Анна (СИ) - Катани Лилиан - Страница 133

— Да сколько можно? Пап! Угомони их! — попросила дочь отца.

— Папа, давай поедем в гостиницу, там телевизор и попкорн есть, — тут же отреагировал Макс.

— Дядя… Ну пожа-а-алуйста, — включился Ричард.

— Да, пап, уведи их! — отозвалась Софья, не отрывая взгляда от пирамиды.

— Сиди с ней, — влезла я, — мы в гостинице будем.

Для меня слишком велик соблазн посидеть в тишине номера, а не слушать заунывное: «Ахалай-махалай». Северусу, как ученому, это интересно, а мы с мальчишками и половины того, что видит Софья, не наблюдаем. На травки-муравки с видоизменёнными свойствами нам фиолетово. Поэтому лучше мы посмотрим бой, а потом рванём в Сан-Франциско к дяде Дэну и на Пирс 39. Я проинспектирую свои магазинчики, а дети вдоволь набегаются и закупятся всякой ерундой.

Видя моё довольное лицо, Северус скривился — похоже, он тоже хотел сбежать, предоставив сбор растений и присмотр за Софьей мне, но я успела первой заявить о намерениях, а спорить он не будет.

За прошедшие годы, на мой взгляд, любовь между нами так и не появилась — уважение, привязанность, зависимость, но не любовь. Почему? Да потому, что перед глазами пример Рабастана с Милли, которые держатся за ручки, хихикают, обнимаются и милуются, никого не стесняясь. Нет, я переживаю за мужа, жду его со всяких конференций, да и с половой жизнью у нас всё в порядке, но такого, чтобы «Ах, какая любовь!» у нас нет. Да, тот вечер, когда подруга отправила меня в комнату, пробил брешь в стене молчания и отчуждения между нами: я стала ночевать в спальне, в одной постели с мужем. Думаю, понятно, что через какое-то время мы перестали ограничиваться только сном — Северус мужчина, и потребности у него тоже есть, да и я не железная. Но желания тела и души — это разные вещи. Головой-то мы оба понимали, что всё нормально и так и должно быть, а сердце принимать отказывалось — он не мог переступить через хогвартское «учитель-ученица», честно признавшись, что чувствует себя педофилом. А я... а что я? Как там у Пугачевой? Сильная женщина плачет у окна. Да и подросшие дети добавляли совместных тем для разговора — одни выкрутасы Софьи чего стоили! Кстати, о детях: как только им исполнилось по три года, эта парочка завела привычку спать вместе с мамой и папой, притаскивая с собой котов, которых у нас стало четверо (спасибо Васе: он себе подданных завёл!). Так и спали — я, Макс, Софи, Северус и коты в ногах. Ну, прямо идиллия! Правда, чем старше становились дети, тем больше это тянуло на триллер с элементами мелодрамы — супруг постоянно отпаивал меня успокоительными после проделок Софьи и Макса. До сих пор помню эту коровью голову, которая мычала на весь дом — я двое суток спать нормально не могла! И мёртвого кота тоже никогда не забуду — неделю свет на ночь не выключала. Хорошо, что Северус всё же переборол себя и перестал воспринимать меня, как бывшую ученицу, относясь более ровно и спокойно. Даже переживал за меня, иногда... Честно говоря, я и сама запуталась, что у нас: то ли взаимовыгодное сотрудничество, то ли привычка, то ли ещё что-то.

Ну, да не об этом речь, а о том, что у меня образовался свободный денёк, который можно потратить с пользой и устроить внеплановую проверку. Ух, какая я кровожадная!

Мальчишки, узнав о моих планах, решили не ждать бой, а сразу отправиться на Пирс, но нужно было забрать вещи и расплатиться с администратором.

В США мы перенеслись ближе к девяти утра. Дети ушли в торговый центр (там телевизор есть), а я — проводить ревизию в двух магазинах: один с одеждой и аксессуарами, другой с сувенирами и картинами.

Да, мы с подругой добились своего — два магазинчика на Пирсе 39, один в нашем городке, один в Огасте (главный город штата Мэн) и лавка сувениров в аэропорту Кеннеди. Хотелось ещё больше, но труд ручной, то есть горизонтальный — кроме нас, так больше никто не может, поэтому смысла ломиться в Нью-Йорк нет. Северус тоже не считал нужным вырываться за пределы штата Мэн — кому надо, и из Норвегии за зельем приплывёт. Слава о гениальном зельеваре Сайрусе Лестрейндже гремела далеко за пределами США — он создал зелье, помогающее перевести оборотничество в анимагию (правда, только для тех, кому ещё нет шести лет). Супруг помог мне освоиться с доставшимся в наследство даром анимага — спасибо модифицированному зелью. Оказалось, что я превращаюсь в росомаху, правда, габаритами больше похожа на медведя. Каких-либо изменений в себе или обязательств мы не заметили — мясо я всегда предпочитала конфетам, упёртостью же отличалась всю свою жизнь. Так что пить дополнительные зелья для стабилизации дара и психики мне не пришлось, но Северус всё же варил мне некоторые зелья, облегчающие процесс перехода в анимагическую форму и обратно. Патентовать эту разработку он не стал, выбрав другое направление.

