Капсула времени (СИ) - Нэд Александр - Страница 14

Потом появились плавные колебания всего космоса и нас, — как я начал их ощущать без тела — было непонятно, но очень интересно. Осмыслить до конца новые ощущения мне не дали, вновь отключив моё сознание. И кто всегда это делает?

Вновь открываю глаза — мы на Земле… На Земле? Саныч сидел рядом на каком-то валуне и тер кончиками пальцев свои виски, его усталый голос донёсся в непривычной тональности:

— Кажется я ощутил бесконечность…

— Кажется я ощутил себя девочкой Элли, — эти слова Виталика вновь, как, впрочем, и всегда подействовали ободряюще, и я сказал:

— Рад вас видеть… эээ… друзья мои. Мы вернулись?

— Конечно же нет. Зацени пейзаж, — махнул рукой Виталик.

Первое впечатление — мы оказались на Луне: редкие камни, валуны, и уходящая почти до горизонта голая поверхность покрытая или серым пеплом, или мелкой фракцией серого песка, смахивающего на лунный реголит. Но воздух был, и его состав и плотность оказались достаточно пригодными для дыхания. Вот только весь горизонт… Вокруг нас стояла далёкая стена из желтых облаков, над головой — темно-синее небо. Взглянув под ноги, мы увидели выходы горной породы желтого цвета, она широкой полосой уходила куда-то вдаль. Саныч присел, разглядывая камни:

— Это сера…

— Напоминает «желтую дорогу». Кхм… Как в сказке, — воспоминания о недавнем сне всколыхнуло меня.

— Я надеюсь, что и наша сказка закончится удачно, друзья мои, — Саныч указал на камень с Венеры, что до сих пор держал в руке, — а эти — давайте пока уберем в рюкзаки…

Мы согласились и выполнили его просьбу.

— Саныч, я боюсь спрашивать, но скажи: куда нас чёрт занёс?

Наш командир, прежде чем ответить, внимательно посмотрел по сторонам. Взял в руки бинокль:

— Сейчас, Виталик. Вижу частично горы, но они скрыты этими желтыми облаками… Интересно: все облака от нас примерно на одинаковом расстоянии. И эта странная пустыня… На современной Земле такой нет.

— Ещё меня тревожит это видение про космос. Как можно всё это свести воедино? — я с надеждой посмотрел на руководителя.

Он поднял вверх палец:

— Это было незабвенно, честно сказать, это лучшее что я видел в жизни! Но давайте пофантазируем дальше, по лицу же нам никто не даст?

— Нет, — подтвердил Виталий.

— Мне кажется, что мы с вами стали свидетелями потрясающего события. Там, в космосе. Эта бело-желтая планета была Земля. В далекой древности. Потом с ней произошло что-то… Ну вы видели. Столкновение с тёмным объектом. Он был антиматерией или черной дырой — сказать не могу, может ни тем ни другим. Но теперь дальше: вместо колоссального взрыва мы видели фантастическое явление, энергия пошла не на разрушение, а на созидание. Появился клон, дубликат нашей матушки — Земли…

— Венера… — прошептал я.

— Правильно, Андрюша! Только вот она осталась до сих пор такой, какой Земля была миллиарды лет назад, и орбита ее пролегает ближе к Солнцу. Но вот свойства ее пород — как мы все с вами недавно убедились, в корне отличаются от земных и обладают свойствами эээ… менять положение во времени.

— Почему же наши аппараты на Венере никуда не унесло? — этот мой вопрос ненадолго смутил профессора.

— Это лишь гипотеза. Свойства они могут проявлять при близком расположении к «сестре» — Земле, точно не скажу, это дело исследователей в будущем.

— Когда нами займемся? — Виталик стал осматривать местность в бинокль. — Здесь даже травы не погрызёшь… Уезжать нам надо. Может обнимемся и вперед? Да где мы вообще?

— В архейской эре. Наверное. — устало кивал Саныч, взглянув и прищурившись на яркое солнце.

— Мы бы там умерли, — возразил я, — тогда же была ядовитая атмосфера.

— Совершенно верно, — указал профессор на горизонт, — а вот и она. Посмотри внимательно вокруг.

Я ещё раз огляделся и непонимающе посмотрел на Саныча, он объяснил:

— Что-то или кто-то любезно огородил нас от нее, дорогие ребята. И мы с вами под неким куполом, огромным, с нормальной атмосферой. А вокруг ядовитая, — аналогичная венерианской.

