Децема. Начало (СИ) - "Мари Явь" - Страница 50

Кажется, в космосе и то громче.

Глядя на старика, я готовилась к худшему. Он что, собирался и это моё решение оспорить? Они не хотят уходить из клана, но служить мне не хотят тоже? Однако Олафер понимал, что его отказ будет выглядеть непоследовательно на фоне предыдущих советов, поэтому коротко кивнул. Этого было вполне достаточно, чтобы я облегчённо выдохнула. Конечно, работа моей няньки — не предел мечтаний для великого мастера, но Олафер был идеальным кандидатом: терпеливым, опытным, уважаемым… совершенно непохожим на Диса, а это в последнее время — важный критерий для поиска союзников и друзей. Дис же… Он заставлял меня нервничать, даже когда просто сидел рядом и молчал.

Поэтому, получив желаемый ответ, я поднялась с места.

— Благодарю Великий Совет за внимание. Встретимся за ужином. Я приду, как только переоденусь, — сказала я, имея в виду совсем не одежду.

Между бронежилетом и татуировкой, я выбрала более надёжный вариант, ведь, очевидно, краска на моей коже предотвратит покушение вовсе, а не просто поможет его пережить. Не говоря уже о том, что клановый рисунок — обязательный элемент костюма для босса Децемы.

Но моя уверенность таяла по мере приближения к «операционной»: я вдруг поняла, что мне опять придётся предстать обнажённой перед мужчиной, чувствовать на себе чужие руки… Прося Диса распорядиться, я забыла уточнить, что татуировщиком должен быть как минимум евнух.

— Проходите, босс, — встретила меня на пороге женщина. — Господин доверил вас мне, и я постараюсь оправдать его и ваши ожидания. Поэтому без лишних вступлений: давайте приступим, пока вы не передумали.

О…

Я прошла внутрь кабинета, стараясь выглядеть невозмутимо, хотя я была просто потрясена. Как Дис мог быть таким бесцеремонным, но при этом таким внимательным к мелочам? Речь даже не о том, что он отнёсся с уважением к моему телу, всё предусмотрел и, тем самым, облегчил мучительный процесс. Но даже то, как все вокруг вели себя со мной — предусмотрительно и вежливо… Это явно не симпатия, ей просто неоткуда взяться. Это было соблюдение чьих-то указаний — настолько тщательное, что я не видела в этом никакой фальши. То, что не смогли сделать Иберия и Индра за три года, Дис сделал за один день…

Глава 39

Как там сказал Олафер? «Репутация Иберии такова, что никто не осмелится расписываться в своём предательстве»?

Стоя перед зеркалом и глядя на свежую татуировку, я признала, что расписаться более очевидным образом просто невозможно. Пусть даже его приказ и подразумевал эту смену «масти».

Трогая рисунок, спускающийся от плеч к пояснице, я удивлялась тому, что чувствую под пальцами всего лишь влажную после душа кожу. Эти символы были настолько чужеродными, что мне не показалось бы странным, обрежься я или обожгись…

На спине Диса точно такое же клеймо выглядело совсем по-другому. Будто он родился с этим рисунком или, по крайней мере, его поставили раньше, чем метку Эзуса.

Почему я думала об этом мужчине, стоя голой в ванной? Просто это же нелепо: я так возмущалась, когда нас связал «всего лишь» договор. Я подписывала бумаги, скрепя сердце, правда, думая, что никогда не позволю большего. А теперь, вместо того чтобы расторгнуть эти навязанные мне отношения, я подтвердила их самым очевидным образом. И это было бы не так страшно, находись я по-прежнему в Тавросе, под эгидой Нойран. Но нет, я жила в Безане, и отныне моя разобщённость с семьёй не имела никакого отношения к расстоянию…

Едва удержав себя от порыва снова встать под душ, я спрятала татуировку под одеждой. Было ранее утро — в такой час встаёт лишь прислуга, но я ведь и вовсе не ложилась. Даже не пыталась заснуть. Со мной уже случалось такое, когда я только появилась в особняке Иберии, а теперь бессонница была вполне оправдана — мне попросту некогда было отдыхать. Я даже ела в кабинете…

Приказав принести туда завтрак, я направилась в «святую святых» особняка. Рабочий кабинет Паймона был уютен, тих и всё ещё наполнен призрачным присутствием моего предшественника. В планировке, вещах, в огромном письменном столе — во всём угадывался вкус предыдущего владельца — сдержанного и волевого человека.

