесся по пляжу.

– Так, дайте ей спокойно выйти замуж, а все остальное завтра, – рявкнул Мари.

– Ты станешь дядей. – Я легонько толкнула его плечом.

– О, поверь, я это дело уже отпраздновал.

– Сам на сам? – нахмурилась я.

– С твоим мужем, конечно. – На его лице появилась хитрющая улыбка.

– И со мной, – снова раздалось за спиной от довольного Ана.

– Все, собрались, – шикнула Ти-си, – там уже Кир нервничает.

Мы сделали серьезные лица и молча пошли вперед.

Мои мужчины ждали меня у алтаря.

Остановившись, я улыбнулась Киру. Он держал на поводке Мумрика. Кот, не понимая, чего вообще все собрались, пристально поглядывал на летающих чаек и дергал хвостом.

Переведя взгляд на Айзека, я забыла, как дышать. Столько нежности и любви было в его глазах.

– Я отдаю тебе, Лоу, самое дорогое, что у меня есть, – торжественно произнес Мари под пышной аркой из маков. – Надеюсь, ты понимаешь, насколько она бесценна. Насколько прекрасна!

– Она любима, Дигри, и желанна. – Айзек повернулся и кивнул моему брату. – Я обещаю тебе заботиться о ней. Уважать, баловать. Окружать теплом и уютом. К тому же тебе нечего переживать – ведь я отдал тебе самое ценное, что было у меня. – И он подмигнул Ким.

Мари хмыкнул, а затем, взяв мою ладонь, вложил ее в ладонь Айзека.

– Лучшего мужа для своей сестрички я и пожелать не мог. Не обижай ее даже словом.

На глазах брата выступили слезы. Я и представить не могла, насколько близко к сердцу он все принимал.

– Мари, – тихо произнесла я, – никуда я от тебя не денусь. Всегда буду под присмотром.

– И все равно пусть ценит, – проворчал он и отошел на шаг.

Подняв мою ладонь, Айзек коснулся губами пальцев.

– Я люблю тебя, Лидия Лоу. Ты мое сердце. – В его глазах заплясали чертики. – И в одном ты права – глаз с четы Дигри не спустим. Будут у нас на виду.

Засмеявшись, я взглянула на регистратора, стоящего рядом с алтарем.

Через несколько минут мы произнесли друг другу клятвы верности и любви. А заодно и прикупили нашему мальчугану новый паспорт.

Киррен Лоу был весьма доволен, получив его.

На следующий день

Зайдя на мостик, я покосилась на сидящего в кресле Маркуса. Обычно здесь было куда оживленнее с утра. Брат обернулся и кивнул мне на кресло рядом.

– Ким сказала – ты зовешь…

– Хочу, чтобы ты посмотрела со мной новости.

– Новости. – Я приподняла бровь. – Там есть что-то интересное для меня?

– Садись. – Он снова кивнул на кресло и нажал клавишу на пульте.

На большом экране появился новостной канал.

– Добрый день, в студии ЕМН Элджо Капрински и Эдвард Гаремски.

– Новость дня: вчера на парковке Илистрон-хауса был убит разорившийся владелец рухнувшей корпорации Льюис Илистрон. Напомним, после просочившейся в прессу информации о его прямом участии в экспериментах на станции «Ойкон-13» и сокрытии им факта обнаружения там неизвестной формы жизни было возбуждено уголовное дело. Льюису Илистрону грозил реальный тюремный срок…

– Элджо, хочу напомнить нашим зрителям, что этот человек не просто сознательно подделывал биологические экспертизы, но и послал собственную дочь на смерть. Напомним, что Лидия Илистрон погибла во время взрыва на станции. Взрыва, который организовал ее родной отец!

– Да, Эдвард, доказательств этому было предоставлено немало. Перед самой смертью Лидия Илистрон успела отправить всю информацию не кому-нибудь, а в СМИ, зная, что здесь не станут скрывать факты.

– Что ж, кто бы ни заказал убийство этого человека, мотивы его ясны.

– Месть! Уж слишком много смертей на совести у господина Илистрона…

На экране появилось изображение такой знакомой мне парковки. Та же стальная дверь. Темные панели. Я даже знала, с какого угла снимала камера наружного наблюдения.

Дверь открылась, и вышел отец. За ним Мамлиза. Она что-то говорила, жестикулируя, и вдруг вспышка. Мужчина пошатнулся и рухнул на пол. Мамлиза заверещала, заляпанная брызгами его крови.

Я малодушно отвернулась. На мои плечи легли тяжелые ладони мужа.

– Я не повторяю ошибок других, Лидия, – тихо, но четко проговорил Айзек. – Я не оставляю врагов за спиной. Так нам всем будет легче жить. Да, это слишком милосердно. Да, стоило бы его помучить, но… Я не хочу выходить из корабля и постоянно оборачиваться. Хочу крепко спать, а не пробивать по ночам у падальщиков и по каналам федералов, а не ищут ли нас. Илистрон получил свое. Пусть легкая смерть будет ему прощальным подарком. У нас будет малыш, и вашу с Маркусом судьбу он не повторит. Исполнители – падальщики, найти их невозможно. Все концы в воду.

Сглотнув, я ощутила легкую горечь и в то же время такое облегчение. Вот теперь действительно все. Можно ставить точку на своем прошлом и двигаться вперед.

Маркус взял мою ладонь и крепко сжал. Улыбнувшись, я стиснула его руку.

Теперь у нас с ним было будущее. Светлое и безопасное. Счастливое. То, которое этот мужчина отнял, забрав жизни наших родителей.