Анна (СИ) - Катани Лилиан - Страница 84

— После — он мне не указ. Я стану представителем рода. Если выйду замуж, то Булстроудов поглотят.

— А кого-то в род взять?

— Сил не хватит, — Милли чуть задумалась, — и умений тоже. Понимаешь, Роду всё равно не жить — либо я останусь старой девой вечно, либо придётся войти в чей-то род. Гойл и Кребб лучшие друзья. Эти уроды уже всё решили. Как только бабуля умрёт, то после возвращения домой меня уложат на алтарь Креббов.

— А как Гойл узнает о том, что бабушка умерла?

— В смысле?

— Ну представь — бабуля скончалась. Как ты узнаешь?

— Приеду домой и увижу.

— А Лорд?

— Скажу.

— Что будет, если ему не сказать?

— Он всё равно узнает.

— Каким образом?

— Первое — мне кушать будет нечего. И второе — после смерти чистокровного волшебника его тело предается алтарю, который выкачивает кровь, а обескровленная мумия хоронится в склепе. На большом гобелене высвечивается, что человек умер.

— У Гойлов есть гобелен с именем твоей бабушки?

— Э-э-э, нет, но, думаю, что у кого-то всё равно есть. А, у Эйвери, но он в Азкабане, а родня в Италии. Не пойму — к чему ты клонишь?

— Я предлагаю в случае кончины твоей бабули никому и ничего не говорить. Тело поместить в стазис и спокойно доучиться до СОВ.

— А потом?

— Поехали со мной в Штаты?

— Денег нет.

— Я дам…

— Я не возьму.

— Булстроуд, — разозлилась я, — хватит нести чушь! Возьмёшь и никуда не денешься, ясно! Твои родители и бабушка явно не хотели для тебя судьбы племенной кобылы! Всё, решили!

— Наверное, — всхлипнула Милисента, садясь на скамейку, — ты права.

А затем был ожидаемый финал этой истории — мы ревели, обняв друг друга.

Будстроуд упёртая, как баран, но согласилась легко. Видимо, всё не просто плохо, а ужасно. Её нежелание выходить замуж за свиноподобного Кребба я вполне понимаю. Винсент был боровом как внешне, так и внутренне — чавкал, вонял, ходил в грязной одежде и «радовал» окружающих абсолютным отсутствием манер, а ещё был очень жесток. Малфой по сравнению с ним — галантный и приятный собеседник. Школьники связывали это с отсутствием у парня матери — его воспитанием занимались старенькая бабушка и домовой эльф. Как бы там ни было, я рада, что Милли свалит из этого серпентария под названием «Туманный Альбион» и не станет женой будущего лорда Кребба. Главное, не проболтаться раньше времени и свалить по-тихому.

Из класса мы вышли ближе к одиннадцати вечера (пока наревелись, пока наговорились, пока мерки сняли), а затем нас нашёл Филч, который очень хотел влепить отработки, но женские слёзы творят чудеса. Мужчина довел Булстроуд, а затем меня до гостиной, где я попала в цепкие руки своего декана и, получив нагоняй, отправилась спать.

* * *

Новый учебный год начался не очень приятно — первыми уроками стояла Травология, на которой мы собирали гной бубонтюбера, а третий и чётвертый — Трансфигурация, после обеда Нумерология и Чары. Встретиться с Милли я смогла только после ужина в аудитории факультатива рукоделия, где Булстроуд, одетая в новую мантию и форму, поведала, как она сходила с Флинтом в Хогсмид. Теперь в деревне думают, что он её жених. Миллисент со смехом рассказала о том, как они в семь утра покупали форму, ботинки и ещё что-то по мелочи. Маркус был готов заавадить себя прямо там. Подозреваю, что подруга специально поиздевалась над учеником Снегга, знать бы ещё, за что.

Остаток вечера и до самого отбоя мы распарывали старые мантии Милли, чтобы сшить ещё одну рабочую и одну зимнюю, а также искали в общих обрезках ткань для нижнего белья и других девичьих деталей гардероба. Было решено заказать обувь в обычном мире через моих опекунов — отправили с Воровкой письмо и стельку из ботинок. Джессика женщина умная — поймёт, что к чему. Миллисент захотела себе тяжелые Гриндерсы до колена с мощной подошвой и точно такие же зимние ботинки, только чуть пониже. Похоже, не я одна предпочитаю сразу лупить по яй… ой, по мужским гениталиям. Мне для этих целей мощные ботинки из рок-атрибутики ни к чему — коленкой врежу. Свои красивые лакированные туфли и сапожки менять не собираюсь. О том, что скоро отбой, напомнила миссис Норрис, выскочившая из лаза за гобеленом. Пришлось отставить работу до завтра.

Задумавшись, я не заметила, как очутилась в спальне, где царил полный хаос — разбросанные трусики, юбки, платья, кольца, шарфы, мантии, форма и среди всего этого «великолепия» торчащие из школьного сундука ноги Боунс и Мун.

— У нас ревизия или налоговая проверка?

— Не угадала, — ответила Лаванда Браун, грызущая яблоко на кровати Ханны, — поиски чего-то там на Святочный бал.

— И при этом нужно устраивать апокалипсис! — язвительно сказала Джонс, гладя разомлевшего Василия.

— Ой, кто бы говорил! — высунулась Ли из сундука. — Сама точно также искала!

— Я искала мантию и защиту для квиддича, а не заколочки с бюстгальтерами. И всё было в пределах кровати, в отличие от некоторых!

— Я посмотрю на тебя, когда Святочный бал будет!

— Делать мне больше нечего, как в ваших балах участвовать! Анна, ты идёшь на бал?

— Если мантию успею сшить, то схожу. Я вообще планирую в Штаты рвануть.

— В Америке земля мёдом течёт (прим авт. аналог выражения «Что тебе там, медом намазано?»)? — спросила Сьюзен.

— Примерно так. Буду поступать после седьмого курса, а сейчас знакомлюсь с требованиями и проектами, чтобы попасть на бесплатное место.

— А Блэк?

— В поле ромашки собирает, — видимо, Боунс сказала тётке про то, что Сириус пытается связаться со мной. — Письмо я сожгла, сову, которую он ко мне подсылал, чтобы ему ответ написать — прогнала. Мне эти чистокровные заморочки не нужны.

— Ну и дура, — припечатала племянница главы Департамента правопорядка и вновь погрузилась в сундук.

— И почему сразу дура? — вмешалась Джонс. — Я бы тоже отказалась от таких родственничков, как Малфои и Лестрейнджи. Правильно, Морозова, пошли они все… ромашки собирать!

В этот момент Боунс выбралась из сундука, собираясь что-то ответить, но в разговор влезла Браун:

— Девочки, не ссорьтесь. Энн сама решит, что ей надо и как.

— Кстати, — спросила я, — ты к нам насовсем?

— Нет. Сегодня переночую на кровати Ханны — она разрешила.

— Почему не у себя?

— Мисс бурундук надоела уже. Она метит в старосты и создала свое сообщество ГАВНЭ.

— Сообщества чего? — переспросила Ли, высовываясь из сундука.

— Короче, требует освободить домовых эльфов.

— Дура, — сказала Боунс и снова нырнула в злосчастный сундук.

Я была согласна со Сьюзен полностью. Домовики или домовые эльфы появлялись, когда резерв алтаря переполнен и магическую силу нужно куда-то слить. Появившийся на свет домовичок питается магией, разлитой вокруг, а за это выполняет различную работу. Канал алтаря — это как белки для организма, а всевозможные заклинания — жиры и углеводы. Освободить эльфов — значит, отрезать их от источника «белка». Для эльфов трансфигурационные заклинания — это «жиры». Чары — «углеводы». А долго ли организм протянет на такой диете? Учитывая, что Грейнджер почти всю адаптационную неделю просидела в библиотеке за учебниками второго курса, то таких подробностей она не знала. Просветить или не стоит? Хотя, может и знает, но из-за требований к претендентам на значок старосты создала такое общество. Это как с пролайф — много ума не надо, чтобы постить картиночки «Мамочка, не убивай меня» и на митинге подержать пару плакатиков, ну, может ещё на несчастную женщину надавить. А как до реальной помощи доходит — посидеть с ребенком, мать которого отговорили от аборта или деньгами поддержать — так сразу в кусты. Похоже, что и тут Грейнджер создала нечто подобное — ходит по школе с гордым видом, агитирует школьников, а как с проблемами разбираться — так она сразу будет не при делах. Потребуют домовики свободы, отрежут их от кормушки, выгонят из школы и куда им? Сдохнут ведь.