Так как деловые встречи и поездки взял на себя Дис, я занималась документацией, постепенно вникая в дела клана. С этим мне помогали секретари Паймона и Олафер — терпеливый и мудрый наставник. О ком-то таком я мечтала, находясь под опекой Индры. Олафер постоянно подбадривал меня и был неизменно учтив, но при этом давал понять, что эта должность — в тягость для него. Он мог опоздать на совет или задремать на очередном затянувшемся собеседовании, оправдываясь старостью, хотя это была театральщина чистой воды. Его ведь не зря местные прозвали Императором. Если не Дис, то именно он должен был стать боссом после Паймона.

Хотя на фоне такого главы он имел полное право прикидываться немощным.

Как бы там ни было, однажды настал момент, когда Олафер устал намекать и решил высказать мне всё напрямую, как и подобает Деснице. Он пришёл в кабинет, когда там сидели Лайз и Бартл, делясь со мной впечатлениями. Мы жили в Безане уже неделю, и парни освоились здесь намного успешнее меня. Бартл рассказывал о новобранцах, которых я ему поручила, Лайз — о красотках-горничных, которых, как оказалось, сюда завезли специально для меня. До этого в особняке вообще не держали женщин, дабы не подрывать дисциплину. Короче говоря, Лайз быстро поменял мнение насчёт этого клана, а я всё пыталась вспомнить… неужели я была с Дисом настолько же услужлива, когда он «гостил» в Тавросе? Помнится, я ограничивалась только сэндвичами.

— Босс, — коротко кивнул Олафер, но в его случае это считалось за поклон. Он был старше Иберии, и ему не пристало расшаркиваться перед такими детьми. — Я помешал?

— Ничуть, парни уже уходят, — сказала я и бросила им на прощание. — Встретимся вечером.

— Так уже вечер, — пробормотал Лайз, вставая. Да, такая у меня была в Безане жизнь: я зачастую путала рассвет с закатом.

— Вам бы отдохнуть, босс, — прогудел Бартл, сочувствуя. Проходя мимо Олафера, он почтительно его поприветствовал, потому что был приучен уважать старость.

— Он хорошо справляется, — отметил Олафер, когда дверь закрылась. — Это было правильно: поручить ему набор новых «кадров».

— Бартл занимался этим в Нойран, у него есть опыт, — ответила я, вставая и жестом приглашая его сесть рядом. — Когда он окончательно здесь освоится, я хочу предложить ему стать старейшиной. Как считаете?

Олафер остался стоять.

— Не знаю, босс. Лучше вам спросить мнение у него самого.

Я опустилась на место, понимая, на что он намекает. Когда я назначила Олафера на пост Десницы, я не спросила у него мнение. Поэтому предложила высказать его теперь.

— Вы собирались отказать мне, я знаю, — неохотно признала я. — То, что вы не сделали этого сразу, льстит и, в то же, время пугает. Почему именно сейчас? Я окончательно разочаровала вас?

— Нет, совсем наоборот. Я разочарован в себе, босс. Должность, которую вы мне поручили, требует энергии молодости и бешеной самоотдачи, а я…

— Вы отлично справляетесь, мастер, — заверила его я. — Не наговаривайте на себя, вы трудолюбивы и сильны, как никто из местной молодёжи.

— Этого мало. Не сейчас. Посмотрите, в каком состоянии находится наш клан. А в каком состоянии находитесь вы? Вы запрещаете себе спать, работая ночи напролёт, а всё потому, что я ужасно справляюсь. Эта роль не подходит мне.

— Если не вам, то кому? — спросила я, догадываясь, о ком сейчас пойдёт речь.

— Вы же знаете, кому Паймон прочил место, на котором вы сейчас сидите, босс. — Олафер поспешно добавил: — Я не пытаюсь вас задеть, просто говорю прямо. Как только Дис появился здесь, Паймон начал готовить его себе в преемники. Обязанности, в которые я только начинаю вникать, этот парень выполняет уже десять лет. Дис знает о клане всё. Подчинённые уважают его, а элита боится. Поверьте, вместе со мной по правую руку вы не добьетесь и половины результатов, каких достигнете, если доверитесь ему. Он сможет помочь вам. Скажу больше: он хочет вам помочь. Я никогда не видел его таким готовым услужить…