Снегг нацелился на рынок детских товаров — сладкие микстуры, противопростудные, препараты для маггловских детей и детей сквибов под видом гомеопатических и биологически активных добавок. Заработок не то, чтобы большой, но стабильный — на жемчужный гарнитур к семнадцатилетию Софи хватило и на платье осталось. Правда, платье пришлось срочно переделывать — рыжий кот-мурлыка прошёлся по нему грязными лапами и подрал когтями. Видимо, специально — с Северусом они друг друга так и не полюбили, а раз вещь принёс ненавистный член семьи, то на неё надо нагадить. Как по мне — он просто ревновал. Ну, да не о нём речь, а о деньгах, которые мы получаем.

Моя зарплата была больше, чем у мужа, но лидером по части зарабатывания денег для семейного бюджета стал Рабастан, который стал охотником на нечисть (Винчестер недоделанный!) избавляя волшебников и простых людей от разной пакости. Свежий пример: из Японии привезли сувенир — бутылку саке. Ну кто же знал, что в ней джинн сидит?! Эти существа были как дементоры наоборот — вызывали хорошие воспоминания и погружали в мир грез, пока они пожирают душу.

Короче говоря — дядюшка нашёл себя, мотаясь по стране и уничтожая всякую гадость. Дэн тоже мотался по стране, точнее, странам, являясь представителем Магической Америки в области экспорта магтоваров и был самым любимым дядей у всех детей, потому что привозил кучу сувениров и подарков. Первые лет семь я, честно говоря, жалела, что взяла его в Род — он остался в Сан-Франциско, магии тянул ого-го сколько (видимо, поэтому тогда и не бабахнуло, потому что Уилсон всё себе забрал), а толку ноль. Потом, когда Дэн стал работать на правительство, мы через него продавали мои товары, зелья Северуса, картины Милли, а также всякие природные материалы типа волос русалок или чешуи магической змеи, которые в изобилии водились вокруг дома. Наибольшей популярностью пользовались части животных и растений, которые расходились по Европе, как горячие пирожки. А одежду и аксессуары к ней почти полностью выкупали англичане — снежинка, которую я выбрала своим знаком ещё в Хогвартсе, теперь была узнаваемым брендом под названием «Morozzz». Да, я решила взять часть фамилии, под которой меня знали Грейнджер и компания. Кстати, о них — судьба была благосклонна к британскому герою — он стал начальником аврората, взяв своего друга Рона замом, а подружку Гермиону — секретарём. Насколько я знаю, трио там и по сей день работает, но, учитывая, что контрабанда ввозится и вывозится в магическую Британию тоннами — дело они своё знают плохо или в доле с контрабандистами. Почему-то мне кажется, что последнее, — Грейнджер всегда была немного ушлой. Я была удивлена, что она вышла замуж за Уизли, — у Поттера-то денег больше. У других моих английских знакомых всё сложилось очень даже неплохо — Малфой, Нотт и остальные личности, не арестованные или избежавшие Азкабана с нашей помощью, присылали благодарности в виде различных книг и артефактов Лестрейнджей, которые были когда-то им подарены или где-то выкуплены. Надо отдать им должное — бывшие Пожиратели не стремились увидеться, делая вид, что искренне верят в то, что это всё смогла провернуть вчерашняя школьница. Правда, Долохов один раз заявился к нам. Он поблагодарил за свободу и участок, а также уточнил какие-то сведения у дядюшки, касающиеся мести, прав на Главу Рода и переноса алтаря целиком. Вскоре после этой встречи Миранда сменила фамилию с Мист на Долгопупс, родив пухлого малыша, которого назвала, вопреки воле бабки Нева, Иваном. Представьте, какой там был скандал! Что до самой Августы — её больше нет в живых, как и Френка с Алисой. Официальная версия — старушка устала от постоянных трат и ухода за больными, удавив их подушкой, а затем померла сама, не выдержав отката. Невилл после смерти почти всех кровных родственников запил и был сослан в Хогвартс под надзор моего декана — навоз кидать. Реально — Долохов для внучки и правнука постарался. Как он это сделал — я не знаю, но факт в том, что алтарь Долгопупсов перенесён на земли Лестрейнджей, и там же отстроен новый дом. Сказал ли он Миранде, что является её дедом, или нет — история умалчивает, но, думаю, что сказал. Сама она всё это не провернула бы, а такие операции строятся при обоюдном согласии и полном доверии.