— Не понимаю тогда… — отмахиваясь внутри от роя гипотез ответил я. — Зачем эти видения? И что мы здесь делаем? Какова цель?

— Там впереди что-то блестит, — сказал Виталик, — прямо в конце вот этого… — указал он на желтые камни.

— Ну вот и ответ, — шумно вздохнул Саныч. Пойдемте.

Через метров сто «дороги» мы заметили какое-то странное движение под слоем песка. Там что-то шевелилось, но на поверхность себя не показывало. И слева и справа…

— Идем быстрее! — Взволнованно проговорил я. — И не наступайте на песок!

Мы ускорили шаг, я тоже посмотрел в бинокль — действительно, впереди была какая-то металлическая цель. Виталий коснулся моего плеча, и молча указал на землю, в отдалении от нас приблизительно на двадцать метров… На поверхность вылезла огромная рыба. Чешуя переливалась в солнечных лучах, длинные плавники раздвигали песок, но медленней и медленней… Чешуя больше не переливалась, стала серой. По телу пошли трещины, и вот рыбина рассыпалась в пепел… Прямо как окончание из моих диких снов.

— Останавливаться не надо… — прошептал Саныч, — в этих условиях жизнь невозможна.

Но песок продолжал шевелиться. Рыбина, потом гигантский кальмар, вот ещё невесть что с огромным панцирем… Песок словно закипел. Создания появлялись и рассыпались в пепел, снова и снова. Вот появилась какая-то ящерица с плоским хвостом, она немного пробежала и тоже рассыпалась, разделив участь своих прежних собратьев.

— Может мы сейчас в палате лежим? — с ноткой сарказма выкрикнул Виталик.

— Не останавливайтесь! Вдруг они успеют доползти до нашей дороги!

— Ё-маё, динозавр! — выкрикнул Виталик, показывая на морду какого-то велоцираптора, который заметил нас, но распался в пепел, не допрыгнув до нас совсем немного.

Мы уже бежали. Теперь уже невооруженным глазом я видел что-то большое и металлическое впереди. А по бокам от нас рассыпались в пыль бронтозавры, стегозавры… Одного растительноядного игуанодона попробовал атаковать горгозавр, но их участь была стать горками пепла или песка. Мы бежали, бежали без оглядки. Меня, например, сковывал ужас от мысли что, если какой-нибудь монстр с длинной шеей захочет дотянуться до нас чтобы понять, съедобные мы или нет. А металлическое нечто все ближе и ближе…

— Мама дорогая, эндрюсарх! — наш командир указывал на ужасно ревущее чудовище. Но махнул рукой, затем указывая на индрикотериев. — Это не просто пыль времен, это ещё и аллегория! Чтобы мы поняли!

— Скажите им что мы всё поняли! — крикнул Виталик. — Чего они скачут, и вон тот вон на меня так смотрит!

Тут я заметил, что Виталий, параллельно нашему стремительному бегу, пытается снимать происходящую вокруг нас фантасмагорию на телефон.

— Вот это правильно, — прохрипел, еле дыша, Саныч. — Только зарегистрированные данные…

— Батарейка сейчас сдохнет! — Выкрикнул Виталий, — И надо же Нине потом показать, где я все это время ошивался!

А происходящее вокруг не переставало изумлять количеством «рождённых из пепла». Вот стадо мамонтов, группа людей в звериных шкурах, один из них поднял руку в приветствии. Но рука отвалилась раньше, прежде чем древний вождь рассыпался вместе с группой своих соплеменников… Земля затряслась. Слева от нас, раздвигая горы песка, выросла огромная египетская пирамида. Звуки труб, армия фараона на марше… Бегом, дальше, дальше… Над нами летят огненные шары — справа бьют катапульты по средневековому замку… Ещё пятьдесят метров… Рёв самолётов: «этажерки» Первой мировой быстро сменились реактивными истребителями. Вот старт ракеты-носителя. Как же хотелось остановиться! Ракета не взлетела, осев горой пепла. Вот толпа людей… Открывают мост на остров Русский… Мы замедлили бег. Впереди был… На нашей «жёлтой дороге» стоял…

— Это он, как его, — начал Виталий.

— Это спускаемый аппарат, что привёз образцы, — уточнил наш командир.

Я посмотрел вправо, удивляться я уже перестал и почти равнодушно лицезрел как недалеко, ломая отсеки и модули, переворачивается в песке, Международная космическая станция, еще пару секунд и ее нет… Теперь я перевёл взгляд на спускаемый аппарат, к которому мы почти подошли и сказал: