Анна (СИ) - Катани Лилиан - Страница 46

В купе оказался весь второй курс Пуффендуя, кроме Ли, а также Булстроуд, обе Патил и Лаванда Браун. Мы начали рассказывать о прошедших праздничных днях, хвастаться подарками и рассказывать о забавных случаях на каникулах. Я поведала о борьбе с лисами и енотами, правда, умолчала о том, что зелье сама варила. Пусть думают, что купила его.

В купе заглянули сестры Гринграсс, затем Салли Перкс. Мун так и не появилась. Мы наколдовали подушек и уселись прямо на полу. Девочки хвастались обновками, купленными или подаренными на Рождество. Я в шутку предложила дать объявление о продаже ненужных вещей, поскольку у меня скопилась целая гора платьиц для принцесс и красивых кукол. Девчонки ухватились за идею и началось бурное обсуждение, как это организовать. До сих пор в Хогвартсе почему-то не было барахолки «Продам-Куплю». Ребята либо обменивались чем-то, либо искали покупателя лично.

 — Идея хорошая, — сказала Сьюзен, — главное, чтобы нам разрешили. Это надо к нашему декану — она поможет.

 — Или к Флитвику, — заметила Падма, — от МагГоннагал никакого толку. Её много раз просили помочь с трансфигурацией в общей гостиной и в спальнях, раз у нас нет комендантов в общежитиях.

 — А она? — поинтересовалась Дафна.

 — Только головой кивает и ничего не делает.

 — Почему у вас нет комендантов? — спросила Ханна.

 — Близнецы, Спиннет и Белл. Из-за них никто не хочет связываться с общежитиями Гриффиндора.

 — А мы думали, что из-за Поттера, — встряла Астория.

 — Не напоминай нам про этого наследника! — хором взорвались Патил.

 — Да какой он наследник! — вмешалась я, — Слизерин в гробу перевернулся бы! Да и странно это…

 — Что странно? — переспросила Мили.

 — Поттер же сирота и воспитывается маггловскими родственниками?

 — Да, — ответила Боунс.

 — Я тоже сирота. А теперь сравни его и меня.

 — Ты же девочка… — начала Дафна.

 — Будто у меня был выбор, — проворчала я. — Не в гендерной принадлежности дело.

 — Какой? — переспросила Астория.

 — Половой принадлежности, — подала голос Салли.

 — Так вот. Мне, как сироте, раз в год положена путевка в оздоровительный лагерь, выделяются деньги на одежду, учебные принадлежности, а моим опекунам платят зарплату за моё воспитание. Также у меня есть куратор, который проверяет перед школой всю форму и канцелярию. Не дай Мерлин что-то окажется подержанным — всё только новое или прошлогоднее. А ещё регулярные медицинские осмотры. У меня в карточке указано, что я, извините, девственница! И опекунам, как и директору школы, очень будет плохо, если до шестнадцати лет обнаружится, что это не так. А теперь вернёмся к Поттеру. Он сирота, которому положено то же, что и мне. И где всё это? У него джинсы и рубашка с чужого плеча. Ботинки явно не его размера. Про сломанные очки вообще молчу.

 — За сиротами в маггловском мире такой сильный пригляд?

 — Да. Я в конце года пишу заявление на выдачу маггловского табеля, чтобы предъявить его органам опеки.

 — Действительно, странно.

Девочки стали обсуждать странности в поведении Поттера, потом разговор перекинулся на Уизли, с них на квиддич, а затем на деканов. За сплетнями время пролетело незаметно, и вот мы уже стоим на платформе в Хогсмите.

К большой толпе школьников подкатили огромные кареты, запряжённые страшными лошадьми. Животные были ростом с обычную лошадь, чёрные, обтянутые кожей, с длинной мордой и клыками как у саблезубых тигров, из волос — только короткий хвост и грива, а вместо глаз — чёрные провалы. Было ощущение, что зверей недокармливают — рёбра можно было легко пересчитать.

 — Их не кормят, что ли? — возмутилась я вслух.

 — Ты о ком? — спросила Милли.

 — О лошадях, — ответила я, забираясь в карету к слизеринкам.

 — Каких?

 — Да тех, что карету везут, — меня начало раздражать непонимание Миллисент.

 — Ты их видишь?

 — Лошадей? Да, вижу.

 — Это не лошади, — объяснила Дафна, — это фестралы. Их видят те, кто узрел смерть.

 — Кто-то при тебе должен откинуть копыта, чтобы ты их увидела, — ядовито сказала Астория, и произнесла, обращаясь к Дафне, — заканчивай свой балаган с «Узрите свет», «Отриньте тьму»! Трелони недоделанная!

 — Вообще-то наоборот — сначала тьма, — смутившись, ответила Дафна.

 — Можно подробней про фестралов? — перебила я.

 — Относятся к магическим существам, — начала отвечать Миллисент, — видимы только для тех, у кого на их глазах кто-то умер. Хогвартские — миролюбивы. Кареты таскают, летают с посылками в другие страны. Дикие фестралы — опасны. Могут и скушать человека — они хищники.

Показались огни школы. Девочки примолкли. Замок встретил нас холодными коридорами, вкусным ужином и злыми преподавателями. Как я выяснила позже, когда отправилась в больничное крыло проведать Васю и мальчишек, виной плохого настроения профессоров была Грейнджер. Увидела я её случайно — профессор Локонс зашел в больничное крыло проведать всех и передать свои фото с автографом. Мужчина отодвинул ширму и… Уж не знаю, кто её заколдовал, но Гермиона обзавелась шикарной кошачьей головой, хвостом и лапками. Снегг варил для неё какие-то зелья и мази, чтобы она поправилась. Если декан зелёных зол, то он портит настроение всем, включая директора. Локонс пулей вылетел из больничного крыла, бормоча что-то невразумительное, а из-за ширмы послышались сдавленные рыдания. Было мне её жаль? Нет, определённо нет.

Своими наблюдениями о том, что Грейнджер находится в больничном крыле с проблемами по мохнатой части, я поделилась с девочками, и по школе стала гулять новая сплетня о том, что бравая гриффиндорка пала жертвой наследника Слизерина.

Мозговой центр золотого трио выписали из больничного крыла в начале февраля. За это время каких только сплетен об её исчезновении не было. Самая популярная — очередная жертва Наследника, второй по популярности была версия про внезапную беременность и аборт, который является страшным грехом в магическом мире. Третья, больше похожая на правду, — неудачный эксперимент самой Гермионы или братьев Уизли. Уж совсем бредовой выглядела версия про то, что она и есть наследница Слизерина.

Пятого февраля мы с Ли Мун направлялись на урок ЗОТИ. Судя по заданному эссе, сражаться нам сегодня с вампирами. Интересно, кто будет играть нечисть? Опять Смита заставит, а тот и рад стараться — он сочинения не пишет, лень, отрабатывает актерским мастерством.

 — И всё же, — вновь и вновь возвращалась Мун к истории с Грейнджер, которая позавчера вернулась к занятиям, — её вылечили быстро. А почему остальных — нет?

 — Она же не окаменела. Просто неудачно поэкспериментировала, или над ней кто-то подшутил.

 — Над остальными, значит, тоже пошутили? Эн, ты в это веришь? По-любому здесь золотая троица замешана! А им всё сходит с рук! Вчера Уизли и Поттер летали после отбоя, и ничего им не было. Даже Снегг промолчал.

Возле туалета на втором этаже пол был скользкий — вода превратилась в лёд.

 — Ты куда? — спросила я Ли.

 — Попу морозить, — ответила подруга и, передвигаясь скользящим шагом, скрылась в туалете.

 — Ты долго? — крикнула я ей через три минуты ожидания.

 — Смотри, что нашла! — Мун вышла из туалета, сияя, как новогодняя елка.

 — Что за figna? — спросила я, брезгливо взяв из её рук чёрную тетрадь в кожаном переплёте.

 — Книжка.

 — Ага, вижу, — фыркнула я, перелистывая пустые бумажные страницы, — мокрый, старый, дешёвенький блокнот. У тебя денег нет на новый? Занять?

 — Он такой…

 — Склизкий и мерзкий, — ответила я и бросила книженцию обратно в туалет. Видимо, зря в школе не играла в баскетбол — блокнот, пролетев над перегородками, приземлился в самую дальнюю кабинку. Судя по истеричному крику и звуку воды, я попала в местное привидение — Плаксу Миртл.

 — Пошли отсюда, — сказала Ли, потянув меня за рукав, — сейчас опять вода натечёт, а трансфигурировать ботинки в коньки я не умею.